Чтение онлайн

— Тогда вот что, — снова завелся Гуди, словно собака с костью. — А что, если зарядить только, скажем, по пять патронов? И по два — в дробовики? Как тебе такой вариант? Так мы вряд ли станем стрелять, зная, что на патронах нужно экономить.

— Нет!

— Тогда по четыре патрона?

— Охренеть!

— А что тут плохого, Мило? А-а, знаешь что… Давай-ка проголосуем. Кто считает, что нужно выдать по четыре патрона каждому? Поднимите руки.

Все присутствующие задрали руки, кроме меня и Патси. Гуди заорал на него, чтоб тот тоже поднял вверх свою гребаную руку, но Патси и не пошевелился. Гуди все равно объявил мне, что победило большинство голосов.

— Мне-то что, дружище. Можете проголосовать хоть за права геев. Пока я руковожу предприятием, вы не получите ни единого патрона. Вопрос закрыт. Наблюдать за массовыми убийствами я не собираюсь.

Многие все равно высказывали несогласие с распределением должностей, тогда я вновь подчеркнул, что каждый волен выйти из дела в любой момент. Если же они остаются, то игра идет по моим правилам. Тут не до демократии. Я отпилил последний ствол и под неодобрительные взгляды сотоварищей запихнул обрезы, стволы и коробки с патронами в брезентовый вещмешок, что принес с собой на встречу.

— Ты и патроны забираешь? — отметил сбитый с толку Джеко.

— Не для работы, — уверил я. — Только чтобы встретиться с приятелем. Нужно быть уверенным, что он не попытается меня кинуть.

Все понеслось с самого начала.

— Так нечестно.

— Правила едины для всех.

— Да он просто козел.

И так далее. Я уже готов был сам перестрелять их всех по одному.

Мы с Гуди одолжили у Патси тачку, чтобы доехать до Манчестера, даже доверенность оформили. Гуди никак не хотел закрывать вопрос об оружии и первые пятьдесят миль канючил и ныл, словно упрямый и надоедливый ребенок.

«Понимаешь, просто я подумал…», или «Я только хочу сказать, что…», или «По-моему, нам следует…», тем самым доводя меня до исступления. Он даже сменил курс и предложил такой вариант, при котором оружие будет заряжено лишь у меня и у него. И смертельно обиделся, когда я ответил ему, что поскольку среди моих знакомых он единственный человек, у кого в послужном списке имеется статья «стрельба по людям», то ему я доверю заряженное ружье в последнюю очередь. В конечном итоге разговор сошел к обмену резкими репликами, угрюмыми взглядами и бесконечному прокручиванию записей Патси.

Я ни разу еще не бывал в Манчестере, но всегда представлял себе, что он очень походит на сериал «Коронейшн-стрит». Одним словом, дерьмовое местечко. Оказалось, нет. Честно говоря, он походил на все остальные английские города, в каких мне доводилось бывать. Примерно такие же дома, магазины, авторемонтные мастерские и дорожные указатели с небольшой лишь разницей в расположении. Естественно, мы безнадежно заплутали, поскольку наша карта показывала только главные дороги и магистральные узлы. Так что мы пролезли в центр города и стянули из телефонной будки справочник, после чего повторили попытку. Гуди даже выудил откуда-то армейский компас, который прихватил с собой, и показал мне, в какой стороне север, только это знание не принесло никакой пользы.

Еще часа полтора мы раскатывали по округе, опрашивая аборигенов, в каком направлении находится Солфорд-Киз, и наконец нашли. Гуди выбрал подходящее открытое место для парковки, и мы позвонили Лену (мобильник тоже одолжил нам Патси). На автостоянке царила обычная для будней активность и умеренная суета, что вселило в меня относительную уверенность в том, что наша сделка пройдет незамеченной для законопослушных граждан Манчестера, если таковые вообще имеются.

— Ладно, теперь, как и договорились, ты остаешься тут с деньгами и пушкой и ждешь, пока я подам тебе сигнал, что путь свободен, — повторил я для Гуди.

— Знаю, я уже давно все понял. Слушай, если откроется стрельба, падай на землю и пригни голову. Я сам позабочусь об этих ублюдках. Не беспокойся. К чему было меня утешать?

— Гуди, дружище, это мой приятель. На сей счет проблем возникнуть не должно. Так что позаботься о собственной безопасности.

— Послушай, Мило, я — профессионал. Я столько раз держал в руках оружие, сколько ты не держал тюремных обедов. Я знаю, что делаю, — не унимался он, и на какое-то мгновение мне показалось, что парень сейчас отдаст мне честь и пустит слезу перед звездно-полосатым флагом.

— С Леном проблем не будет, так что остынь. Пушки — всего лишь страховка. Лен тоже придет с оружием, поэтому мы в равных условиях. Расслабься, и все, — настоятельно уговаривал я.

Минут двадцать мы сидели в тишине, я еще пару раз пересчитал бабки, в то время как Гуди нетерпеливо потирал ладони о джинсы.

— Терпеть не могу ждать, — произнес он.

— Да ну? А я всегда ненавидел попадаться в лапы полиции.

Черный «BMW» Лена несколько раз объехал стоянку, последовал телефонный звонок, и только после этого он нас все-таки обнаружил. Мы сообщили парню, где находимся, он сделал еще один круг, пока не нашел свободное место неподалеку от нас. Я отдал деньги Гуди и наказал никого сегодня не пристрелить, особенно меня.

Лен выбрался из «BMW» и поприветствовал меня широкой улыбкой. Я щедро отблагодарил его в ответ, подошел, мы сердечно пожали друг другу руки и обменялись фразами о том, как приятно нам вновь видеть друг друга. Его громадный приятель остался сидеть на пассажирском сиденье и таращился на меня сквозь лобовое стекло, пока мы проходили процедуру обычных подколок и острот, пытаясь не отставать один от другого, насколько позволяли первые тридцать секунд.

— Итак, кто там у тебя в машине? — поинтересовался Лен, бросив взгляд на Гуди.

— Э-э-э… не знаю, должно быть, приятель твоего, — держал ответ я, кивая в сторону громилы.

— Значит, бабло у него? — спросил Лен.

Я подтвердил.

— Ты не доверяешь мне, Мило?

— Учти, где мы познакомились. Полагаю, то, что нас интересует, у твоего приятеля?

— Нет. В заду тачки, — сказал Лен.

— Не называй это «задом». Это багажник. По-идиотски звучит. Как, интересно, ты называешь капот? «Передом»?

Лен на миг задумался и выдал, что называет его «крышкой». Никогда еще не слышал, чтобы что-то в машине носило такое название. Даже в «Старски и Хуче», откуда, по всей видимости, Лен и черпал свои знания английского языка.