Чтение онлайн

Не прошло и четырех минут, как я весь вымок. Сигарету я выплюнул, а сам поспешил спрятаться по дерево. Но это было бесполезно. Никакие листья спасти меня уже не могли. Поэтому я вышел под открытое небо, поднял голову вверх и раскрыл рот. Дождевая вода быстро его заполнила. Я проглотил воду.

Следующее, что я сделал - это снял майку. Не то, чтобы я боялся, что она намокнет. Нет. Она уже была мокрая. Просто я захотел свободы. А одежда, особенно мокрая, все-таки сковывает. Пройдя еще пару метров, я снял и мокасины.

Вода в лужах была теплая. Я зашлепал по ним босыми ногами, весело разбрызгивая их содержимое. Люди оборачивались на меня и улыбались. Майку я засунул одним краем в левый карман так, что ее другая часть свисала ниже колена. Волосы давно уже намокли и прилипли к лицу. Люди смотрели на меня, а я на них. И нам всем было весело. Им от моей выходки. Мне - оттого, что уж очень смешно прохожие жались друг к другу.

Стальные прутья дождя били по моей спине. Я пешком дошел от проспекта Машерова до проспекта Скорины. Там я спустился в переход. Идти босиком по нему было не очень приятно, потому что пол там был пыльный и сухой. Наконец я снова вышел на свободу и пошел мимо кафе, которых там была целая улица. Люди, прятавшиеся в них, смотрели на меня и улыбались. Никто меня не осуждал. По крайне мере я не чувствовал ни одного негативного взгляда.

Я свернул в переулок между Национальным Банком и Английским посольством. Не так давно тут построили скверик. Он мне очень нравиться. Особенно вечером, когда зажигают белые фонари. Я прошел по центральной аллее в противоположный конец сквера и сел на скамейку. Руками оперся сзади себя и стал смотреть в небо. Дождь больно был меня по груди и лицу. Но мне это очень даже нравилось.

Что чувствуют капли, когда летят вниз? Наверное, им не хочется разбиваться. По крайней мере, если бы я был каплей, то думал бы именно об этом. Хотя с другой стороны, это так здорово - СВОБОДНЫЙ ПОЛЕТ.

Мне захотелось покурить. Только сигареты мои, обе пачки, превратились в кашу. Я выкинул их в урну, стоявшую рядом со скамейкой. Деньги тоже размокли, только выбрасывать я их не стал. Решил, что когда приду домой, то обязательно высушу их утюгом, или на батарее.

Дождь стал заканчиваться. Я встал и побрел домой.

Давно в Минске не было такого дождя. Когда я был маленький, я от кого-то услышал, что когда идет дождь, то это значит, что тот, кто умер, не хочет уходить на небеса. Если это правда, то кто-то очень любил жизнь...

Глава 12

Когда я вышел из института первое, что мне бросилось в глаза - это роскошный, черный "BMW". Передняя дверь справа была открыта, а на сиденье сидел Антон. Сидел и курил. Увидев меня, он махнул рукой, чтобы я подошел. Когда я приблизился, он широко улыбнулся. Из машины вышел водитель. Здоровый, коротко стриженый парень в спортивном костюме. Так ходят только в спальных районах. В каких-нибудь Шабанах.

– Знакомьтесь. Сергей - это Тимур. Тимур - это Сергей, - представил нас Антон.

Мы молча пожали друг другу руки.

– Нравиться тачка?
– продолжал свой треп Антон.
– Чуваку бабки были срочно нужны, так он и продал ее, - он постучал ладонью по крыше машины. За четыре косаря. Пожалел я его просто. Можно было меньше дать. Но моя доброта победила.

– Лживая добродетель...

– Чего? Что ты имеешь в виду?

– Доброту свою засунь себе в задницу. Она тут не причем. Правильней сказать - ее тут просто нет. Нет, и не было. И я сомневаюсь, что она когда-нибудь у тебя появиться. Ты всего лишь воспользовался положением другого человека. И я тебя не осуждаю. Мало, кто поступил бы иначе. Вот только не надо мне тут разглагольствовать про доброту. Гуманист...

Видно было, что Антону не очень понравилось все, что я ему наговорил. Не знаю, думал ли он иначе. Или наркотики совсем сожгли его мозги, что он просто не мог сообразить, что ответить, но он сказал:

– Поехали, покатаемся что ли?

Я молча открыл дверцу автомобиля, сел на заднее сиденье, достал сигареты...

– Только в машине не курить! Один долбак мне в старой тачке потолок пропалил. Так что теперь я не разрешаю курить в машине. Без обид?

– Ладно, - я убрал сигареты в карман.

Антон забрался в машину, на сиденье рядом с водителем. Сначала мы проехались по дворам. Унылые пятиэтажки с пустыми глазницами вместо окон. Умирающие старики, смотрящие на мир уставшими глазами. Перепачканные малыши, сидящие в песочнице. Их родителям нет до них дела. Они сидят дома в грязи, давно потеряв место на заводе и уважение к себе. Бутылка их поймет. А дети? С детьми ничего не станет. Пусть с детства привыкают, что детства у таких, как они - нет.

Я как-то не заметил, как мы перестали петлять по дворам, выехали на улицу и поехали в сторону Шабанов. Там свернули на заправку.

– У тебя деньги есть?
– Сергей обратился к Антону.
– Заправиться надо.

Антон "выдал" нужную сумму. Заправившись, Сергей вывел машину на Партизанский проспект, и мы быстро стали удаляться от Шабанов.

Надо сказать, Сергей уверенно держал машину. Казалось, что они созданы друг для друга. Идеальная пара. И все-таки что-то было не так. Что-то не давало мне расслабиться. Как будто, кто-то шептал мне в ухо: "Ты в опасности. Ты в опасности!" По мере приближения к центру, машин на дороге становилось больше, а скорость нашей росла прямо пропорционально их появлению. Я даже не заметил, что в салоне воцарилась полная тишина.

Мы пронеслись через перекресток на красный свет. Я тупо уставился в затылок водителя. Резкий звук клаксона справой стороны от нашей машины заставил меня повернуть голову в сторону, откуда он послышался. Мы пересекали очередной перекресток, а старенький форд не доехал до нас каких-то полметра.

– Ты!!! Придурок, что творишь!!!
– я заорал на Сергея.

– Блядь!!! Тормоза не работают!!!
– таким же, срывающимся на крик голосом, ответил он.

– Чего?
– мои глаза округлились.