Бархат
Шрифт:
Я спускалась вниз, по пути улыбаясь. Не было смысла паниковать. Все и так было панически плохо.
Искать долго не пришлось. Отец, как всегда был на кухне, лазая в холодильнике и полкам в поиске съедобного.
– Папа, ты голоден? Подогреть еду? Там курица и спагетти, - я улыбнулась отцу, явно подлизываясь. А вдруг повезет!
– Да, я бы поел. Подогрей все. А ты сам его что-нибудь?
– Нет, и не хочется, спасибо, - увидев его суровый взгляд, добавила, - ну, может быть, кофе с круасаном.
Он остался доволен и присев за столик, принялся читать какой-то свой журнал. Мне даже показалось, что он в хорошем настроении, и мне нельзя было упускать такую возможность.
– Папа, - я поставила греться мясо и повернулась к отцу, - у меня к тебе разговор, - мне показалось, что он совсем не слушает меня.
Перевернув кусочки курицы, и аккуратно положив в тарелку, я принялась за спагетти, посматривая на увлеченного Себастьяна.
Так, соберись! Ему нужно сказать, ока не поздно! Сейчас!
– Папа, - я присела к нему за сто, - я не буду учиться, - он поднял на меня взгляд, - я передумала.
Тишина меня напрягала. Себастьян отложил журнал в сторону, хмуро уставившись на меня.
– Ты серйозно, Кристина?
– он не мог поверить в это.
– Вполне. Папа, я много думала и решила, что это мне не нужно, - его лицо стало темнее тучи и мне это не нравилось.
– Как так? Что значит не нужно? Было нужно, а теперь вдруг нет?
Я молчала и смотрела на отца, которого явно разочаровала. Но, что я могла уже сделать? Решение свое я и не думала менять, так как была уверена в его правильности.
– Папа, просто я не смогу. Ты извини, что подвела тебя, - встав, я сразу виновато решила удалиться с глаз отца.
– Нет. Ты не подвела. Это твое решение и я приму его. Ты должна понимать, Кристина, ты очень важна для меня, и я люблю тебя.
– Я знаю. Спасибо, пап, - поджав губы я вздохнула, и взяв тарелку с едой, поставила ее перед отцом, - приятного аппетита, папа!
– Спасибо. А твой кофе?
– Потом попью. Я к себе поднимусь.
– Хорошо.
На душе было грустно и по - странному, пусто. Я поднималась по лестнице к себе и размышляла о разговоре. А подходя к двери, ужасно захотелось обнять Джеймса, и застыть так на некоторое время.
– Я знаю, ты все слышал, - я вошла в комнату и наткнулась прямо на своего парня.
– Да. Прости.
– Знаю.
– Иди сюда, детка.
Он сделает именно то, что мне было нужно. Обнять и застыть! Это была спасительная реанимация для меня. И он это знал. Идеально.
– Знаешь, я могу так вечно стоять!
– Не говори так, Кристина. Вечно, могу стоять только я,- он улыбнулся и поцеловал меня.
Глава 16
Начало июля выдалось совсем не теплым. Последнее десятилетие, казалось, лето вообще нельзя было назвать летом. Частые похолодания, грозы, прохладный, а иногда совсем холодный ветер и мало солнца. Все это было на руку Джеймсу и его друзьям, которые помогали ему в работе. А в последнее время погода просто способствовала работе и настроению.
В это утро Джеймс не мог находиться в комнате Кристины целый день. Еще с утра ему позвонил друг с полиции и сообщил о пострадавшем человеке со странными укусами на теле. Он среагировал быстро, незаметно выскальзывая с комнаты Кристины, и направляясь к ближайшему переулку. Именно там, вчера вечером, Джеймс оставил свой новый автомобиль, любимого черного цвета. Джеймс никогда не замечал за собой особой любви к крупным автомобилям, но находясь в высшем ранге шерифа в темном мире, в котором сам провел сто пятьдесят пять лет, обязан был ездить на дорогой и новой машине. И единственная, которая кинулась ему в глаза, была недавно выпущенная и почти эксклюзивная, черная Maybach Exelero. На тот момент, ее никто не мог себе позволить. Никто, кроме Джеймса.
Запрыгнув в салон и быстро въехав на дорогу, Джеймс должен был вернуться домой и переодевшись, снова вернуться в город, на место преступления. Затратив на все около часа, он мчался по трассе в другой конец города.
– Да, слушаю, - телефон зазвонил недавно понравившейся мелодией, и Джеймс включил громкую связь.
– Ты в пути?
– Уже рядом. Все на месте?
– Естественно. Приезжай и сам посмотришь на этот цирк! Повеселишься!
– Надеюсь. Все, отбой, Майк, - Джеймс отключил громкую связь, и надавил на педаль газа.
Отлично! Снова собрались кучка умников недоучек и длинноносых всезнаек. Работают по принципу: если ничего не нашли - закрываем дело! И то им дал право защищать город? А впрочем.. Не мое дело!
Подъехав и припарковавшись в нескольких метрах от закрытой желтой лентой территории, Джеймс направился прямиком к толпе из работников полиции и уже давно знакомого детектива, мистера Дугласа.
Помахав удостоверением представителя Интерпола перед лицом полицейского, Джеймс, оценив обстановку, понял все, что было нужно.
– Мистер Дуглас, очередное убийство?
– протянув руку, он натянуто улыбнулся, подойдя и став напротив недовольного детектива.
– Джеймс Реенсон! Какое дело вам до этого убийства? Здесь обычный труп, а не продажа людей. Вы всегда появляетесь неоткуда, - голос детектива стал еще более недовольными холодным.
– Интерполу всегда есть дело до таких преступлений, мистер Дуглас. Ведь, это уже не первое и не второе подобное убийство!
– Джеймс посмотрел в сторону убитого, которого осматривал судебный медицинский эксперт и фотограф.
– Вы правы, таких странных преступлений было достаточно, включая это.
– Вы что-то откопали нового? Нет?
– К сожалению, нет. Посмотрите на труп сами, мистер Реенсон, и все поймете. Это странное убийство. Более, чем странное, - детектив подошел к убитому мужчине и присел на корточки, рассматривая его.
Джеймс подошел на шаг и сразу заметил причину смерти. Он сразу все понял, в уме начиная размышлять, с кем связаться и о чем поговорить.
Почерк такой же, как и в тот раз. Два разных укуса - два вампира. И что самое интересное, два молодых голодных вампира. Укусы не ровные, скорее всего места ран были прокушены по два раза. Что говорит о поспешности и нетерпеливости новообращенных. Да и места выбраны непрофессионально. Ни один взрослый и обученный вампир не кусает в плече или бедро. Кто-то делает это специально. Но, кто? Кто так стремится привлечь внимание полиции? А, может, мое? Пора выяснить.