Чтение онлайн

Рения осторожно погладила руку Хасар, как бы одобряя и понимая.

Поэтому Ирэн склонила голову и сказала принцессе:

— Меня не интересуют нетрудные друзья — нетрудные люди. Думаю, я доверяю им меньше трудных, и считаю их гораздо менее убедительными.

Это привлекло внимание Хасар. Она наклонилась вниз по столу, чтобы осмотреть Шаола и протянула:

— Ты выглядишь красиво, лорд Вэстфол.

— И ты выглядишь красивой, принцесса.

Хасар, даже хорошо одетая, никогда не будет такой. Но она согласилась с улыбкой кошки, которая каким-то образом напомнила Ирэн о незнакомце в Иннише — знание о том, что красота была мимолетной, но сила… власть была гораздо более ценной валютой.

Праздник разворачивался, и Ирэн терпела неосторожные тосты от Хасар, ее дорогого, верного, умного друга. Но она пила с ними. Шаол тоже. Вино и медовый эль, их стаканы наполнялись, прежде чем Ирэн даже заметила почти бесшумных слуг.

Прошло всего тридцать минут, прежде чем начались разговоры о войне.

Сначала Аргун начал его. Издевательский тост о безопасности и безмятежности в такие бурные времена.

Ирэн выпила, но попыталась скрыть свое удивление, когда обнаружила, что Шаол тоже пьет, со смутной улыбкой на его лице.

Затем Хасар начала размышлять над тем, были ли западные отходы, когда все были сосредоточены на восточной половине континента, была ли честная игра для заинтересованных сторон.

Шаол только пожал плечами. Как если бы он сегодня пришел к определенным выводам. О понимании этой войны и роли королевских семей в ней.

Казалось, Хасар заметила. И для всех, кто был на вечеринки по случаю празднования дня рождения, принцесса сказала вслух, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Возможно, Аэлина Галантия должна притащить столь уважаемую особу сюда и выбрать одного из моих братьев, чтобы выйти замуж. Возможно, тогда мы подумаем о помощи ей. Если это повлияет на семью.

Имея в виду все это пламя, всю эту грубую силу… привязанную к этому континенту, связанную родословной, чтобы никогда не быть угрозой.

— Мои братья должны будут терпеть такого человека, конечно, — продолжала Хасар, — но они не такие слабые люди, как вы можете подумать.

Взгляд на Кашина, который, казалось, притворялся, что не слышит, даже когда Аргун фыркнул. Ирэн задавалась вопросом, знали ли другие, как приверженец Кашина был изгнан из-за их издевательств, — что он никогда не падет до того, чтобы избить их просто потому, что его это не интересовало.

Шаол ответил Хасар равнодушно:

— Интересно, как бы Аэлина Галантия разобралась со всеми вами… — секретная, знающая улыбка, словно Шаолу очень понравилось видеть это зрелище. Как будто Аэлина могла начать эту кровавую охоту. — Брак для нее не вариант.

Брови Хасар взметнулись вверх.

— С человеком?

Рения резко взглянула на нее, но Хасар проигнорировала ее.

Шаол усмехнулся.

— С кем угодно. Кроме ее возлюбленного.

— Короля Дорина, — сказал Аргун, крутя свое вино. — Я удивлен, что она склонна к нему.

Шаол напрягся, но покачал головой.

— Нет. Другой принц, родившийся не здесь и могущественный.

Все члены королевской семьи затихли. Даже Кашин посмотрел на них.

— Кто это, скажи? — Хасар отхлебнула свое вино, ее глубокие глаза потемнели.

— Принц Рован из клана Уайтхорнов, из Доранеллы. Бывший командир королевы Маэвы и член ее королевского дома.

Ирэн могла бы поклясться, что кровь полностью отлила от лица Аргуна.

— Аэлина Галантия выйдет замуж за Рована Уайтхорна?

То, как принц сказал это имя… он действительно слышал об этом Роване.

Шаол упомянул Рована не один раз мимоходом — Рован, которому удалось исцелить большую часть ущерба в позвоночнике. Принц Фэ. И любимый Аэлины.

Шаол пожал плечами.

— Они — карранам, и он поклялся ей на крови.

— Он поклялся Маэве, — возразил Аргун.

Шаол откинулся на спинку кресла.

— Да. Аэлина заставила Маэву освободить его от нее, чтобы он мог поклясться ей. Прямо перед лицом Маэвы.

Аргун и Хасар обменялись взглядами.

— Как? — потребовал первый.

Губы Шаола скривился.

— Точно так же, как Аэлина достигает всех своих целей. — он поднял брови. — Она окружила город Маэвы огнем. И когда Маэва сказала ей, что Доранелла была сделана из камня, Аэлина просто ответила, что ее люди — нет.

Холодок пронзил позвоночник Ирэн.

— Значит, она грубая и сумасшедшая, — фыркнула Хасар.

— Она? Кто еще принимал вызов от Маэвы и ушел, не говоря уже о том, чтобы получить от нее то, чего хотел?

— Она бы уничтожила целый город за одного человека, — огрызнулась Хасар.

— Самый могущественный чистокровный мужчина-фэ в мире, — просто сказал Шаол, — достойный вклад для любого двора. Особенно, когда они влюбились друг в друга.

Хотя его глаза танцевали, когда он говорил, последние слова скрывали напряжение.

Но Аргун ухватился за слова.

— Если это настоящая любовь, тогда они рискуют узнать, что их враги пойдут за ним, чтобы наказать ее.

Аргун улыбнулся, как будто сказал, что уже думал об этом.

Шаол фыркнул, и принц выпрямился.

— Удачи всем, кто попытается пойти за Рованом Уайтхорном.

— Потому что Аэлина сожжёт их дотла? — cпросила Хасар с притворной сладостью.

Но Кашин ответил тихо:

— Потому что он и сам может справится. Еще Рован Уайтхорн всегда будет тем, кто будет успокаивать её характер. Она не нападет.

Молчаливая пауза.

Тогда Хасар сказала:

— Хорошо, если Аэлина не сможет предоставить свой континент, возможно, мы будем искать в другом месте. — она ухмыльнулась Кашину. — Возможно, Ирэн Тауэрс может быть предложена на место королевы.