Чтение онлайн

Что это, черт возьми, было?

«Это популярность, детка. А клуб наш будет называться «Отчаянные»»…

«В братстве запланирована вечеринка. Ты обязана быть!» – вопиющее сообщение, лишенное всякого такта и уважения, сквозящее высокомерием и требующее немедленного повиновения, не на шутку взбесило меня. Хард не умеет расставлять приоритеты, воспринимая меня как неприятное дополнение к спору, одновременно, желая похвастаться перед своим быдлом завоеванным трофеем. Я игнорирую его сообщение, намеренно нервируя его нестабильную психику, демонстрируя свое неподчинение. Брюнет будет в ярости, конечно, если дождется моего появления на вечеринке.

Ужасная неделя пронеслась со скоростью кометы. Рухнула в царство моей спокойной и приземленной жизни, уничтожив всё, возводимое мной годами… Одни хотят вступить в несуществующий клуб и получать дельные советы от профессионала в отношениях, которым я не являюсь; другой приказывает явиться на чертову вечеринку, чтобы потешить свою самолюбие и показать всем новую игрушку. Во что я превратила собственную жизнь? Ждала популярности и получила её. Но известная студенческая жизнь в моих мечтах рисовалась мне совсем иной. Нет, серьезно, чего я ожидала, что ко мне будут подать в ноги и целовать?

«Единственное, что тебе могут поцеловать – это задницу. И то Хард. И то если захочет».

Всё так или иначе сводится к этому несносному подлецу от улыбки которого девчонки растекаются лужицами, исполнительно выполняя все изощренные прихоти кареглазого мудака.

До последнего ищу причины своего не появления на вечеринке, но всё сводится к тому, что я хочу пойти и, одновременно, ужасно боюсь явиться на растерзание хищному обществу, подписав себе смертный приговор. Меня пугают шумные компании. Одиночество всегда было моим извечным спутником, пока волей случая я не оказалась втянута в опасную игру без правил, где каждый сам за себя. Харда непременно обрадует мое присутствие на сборище, но не стоит даже рассчитывать на поддержку Томаса в случае если со мной случится приступ панической атаки. Общество меня не принимает, и я выбираю самого популярного и скандального парня во всем университете, чтобы выйти из тени.

Я пыталась найти тысячу причин, чтобы не идти, правда, но не нашла ни одной и готова теперь окунуться с головой в студенческий разврат, скрытый за алкогольным дурманом.

– На вечеринку? – сквозь шум музыки и возгласы пьяных студентов, пробивается, к моему удивлению, почти абсолютно трезвый голос девушки, с красным пластмассовым стаканчиком, в которой я узнаю Кэт. Она приветливо улыбается, подходит ко мне, застывшей около дома братства

– Да, – отвечаю на автомате, толком не расслышав вопрос, надеясь, что не выгляжу глупо и напугано.

– Первый раз? – Кэт протягивает мне стаканчик с пивом, мелькая пластмассовой посудой у меня перед лицом, пытаясь вернуть меня в реальность. Я с недоверием разглядываю жидкость в бокале и морщусь как самая настоящая воспитанная и до ужаса правильная скромница. Моя недавняя знакомая заливисто смеётся над моей физиономией, но я принимаю её великий дар всех вечеринок и взглядом умоляю замолчать.

– Да, – всё также монотонно и зачарованно, отвечаю на очередной вопрос девушки.

– Давай я с первого раза угадаю, кто вынудил тебя прийти на вечеринку? – изумрудные глаза Кэт вспыхивают ярким блеском, отчетливо сияя зеленоватым оттенком в ночи.

Я показываю Кэт язык, в отместку получая громкий хохот и сама расплываюсь в улыбке. Мне, конечно, не нравится думать, что именно Хард заставил меня прийти на сборище пьяных и озабоченных идиотов, поэтому я рассматриваю сложившуюся ситуацию неудачным стечением обстоятельств. Ведь я девушка благородная, а таким бедным и потерянным мальчикам, в жизни которых ничего нет кроме контроля и власти над другими, надо помогать. Заботиться и хорошо подыгрывать…

– Не знала, что ты тоже любишь подобные… – неоднозначным движением руки указываю за спину девушки и недовольно куксюсь.

– Бесплатная еда и халявное бухло – таким грех не воспользоваться. Жизнь простого и бедного студента непростая штука, а здесь есть шанс поживиться продуктами и несколько недель жить, ни о чем не думая. Эти же пьяные идиоты ничего не замечают вокруг себя после нескольких бокалов левого пойла.

В подтверждение слов Кэт из дома братства разносятся пьяные вопли и возгласы. Определить уровень опасности или безобидности выходок за этими животными звуками очень тяжело.

– В свою защиту скажу, что я уже третий час пускаю слюни в этот бокал с пивом, контролируя обстановку и наблюдая как один за другим это пойло валит с ног всех заблудших гостей на вечеринке, – она сверкает своими изумрудами и уголки губ подрагивают в улыбочке, а серебряное колечко на нижней губе поблескивает в свете ночников. Шрам на правой щеке расползается от улыбки и выглядит неприятно, и я снова ловлю себя на мысли, что бесстыдно пялюсь.

Отвожу взгляд и смотрю на темную жидкость неизвестного происхождения в красном пластмассовом стаканчике. Подношу к носу и принюхиваюсь. По запаху – самое обычное пиво. Пробую на вкус и причмокиваю, прислушиваясь к вкусовым рецепторам – не изысканно, но и не отвратительно. Хотя, наверно, если выпить тонны этого бухла, и оно превратится в омерзительный напиток.

– Слушай, Майя, так не пойдет, – Кэт хлопает меня ладонью по плечу, и я вздрагиваю от неожиданности. Несколько секунду тупо моргаю, сверля не мигающим взглядом открытые нараспашку двери.

– Выглядишь ты хорошо, – она осматривает меня с ног до головы, ставя зеленую галочку моему внешнему виду. – Здесь встречают по одежде, имей в виду. – Принимаю во внимания все замечания своей единственной знакомой, впитывая информацию как губка. Долбанный Спанч-Боб!

– Немного подправим твой образ, – Кэт подворачивает мою черную футболку, оголяя живот, – и вуаля, идеальное сочетание голого животика с подтянутым бюстом. – Пепельная блондинка подмигивает мне, одобряя преображение. – Парни изойдутся слюнями по тебе. – А потом Хард оторвет мне голову за то, что я ставлю под сомнение его сексуальный авторитет. Какая волнующая идея!

Таинственная улыбка расцветает на моих губах и в свете ночных фонарей кажется пугающей и возбуждающей. Незнакомка оценивает мою реакцию, как сигнал к действиям, и я наконец-то нахожу в себе смелость окунуться в студенческий беспредел.

Я ни сразу замечаю Томаса, но мое тело чувствует тяжелый взгляд карих глаз, похотливо разглядывающих меня как свою собственность. Мой живот дрожит, разливающее тепло бежит по венам и кровь пенится в жилах, подогретая надменным взглядом британца. Неприятные, колющие мурашки бегут по спине. Я провожу ладонью по шее, пытаясь взбодрить свое тело, вернув себе прежний контроль. Но как ни странно, внимание Томаса длится недолго, и он находит себе новое интересное занятие, в качестве смазливой девки, просиживающей свою задницу, нет, не на коленях британца, и вот это действительно странно.