Башня мертвых
Шрифт:
– Крау никогда о тебе не рассказывал. Что вас связывает?
– Не рассказывал… интересно почему? – Фидель задумчиво посмотрела на дно кубка, - Скажу то, что говорю в последнее время всем. Я была маленькой глупой девочкой, потерявшей из-за войны все. Опустилась до мелких краж и, как это говорят «забыла человеческую речь». Отряд Крау отстал от войска, и им пришлось заночевать в заброшенной деревушке рядом с Орилеей. Там я пыталась стащить у них припасы, на чем и попалась. Крау вместо того, чтобы повесить меня, пристроил к себе в шатер помощницей, потому что я умела писать. Со временем он начал взваливать на меня всю работу с бумагами. Я готовила отчеты о нашем отряде, отправляла гонцов, принимала и читала краткую сводку вестей с соседних полей битв. Было тяжело, особенно первое время. Но у меня была еда, которую я получала за выполненное дело. А значит и был смысл. А с ним… все намного проще. Я увидела свет там, где казалось, его нельзя встретить. На войне. Крау протащил меня через все ужасы, что только мог припасти свет, но это стало моим спасением… А потом он порекомендовал меня в Подиум. И вот жизнь как-то так и идет. А еще! Ха… Когда война закончилась, и мы праздновали победу в только освободившейся от осады крепости, он подарил мне платье, которое купил у какой-то местной аристократки. Зеленое, с глубоким вырезом. Когда я шла вместе с ним по разрушенной стене, все мне казалось таким странным! Вот вроде вчера мы все в грязи форсируем реку под обстрелом, а теперь идем чистые и сухие, в красивых нарядах…
Карета остановилась.
– Приветствую тебя, Румьер! Я рад, что мы наконец встретились при нормальных обстоятельствах!
– Да, пожалуй, сейчас ты все же не пьян!
Когда они успели подружиться? – подумала Фидель.
Двери кареты распахнулись, и ее с улыбкой встретил Крау.
– Я думал ты по такому случаю нарядишься!
– Даже в мыслях не было!
– Ладно-ладно! Можно уже к вам? Тут дождь все-таки.
Рэдонель с улыбкой махнул ему рукой, и Крау рывком втянул себя внутрь.
– Ох, ну и погодка. – сказал он, вытирая капли с лица плащом.
– Не то слово. – Рэдо подсел к нему и приобнял за плечо, - Ну что, скажи же мне, друг, что ты передумал!
Крау отвесил Рэдо легкий подзатыльник:
– О нет! Мужчины не умеют передумывать!
Фидель закрыла лицо руками и глубоко вздохнула. Поездка продолжилась.
Несколько часов их путь лежал через безжизненные земли. Дорога здесь была черна как ночь, а деревья напускали такой жути, что у помощников Румьера тряслись коленки и поводья. А это еще день! На обратном пути их встретит ночь.
– Знаешь, меня вот все интересует, кем же окажутся четверо моих спутников, а? – Крау щелкнул Фидель по лбу.
– Что ты творишь?!
– Для меня ты всегда будешь той маленькой воровкой, пытавшейся стащить у меня мой паек! И иногда таких плохих девочек нужно спускать с небес на землю!
Ее хищнический взгляд сменился по-детски добрым:
– Могу сказать лишь только то, что своим добровольческим желанием ты спас одного глупого Юсдисфальского паренька, влезшего однажды не в свое дело. Вместо него ты и едешь на плаху.
– Что же, незапланированное благородство – тоже благородство. – Крау с улыбкой растянулся на спинке дивана.
– С остальными ты познакомишься при встрече. Они тебя порадуют, не переживай.
– Не сомневаюсь!
Лошади зафырчали. Карета вновь встала на якорь.
– Приехали! – крикнул Румьер.
– Ну что же! Пойдемте! – радостно сказал Крау.
Фидель виновато и с горечью уставилась в пол. Тихо-тихо она сказала:
– Ты иди, а мы останемся. Так нужно. Таковы правила.
Рэдо хотел было возмутиться, но Крау остановил его:
– Если так говорит наша Фиделия, пусть так и будет.
Рэдо сердито уставился на нее, но в итоге перевел взгляд на Крау и уверенно кивнул ему:
– Тогда иди. Иди к той судьбе, что всегда была уготована тебе!
Крау дурашливо взялся за сердце и поклонился, пародируя знать, которой сам и являлся.
– Не прощаюсь.
Фидель все же смогла в последний раз взглянуть на него с болезненной улыбкой на лице:
– Я тоже. Тоже не прощаюсь.
Крау вышел под свод черных туч. Тут и там сыпались молнии. Впервые так вблизи он наблюдал башню. Несколько долгих минут отделяли его от нее.
Величественная. Ужасная. Красивая. Темная.
Каждый шаг ему казался таким легким. Каждый вздох – свежим и глубоким. Вдали он завидел фигуры. Четверых окружало множество людей в полном обмундировании, с мечами и арбалетами наготове.
Перед Крау кольцо военных расступилось, впустив его внутрь.
– Так вот, кто наш пятый. – Эльф с диковатым выражением лица протянул ему руку, - Альтер. Приятно познакомиться.
– Крау. Приятно и мне.
– Эленмер.
– Рондо. А это Вивай из Оргалана. Она у нас не любит болтать.
Вивай хмыкнула.
– Эй, начальник! Так как открыть эти двери? – Спросил Альтер, но так и не дождался ответа. На лица их стражи были нацеплены капюшоны, словно они были никем и ничем.
Двери башни… Они сразу же заворожили его. Величественные, ажурные. Тут и там на них были фрески с никому неизвестными сюжетами. А вот здесь выступают горгульи, а тут в лестницу выстраиваются черепа…
– Наверное нужно подойти ближе, - сказала Эленмер.
И они подошли.
– Наконец… - сказала тихо Вивай.
Ее изящная рука коснулась двери, а хвостик завилял.
– Все нериты такие? Ну… с причудой? – спросил вслух Альтер.
– Тот же вопрос у меня к эльфам. – пошутила Эленмер.
Позади послышались переговоры. А затем отсчет.
Три…
Крау повернулся первым.
Два…
В этот миг его сердце остановилось. Оно было разбито, растоптано и уничтожено.
Один…
Арбалеты сделали залп, но их едва было слышно из-за грома.
Тела упали на землю без лишней грации. Крау потянулся рукой к Черной стали, схватился за нее и успел лишь прошептать:
– Ричард…
Через несколько минут пришла Фидель. Воинский расчет отсалютовал ей, а она ответила им коротким кивком. Она подошла к телу Крау, села рядом и коснулась его лица.
– Прости меня.
Слезы или дождь наполнили ее глаза?
– Пожалуйста, прости…