Бегство
Шрифт:
– Записку, – повторила она, поглаживая бокал. – Ну-ну.
– Ну-ну, – передразнил Марк, видимо, решив, что она сомневается. – Сей документ у меня сохранился. Так в потайном кармане сумки и лежит, запрятал и на годы забыл о нём. Подожди!
Для него вдруг стало невероятно важным продемонстрировать ей записку как доказательство того, что он не сочиняет и когда-то был очень решителен.
– На! – Марк гордо протянул жене бумагу и налил ещё вина.
Анна быстро пробежала глазами строки. Действительно, похоже на то, что оставляют самоубийцы, насколько она, конечно, в этом разбиралась. И текст подходящий, и почерк не изменился.
– Видишь, серьёзно подготовился, – довольно сказал он.
– Только числа нет, – чуть насмешливо отозвалась Анна. – Не считается.
– Так это легко поправить, сейчас проставим.
Марк достал из сумки ручку.
– Тот день не помню, пускай будет сегодняшний. Нынче у нас…
– Уже новый день наступил, – поправила Анна.
– Да, во всём важна точность, – хмыкнул мужчина и поставил дату.
– Как у нас разладилось тогда, – сказала она, с трудом вставив лишнее слово «тогда»…
Анна думала, что это риторический вопрос, но бывший муж с готовностью стал отвечать.
– А я помню, очень хорошо помню. Мы возвращались домой; я шёл, увешанный сумками. На лестнице оступился и подвернул ногу. Я остановился от резкой боли, а ты через плечо, не поворачиваясь, бросила: «Ну что, опять не смотришь под ноги, неуклюжий, как всегда. Вечно у тебя что-то». Вот с этого момента и пошло всё как-то не так…
– Эх, – тяжело вздохнул Марк и набрал полную грудь свежего воздуха. Он снова облокотился о перила балкона и прикрыл глаза. В руке он продолжал сжимать записку.
Анна легко поднялась, высокая и осанистая, и оказалась позади него. Женщина сама себе не могла объяснить, почему она так запросто его скинула, откуда у неё взялись силы, чтобы небрежно толкнуть Марка, словно смахнуть крошку со скатерти или пылинку с платья.
Он до последнего не кричал, видимо, не успел понять, что происходит, и открыть глаза.
Лишь противный глухой шмяк и последовавшая тишина возвестили о том, что всё быстро закончилось. Осознание царапнуло по нервам, словно лезвие по стеклу.
Анна вошла в номер, сбросила туфли, платье и, забравшись под одеяло, вмиг уснула.
5
Сколько она проспала, девушка не знала. Разбудил её стук в дверь; она открыла глаза и увидела на пороге администратора отеля и полицейского в форме.
– Простите, я ещё не вставала.
– Это вы нас извините за беспокойство. Случилось несчастье… – начал администратор.
Полицейский его настойчиво отодвинул.
– Я пройду.
Он измерил шагами лоджию, а потом спросил:
– Кто здесь был вчера?
– Я и муж, мы праздновали годовщину знакомства…
– Вы не ссорились?
– С чего бы это? У нас был до того праздничный ужин в ресторане.
– На балконе есть спиртное, – заметил офицер.
– Да, это радостное событие, и у нас отдых. К чему эти вопросы?
– Вы не знаете, где ваш муж?
– Нет, я проснулась от стука. Наверное, Марк на пробежке или на море. А иногда он уходит без меня играть в боулинг.
На этот раз администратор вмешался:
– Мадам, мы хотим сообщить новость и выразить вам соболезнование. Возможно, несчастный случай, найдена записка… Ещё предстоит выяснить, – он путался в словах.
– О чём вы говорите?
– Вам муж найден под окнами, он упал.
– Вы вызвали врача?!
– Доктора сразу осмотрели его, но смерть наступила за несколько часов до того, как тело нашли. Никто не живёт на террасе под вами.
Она села на кровати.
– Могу я увидеть записку?
Полицейский протянул ей смятую бумажку.
Быстро прочитав её, Анна покачала головой.
– Но я не давала ему повода думать, что оставлю его. Никогда не заводила об этом речь. Послушайте, он ходил в кегельбан, проверьте там. Я слышала, что иногда играют на деньги, возможно, он кому-то остался должен или наоборот…
– Этот след вряд ли стоит рассматривать, – оборвал полицейский.
Администратор вздохнул, словно прямолинейность офицера была ему в тягость.
– Ваш муж там не появлялся. Он попросил местного бармена сказать вам, что играл.
– Но зачем?! Тогда куда же он ходил?
– Не беспокойтесь, мы рассчитали того, кто взял деньги за эту услугу, и ещё одного сотрудника, виновного в его отсутствии, – не ответив, сказал администратор, словно это могло её успокоить.
Они помолчали.
– Мы понимаем, как вам тяжело, но предстоит выполнить ряд формальных…
После всех необходимых процедур Анна не покинула остров. Она объяснила, что не сможет перенести перелёт в таком состоянии. Тело она распорядилась кремировать и оставила урну в церемониальном зале, чтобы никогда не забрать.
Затем Анна выехала из гостиницы, сказав, что ей надо попутешествовать по острову и привести мысли в порядок. Вместо этого она направилась на соседний курорт и сняла там бунгало у местного рыбака, плохо говорящего по-английски.
На диком пляже Анна познакомилась с компанией молодых местных, отдав предпочтение самому настойчивому. Днём они плавали и играли в пляжный волейбол, ночью гуляли по лунному острову, находя всё новые места, чтобы быть вместе.
Они почти не знали языка друг друга, но неплохо понимали, что каждый хотел, и этого было достаточно. Вечером он готовил мясо и овощи на углях, и они ели без всякого сервиса, официантов, без красивой посуды – лишь на том, что было под рукой. Ей нравились простые вещи – что её новый друг не опускает вниз глаза, когда говорит, не отводит взгляд. И берёт то, что захочет.