Бабочка
Шрифт:
– И что ему нужно?
– Я думаю, его нужно впустить, и он сам доложит.
Сталин, с напускным недовольным видом, нажал на кнопку. Раздался щелчок, через некоторое время в выходе из комнаты отдыха появился военный в краповом берете. Рука взлетела к обрезу берета:
– Разрешите войти?
– Входите уж, раз пришли, - проворчал Сталин, прикуривая трубку.
Военный сделал два уставных шага:
– Товарищ Сталин, разрешите обратиться, начальник караула охраны врменнОго портала гвардии - подполковник Сокольский!
Сталин невольно стал по стойке смирно:
– Слушаю Вас товарищ Сокольский.
– Товарищ Сталин, Президент Российской Федерации Волков Олег Васильевич запрашивает Вашего разрешения на установление прямого канала связи с Вами. Если это не мешает Вашим планам, и Вы можете выделить на разговор Президентом несколько минут.
Сталин, казалось, вытянулся ещё больше:
– Товарищ Сокольский передайте товарищу Волкову - я буду готов через пять минут.
– Слушаюсь, товарищ Сталин. Разрешите идти?
– Идите.
– Когда спина начкара скрылась в проходе, Сталин засуетился, - Мироныч, как я выгляжу?
Киров улыбнулся, подошёл к вождю, поправил пару складок:
– Коба, всё нормально, не переживай, всё будет хорошо.
– Товарищ Шенкерман, куда идти?
* * *
– Мама! Тут так здорово!
– дочери с зятьями буквально влетели к ней в её среднюю часть.
Ирина с улыбкой посмотрела на детей:
– Уже и искупаться успели... Как водичка?
Обе дочери повисли на маминой шее:
– Мамочка, тут так хорошо! Давай тут останемся? А?
– А вот это, дети мои, зависит от вашего любимого папика.
Дочери остолбенели:
– Папа с нами будет?
– Прошептала старшая Настя.
– Правда, с нами?
– Пустила слезу младшая Анюта.
– Правда, - улыбнулась мама, и сегодня вечером он будет здесь, дома, с нами. И не один, а с гостями. Так, что давайте так. Мужчины - на разведку. Тут, говорят, есть подвалы, в которых водится что-то съедобное, а девочки и я будем готовить праздничный ужин. Будем сразу отмечать и новоселье, и присвоение папе звания генерала.
– Наш папка - генерал?
– Аж присели девчонки. Потом переглянулись, - А мы, между прочим, ни разу в нём не сомневались, вот!
– Ладно, идите, стрекозы, - улыбнулась Ирина, - сегодня вечером ваш папка будет проверять, насколько он в вас не сомневался.
– Ирина Павловна, - сзади подошли зятья и шёпотом, - там столько всего!!!
– Лёня, Саша, - Ирина сделала серьёзное лицо, - что там не так?
Леонид махнул рукой:
– Да всё там так, только без помощи профессионала там не обойтись.
Ирина вздохнула:
– Ну, что же, пойдём, профессионал оценит.
* * *
Сталина усадили перед монитором, Шенкерман в переговорное устройство произнёс:
– Мы готовы.
В ответ включился монитор ЭВМ, на котором возник Президент России:
– Добрый день, Иосиф Виссарионович. Меня зовут Волков Олег Васильевич, я являюсь Президентом Российской Федерации.
Сталин невольно вытянулся в кресле:
– Добрый день Олег Васильевич. Я очень рад тому, что наши потомки нас не просто не забыли, а, к тому же, нашли возможность организовать нашу встречу.
Волков улыбнулся:
– Поверьте, уважаемый товарищ Сталин, для нас это не просто встреча. Для нас это реальнейшая возможность изменить не только свою жизнь, но и жизнь наших предков, наших матерей и отцов и их родителей. На рабочем столе Вашей ЭВМ есть маленький значок, изображающий бабочку. Под этим значком скрывается простенький, короткий рассказ американского фантаста Рэя Брэдбери 'И грянул гром'. Если Вы его ещё не прочитали...
Сталин приподнял руку:
– Уже прочёл, уважаемый Олег Васильевич. В связи с этим, Вы хотите сказать...
– он замолчал, передавая эстафетную палочку Президенту.
– Да, Иосиф Виссарионович, - вздохнул Волков, - сегодня утром гениальное предвидение американского писателя получило своё подтверждение. Игорь Францевич, не сочтите за труд, на машине товарища Сталина откройте историю Великой Отечественной войны. В каком месте Вы знаете.
Шенкерман, стоящий рядом, кивнул. Взял в руку мышку, открыл папку 'История СССР в датах и фактах', прокрутил колёсиком почти в самый низ, и выделил две строчки - первая выделенная: ' 9 мая 1945 года' и вторая выделенная: 'Почти двадцать семь миллионов советских людей павших на поле боя, умерших госпиталях, умерщвлённых фашистами в концлагерях и оккупированных территориях и пропавших без вести'.
– Вы это видите, товарищ Сталин?
– Вождь с силой сжал зубы и кивнул. Произнести он ничего не мог. Спазм горечи душил его.
Волков понимающе помолчал. Через некоторое время он спросил:
– Скажите, а Сергей Миронович Киров уже в Москве? Он с Вами?
Киров бросил вопросительный взгляд на Шенкермана. Игорь показал рукой, куда нужно стать, что бы Президент России его увидел.
– А, здравствуйте уважаемый Сергей Миронович. Значит всё верно.
– Волков пожевал губами.
– Я сейчас наберу информацию, которая у нас актуальна на сегодняшний день. Пожалуйста, сравните и скажите, стоит ли нам наше дело продолжать. Отправил...
В углу Сталинского монитора заморгала иконка в форме запечатанного письма, и приятный женский голос произнёс:
– Вам письмо!
Сталин обернулся:
– Она ещё и говорит? Вот не знал.
– Она не только говорит, - улыбнулся Волков, - Вы ещё не знаете, как она поёт! Но это будет обязательно позже. А сейчас прошу Вас распечатать письмо.
– Да, да, сейчас, - Сталин, ещё неловко, подвёл указатель к письму и оно раскрылось. В письме крупными красными буквами и цифрами значилось: 'День Великой Победы над фашизмом в Великой Отечественной войне отмечаем знаменательную дату - 10 октября 1944 года... Потери в этой страшной войне невозможно представить - почти 14 миллионов советских граждан'.