Чтение онлайн

– Садись и скажи, Рекалов, за что ты выгнал со службы Михайлова и Сенчина?.

Рекалов не удивился вопросу, ответил сразу.

– Михайлов уволился сам. А Сенчин - пил на вахте. Я его дважды засек, на третий раз вышиб.

– Почему я об этом ничего не знаю?

– А зачем, командир, тебе об этом знать? Ты проверяешь людей при поступление, а уж выгоняю их я. Если есть повод и причины. Я докладывал, ты забыл такие пустяки.

Это было враньем - что касается своих кадров, Флин не забывал ничего и никогда.

– Почему ушел Михайлов?

– Своё дело открыл под Подольском. Крыс разводит.

– Каких крыс?

– Ну, с ценным мехом. Я не помню. Нутрии или выдры.

– А Сенчин? Что о нем известно?

– Случайно известно. Убили его по пьяной драке по месту жительства. Подмосковье, опять же в Подольске.

– На его похоронах был?

– Еще чего?

Флин хотел было сказать, что раз на похоронах не был, то вопрос убит ли Сенчин или это только непроверенный слух, но - удержался от глуповатого замечания. Сам не знал почему.

– А в чем дело, командир?
– с легким напором спросил Рекалов. Возникли проблемы с кадрами?

– Нет, всё в порядке. Просто я тасую колоду на фоне того, что пытались ограбить наш обменные пункт.

– Я тоже этот вопрос вентилировал. На наших орлах никакой и тени подозрения.

– Уж я думаю! Иди, неси бдительную службу.

Рекалов ушел, а Флин подумал, что если на орлах подозрения и нет, то сам Рекалов ему сейчас не понравился. Он ещё раз внимательно перечитал все документы Сенчина, убрал дело в шкаф и позвонил Майей Харитоновой. Когда она взяла трубку, спросил.

– Кофе выпить не хочешь?

– Знаю я твой кофе!
– агрессивно засмеялась девушка.
– Либо будешь соблазнять меня на Большую Любовь, либо опять попросишь выполнить какое-нибудь своё грязное поручение.

– Второе.
– подтвердил Флин.
– За ценный подарок.

– По моему выбору?

– По твоему выбору.

– Французские духи потянешь?

– Ради тебя - французский автомобиль "Ситроен". Перед тем , как пойдем венчаться.

– Не дождешься. Я спускаюсь в кафе.

Флин выждал минуту, закрыл железный шкаф и когда подошел к стойке кафе, Майя уже сидела на высоком табурете и болтала ногами, насмешливо поглядывая на подходящего Флина.

– Что мне делать?
– спросила она.
– Только прямо и коротко.

– Надо съездить в Подольск. По указанному адресу осведомится, как поживает некий Сенчин.

– Сам не можешь?

– Тут требуется женская хитрость. Этот Сенчин числиться убитым по пьянке, во что я не очень верю. Узнать необходимо лишь одно - убит, или нет. И где похоронен.

– Под каким соусом проводить разведку?

– Ну, скажешь, что ты три месяца не получаешь от него алиментов за ребенка.

– Почему именно я?

– Потому, что всех остальных работников банка Сенчин, если он жив, узнает. А ты у нас всего три месяца. Он тебя не может узнать, был уволен восемь месяцев назад.

– А если я нарвусь именно на него?

– Пригласишь его вернуться на работу в банк. От моего имени.

Она улыбнулась ему в лицо со странной смесью насмешки, сожаления и вызова в раскосых глазах.

– Флин, зараза. Я ведь тебя терпеть не могу. Но было бы глупо скрывать, что мерзость твоего характера меня чем-то привлекает. Только ты не на что не рассчитывай. Давай адрес, куда ехать. Да! Смею надеяться, что это не твоё личное задание, а во имя нашего банка?

– Личное - но во имя банка. С этим делом может управится только женщина..

Он подал ей заранее заготовленную записку с адресом и деньги на бензин - у Майи была своя машина, маленький "форд" - по сплетням банковских девушек это был подарок последнего любовника. Не того, кто работал в кино, а того, кто весьма прибыльно торговал лесом, звал Майю под венец, но киношник его одолел.

глава 4 Атака.

Налоговая полиция нагрянула в среду. К счастью уже после того, как во вторник Эрна и Саган провели переговоры и доля калмыка перешла в руки латвийского банка "Балтия Транс". Официально, с оформлением всех положенных документов.

Бесцеремонности налоговой полиции могли бы позавидовать голодная стая волков, ворвавшаяся в овчарню. Не совсем точно - сами налоговики стояли в сторонке, а их передовой отряд ОМОНа - в камуфляже и черных шерстяных масках на лицах ринулся в двери.

Однако штурмовая группа была засечена наружным наблюдением ещё на подходе, дали сигнал тревоги и замаскированный отряд при автоматах и дубинках, ударился о запертую дверь. Но это препятствие решимости у нападавших не убавило. Командир штурмовой группы связался с Валентином по телефону и заявил, что у него есть все законные права, документы и разрешения, чтобы провести выемку документов банка и провести их проверку.

– А зачем такой цирк?
– тянул время Валентин, чтобы Воронова успела припрятать те документы, которые могли быть опасны для банка, окажись они в зоне проверки.

– Никакого цирка нет. И не тяните время. Мы просто выбьем вашу витрину и всё равно войдем в помещение.

– Попробуйте. А я пока вызову журналистов из газет и телевидения.

Он положил трубку и командир тот час перезвонил.

– Так значит добром вы не хотите?

– А что вы называете "добром"?

– Понятно. Мы выбиваем витрину.

– Бог в помощь.

Из своего кабинета Валентин прошел в комнату охраны, где Флин, развалившись в кресле, уже наблюдал через видеокамеру наружного слежения за действиями атакующих.