Шрифт:
Пролог.
Тихоокеанская катастрофа случилась 16 сентября 2034 года. Волна-убийца обрушилась на 20-й район и за считанные часы поглотила его, оставив после себя лишь опустошенные земли и разрушенную инфраструктуру. Тысячи людей оказались в смертельной ловушке и были погребены под многотонными завалами небоскребов и толщей воды. Из тридцати восьми тысяч человек в живых осталось лишь восемь с половиной. Был объявлен траур, и несколько месяцев Триаполь носил черный флаг.
Выживших в стихийном бедствии эвакуировали, а погибший район обнесли бетонной стеной – Периметром – и оставили гнить на долгие двадцать лет, наблюдая из окон Капитолия, как природа медленно пожирает его плющом и болотами.
Но однажды нам пришлось вернуться в эту зону отчуждения, воздух которой до сих пор пропитан солью Тихого океана.
***
2054 год.
В зале Совета стоит невыносимая духота, обволакивающая каждый сантиметр, словно густая и липкая смола. В этом году выдалась на редкость теплая осень. В открытые нараспашку окна совсем не проникает свежий воздух, а тяжелые бархатные шторы с золотой бахромой едва защищают от палящего солнца. За круглым столом собралась военная элита. Рекс Ройлад, глава специального департамента корпорации Реверс, ходит из стороны в сторону, сцепив руки в замок за спиной. Суровое выражение лица не предвещает ничего хорошего. Пять пар глаз терпеливо наблюдают, ожидая, когда он заговорит. Рекс тяжело вздыхает, делает глоток воды прямо из горла бутылки, забыв все правила приличия. Салфеткой вытирает пот и устремляет взгляд на интерактивную карту, растянувшую весь 20-й район с рельефом на столе перед членами Совета.
– Итак, – начинает, – как вы знаете, Триаполь на днях заключил договор о продаже 20-го района другой стране, чтобы выплатить долги.
Стоявшая ранее звенящая тишина превращается в мертвую. Рексу даже кажется, что солнце, которое так отчаянно прорывалось сквозь толстый бархат, вдруг меркнет, а зал поглощает мрак. Но он находит силы продолжить разговор.
– Вам также хорошо известно, что в районе находится законсервированная лаборатория. Со спутников получена информация о подозрительных сигналах, посылаемых неким источником недалеко от лепрозория. Возможно, тревога ложная, но лучше проверить. – Рекс пальцем указывает место на карте, и оно тут же выделяется красным. – Поскольку территория отойдет другому государству, мы не можем позволить рассекретить объект. Поэтому лабораторию нужно деактивировать, а лепрозорий взорвать. И, разумеется, по мере возможностей произвести зачистку.
– Я уверен, что в ней нет необходимости, господин Ройлад. – Аверилл Беннет, куратор специального подразделения, уперто вздергивает подбородок. – Столько лет прошло. Там ничего нет и быть не может.
– Тем не менее, – Рекс настаивает на своем.
– Что делать с документами? – спрашивает Беннет.
– Уничтожить, – холодно отвечает Рекс. – С этой минуты у вас есть ровно сутки, чтобы собрать лучших агентов и доставить в 20-й район. В противном случае мы рискуем обнаружить разработки погибшей лаборатории, которые могут использовать против нас. Кто знает, что за записи остались в сейфах на затопленных уровнях…
Рекс не договаривает, но все понимают, что это чревато проблемами. Существование лаборатории на базе лепрозория долгие годы оставалось государственной тайной, и сейчас нельзя допустить, чтобы страна-покупатель рассекретила ее спустя столько лет.
– Господин Ройлад, но что, если информация со спутников окажется верной? – Аверилл вопросительно поднимает бровь. – Что, если кто-то действительно посылает сигнал?
– Тогда отряд уничтожит источник и позаботится, чтобы посылающего сигнал никто и никогда не нашел. Вам ясно? – в голосе Рекса звенит сталь.
Вновь повисает молчание. Рекс пристальным взглядом обводит присутствующих, будто убеждаясь в верности, потом снова делает глоток из горла и отходит к окну. Полуденное солнце золотит верхушки сосен, отражаясь бликами от зеркальной поверхности озера. Насколько хватает глаз, простирается густой лес, а вдали виднеются очертания птиц, парящих над каньоном.
– Картер опять пропустил собрание. – Рекс внимательно слушает перешептывания за спиной. – Говорят, совсем помешался на лепрозории.
– Всем уши прожужжал об этих тварях.
– Да-да…
Рекс в последний раз смотрит на вид за окном, затем отворачивается и возвращается к карте. Разговоры тут же стихают.
– Возможно, то, что находится в лаборатории, способно развязать войну. Вы понимаете? Нужно любой ценой предотвратить распространение информации об этом районе. Считаю, настало время пожинать плоды программы Гарпий. – Рекс щелкает пальцами, и на экране всплывают досье на каждого участника. – Аверилл, подготовьте группу из лучших гарпийцев, а я соберу людей Элиота Картера. Пусть отправляются в 20-й район немедленно. Мне нужен подробный отчет о состоянии и об этом сигнале!
Аверилл с готовностью поднимается на ноги и направляется к выходу. Уже в дверях его настигает последнее, небрежно брошенное предупреждение Ройлада:
– Вашим людям не следует знать все об этом месте, мистер Беннет. Они могут отказаться исполнять приказ.
– Мои люди давали присягу, господин Ройлад, – не повернув головы, отвечает Аверилл. – В этом месте нет ничего, что могло бы заставить их пойти на измену.
Глава 1. Праздничный завтрак
26 ноября. День 1.
Бегу по петляющей лесной тропинке в такт музыке в ушах. Ночью шел дождь, ее слегка размыло, но это никак не мешает наслаждаться утренней пробежкой. Ловко огибаю дерево, ныряю под повалившийся мшистый ствол и перепрыгиваю через канаву. Мышцы ноют, но упорно продолжаю бежать вперед, в тайне надеясь на желанную встречу. Но как только об этом думаю, тут же отвлекаюсь, цепляюсь кроссовкой за выступивший из сырой земли корень и едва не теряю равновесие. В последний момент успеваю схватиться за ветку. Останавливаюсь и вдыхаю полной грудью запах хвои, приходя в себя. Закрываю глаза и с наслаждением смакую каждую минуту, проведенную вдали от доведших до исступления стен корпорации. Но сегодня не получится погулять по лесу дольше, я пообещала Джейсу не опаздывать. Снова набираю темп, оббегаю озеро и сворачиваю по направлению к дому.
– Как раз вовремя, Роро, – улыбается брат, когда появляюсь на пороге квартиры. Сняв грязные кроссовки, устало сползаю по стене на пол. Джейс протягивает стакан воды. – Блю уже поставила индейку в духовку, а тыквенный пирог принесет Кайс.
Сердце вздрагивает, стоит услышать заветное имя. Попытавшись скрыть волнение, изображаю абсолютное безразличие.
– Не знала, что твой друг умеет печь пироги, – пренебрежительно говорю.
– Так это и не он. – Джейс пожимает плечами. – Придет вместе с Марго.