Беглянка
Шрифт:
– И правильно, – Святослав кивнул и сделал маленький глоток алкоголя. Поморщился, усмехнулся чему-то своему, а затем бросил на жену отчего-то злой взгляд. – Твой отец мне заявил, что нынче ты – моя забота. Говорит, что я должен тебя обеспечивать. Я и не против, – протянул он. – Вот только я думал, что беру в жены экономную и не расточительную девушку. А затем увидел выписки по твоему счету.
– И? – Алиса пожала плечами, не желая принимать игру мужа.
– Они просто непозволительно большие. Тебе так не кажется? В конце концов, тебе двадцать, ты сама еще ничего не заработала, а тратишь миллионы, – холодно изрек Астахов. Он медленно встал и подошел к юной супруге, заставляя ее испытать страх вперемешку с негодованием.
– Но… – Алиса несколько раз моргнула, не зная, что именно отвечать мужу.
– Дорогая моя, – обманчиво ласково начал Астахов, – я считаю, что тебе не зачем каждый месяц делать отчисления в этот свой приют…
– Но я люблю животных, я там волонтер и они рассчитывают на эти деньги, – тут же взвивалась Алиса. Она занималась этим вот уже больше двух лет и этот приют буквально выживал за счет средств, которые предоставляла Маркова из своих «карманных» денег. На их счету были тысячи спасенных жизней животных, которым они впоследствии помогли обрести дом.
Алиса не могла по-другому, с детства души не чаяла в животных. Однажды увидев раненого пса на дороге, она подобрала его и отвезла в ближайшую ветклинику. Именно там она впервые увидела маленькую банку, в которой лежала всего пара купюр. Очередной приют для животных был на грани закрытия. Пса тогда выходили, а Алиса обратилась к волонтерам из того приюта. С тех пор она ежемесячно переводила туда довольно крупную по меркам обычного человека сумму. Часто приходила туда сама, возилась с животными, даже уговорила родителей взять кота к себе домой…
– Пускай другие люди заботятся об этом, – Астахов безразлично пожал плечами, затем отошел на несколько секунд и вернулся к жене уже с несколькими листами бумаг. – Вот еще, – продолжил он, – ты тратишь восемьдесят-сто тысяч на походы по ресторанам, кафе и кино. Это в среднем. Скажи мне, пожалуйста, что можно заказывать на такую сумму?
– Ну… иногда я плачу за подруг и друзей… – смущенно протянула Алиса, понимая, как глупо, наверное, смотрится со стороны.
– Хорошие друзья, – сухо ответил Святослав. – Идем дальше? – он наигранно улыбнулся, но так и не дождался ответа. – Курсы арабского. Насколько я понял, ты ходишь туда давно…
– Да, уже полтора года… – совсем тихо ответила Алиса, и так понимая, к чему ведет супруг.
– Скажи, пожалуйста, зачем тебе арабский? – Астахов бросил на жену серьезный взгляд.
– Мне нравится…
– И что дальше?
– Я путешествую по арабским странам, мне нравится их культура…
– К путешествиям мы еще подойдем, сейчас я спрашиваю о другом. Для того чтобы путешествовать по другим странам, совсем необязательно знать языки все языки мира.
– Но…
– Ты собираешься жить там?
– Нет… то есть я никогда об этом не думала…
– Но ты платишь 70 долларов за занятие. Вот уже… сколько ты сказала?
– Полтора года…
– Точно, полтора года. Сложим вместе цифры?
– Не надо…
– Хорошо, – Святослав кивнул, полистал бумажки, а затем снова поднял взгляд на супругу. – По магазинам ты ходишь ровно раз в неделю. И судя по астрономическим суммам, которые я здесь вижу, ты и там платишь за друзей.
– Нет… – Алиса покачала головой, опуская голову. Так строго ее не отчитывали ни родители, ни учителя. Она чувствовала себя глупым и провинившимся ребенком, которому грозила выволочка.
– Ты также каждое лето ездишь за границу. И там ты оставляешь в три раза больше, чем за месяц жизни здесь, в Москве.
Алиса ничего не ответила. Да, она действительно тратила много денег, она всегда прекрасно это понимала, но никто ей никогда этого не запрещал. Наоборот, мать поощряла увлечение дочери Востоком, хотя всегда ему удивлялась. Алиса всегда улыбалась, когда Тарья говорила о том, что у нее Алисы финские корни, а вот душа, похоже, принадлежит Востоку.
– В общем так, – уже абсолютно серьезно произнес Астахов. – Отныне я контролирую твои расходы, так как именно я буду платить по счетам. И я хочу, чтобы ты знала, – Астахов поднял бумаги вверх, демонстрируя их притихшей Алисе, – мне это не нравится. Я считаю, что тебя нужно перевоспитывать. Поэтому отныне я говорю тебе, что можно, а что нельзя.
– Но…
– Все, что я посчитаю нужным, я куплю тебе сам. Остальное тебе не к чему. Карточки у тебя больше не будет. Если тебе потребуется та или иная вещь, дай мне знать.
– Но… как же приют?! Они не смогут без меня выжить! А мой арабский? А…
– Тебе нужно повторять дважды? Я привык тратиться только на нужные вещи, – отрезал Астахов.
В последнее Алиса ни за что не могла поверить. Дом, его обстановка, машины в гараже Святослава, да что там, одна коллекция дорогущих часов чего стоила! Нет, скуп с собой он точно не был, а это означало только одно – Астахов не собирался тратиться именно на нее.