Чтение онлайн

— То же самое Слэйд сказал обо мне, — мрачно заметил я. — Знаешь, мне уже осточертело бежать наобум, по уши сижу в этой гонке. Может, правильнее плюнуть на все и не двигаться с места?

— Я бы не советовал тебе, — предостерег Кейс. — Лучше послушайся приказа и отвези посылку в Рейкьявик.

Он надел пиджак.

— Я провожу тебя до машины. Где ты ее оставил?

— Недалеко от отеля.

Он уже открывал дверь, когда я сказал:

— Думаю, что ты не был со мной до конца откровенным, Джек, избе­гал, как мог, нескольких тем. Послушай, в последнее время происходят разные удивительные вещи, например, работник Конторы гоняется за мной с оружием в руках. Поэтому скажу тебе одно: вполне реально, что по дороге в Рейкьявик меня задержат, и если окажется, что ты имел к этому отношение, несмотря на нашу дружбу, я доберусь до тебя. Надеюсь, ты все правильно понял.

Он улыбнулся.

— Ты воображаешь себе нереальные вещи.

Однако улыбка получилась принужденной, а в выражении его лица я подметил что-то, чего не мог определить и что вызвало у меня тревогу. Прошло много времени, прежде чем понял, что за этим крылось, но случи­лось это, к сожалению, слишком поздно.

VI

Мы вышли из отеля. Темнота, окружившая нас, была типичной для летней поры в Исландии. Ее можно назвать кошмарным полумраком. Воз­дух переполнял запах серы.

Кейс, пожалуй, тоже почувствовал беспокойство в атмосфере, посмо­трел на стреляющие вверх гейзеры и прошептал:

— Что-то в этом есть, верно?

— Да, — коротко ответил я.

Мы шли, похрустывая подошвами ботинок, по дороге, покрытой обломками лавы, мимо длинной шеренги выкрашенных белых столбов, отделяющих дорогу от горячих источников. Оттуда доносились бульканье кипящей воды и все более сильный запах серы. В дневном свете источни­ки отличаются разными цветами: одни белые и чистые, как джин, другие сверкают прозрачной голубизной или зеленью, но каждый близок к темпе­ратуре кипения.

Даже в темноте я видел белые облачка пара, поднимающиеся в воз­дух.

Кейс заговорил:

— А если говорить о Слэйде, какое имело...

Я так никогда и не узнал, о чем он хотел спросить, так как возле нас внезапно выросли три плотные тени. Я почувствовал, как кто-то ухватил меня за плечо, и услышал шведскую речь:

— Стевартсен, стоять! Понятно?

Одновременно ощутил что-то твердое у себя в боку. Выполняя приказ, я остановился, но не совсем так, как того ожидали. Весь максимально рас­слабился, подобно Маккарти, когда ударил его палкой, подогнул колени и наклонился к земле. Я услышал приглушенный возглас удивления, и захват на моей руке моментально ослаб. Резкое движение в совершенно неожи­данном направлении помогло мне освободиться также и от ствола пистоле­та, вдавленного в мое ребро. В тот момент, когда я оказался у земли, момен­тально развернулся на согнутой ноге, а другой, жестко выпрямленной, угодил изо всей силы в моего говорящего по-шведски неприятеля. Получив удар под колени, он растянулся во весь рост на земле. Пистолет у него был снят с предохранителя, и в момент падения раздался выстрел. Я услышал свист пули, пролетевшей рикошетом.

Я перевернулся и замер, повернув лицо к земле у одного из столбов. На фоне белой краски я мог бы броситься в глаза, поэтому отполз в темноту, доставая одновременно пистолет. Кто-то за мной крикнул: «Спешите!», на что другой тихо ответил: «Нет! Слушайте!» Я лежал, не двигаясь, и вскоре услышал глухое топанье ног кого-то, бегущего к отелю.

Только люди Кенникена могли обратиться ко мне, назвав по-шведски Стевартсеном, а их более поздние крики по-русски подтверждали пред­положение. Прижав голову к земле, я всматривался в сторону дороги, пытаясь разглядеть, не появится ли там фигура кого-нибудь из моих пре­следователей, отчетливо выделяясь на фоне более светлого неба. Заметил вблизи непонятное движение, до меня донесся шорох шагов. Я выстрелил в ту сторону, вскочил и пустился наутек.

Идея очень рискованная: я мог в темноте на бегу упасть головой вниз в какой-нибудь бездонный источник с кипящей водой. Считая шаги, мыслен­но старался представить себе размещение гейзеров, которые часто видел в дневном свете в более подходящих условиях. Источники различались вели­чиной, начиная с маленьких, насчитывающих каких-то жалких пятнадцать сантиметров, до гигантских, достигающих в диаметре пятнадцать метров. Вода, нагретая в них в результате подземных вулканических процессов, непрерывно вырывается наружу, создавая сеть горячих гейзеров, покрыва­ющих всю местность.

Пробежав метров сто, остановился и опустился на одно колено. Передо мной поднималось облако пара, создавая густой белый заслон.

По моим подсчетам, я находился перед самим Гейзером. А это озна­чало, что Строккур остался где-то сзади и немного левее. Я отдавал себе отчет, что должен держаться от него как можно дальше: пребывание слиш­ком близко от Строккура грозило большими неприятностями.

Я оглянулся. Ничего не заметив, однако услышал звуки шагов, доно­сящихся с того места, откуда я прибыл. Справа также все ближе хрустели под ногами обломки лавы. Я не знал, отдавали ли себе отчет мои пре­следователи, но, сознательно или нет, они припирали меня к источникам, полным кипящей воды. Мужчина, подходивший справа, включил сигналь­ный фонарь, устройство, напоминающее прожектор. На мое счастье, он направил его на землю, более, чем мной, озабоченный возможностью пре­вратиться в готовый гуляш.

Я поднял пистолет и трижды выстрелил в его сторону. Свет тотчас погас. Не думаю, чтобы попал в него, просто он понял, что включенная лампа представляет идеальную цель. Меня не беспокоило, что произ­вожу много шума, в моей ситуации шум мог только помочь. До этого раздалось лишь пять выстрелов, на пять больше, чем возможно в тихую исландскую ночь. Уже зажглись окна в отеле, и оттуда доносились чьи- то крики.

Мужчина за мной выстрелил два раза. Вспышка огня из дула показа­ла, что он расположен не далее чем в десяти метрах от меня. Пули пошли веером: одна неизвестно куда, а другая угодила в зеркало Гейсира, подняв фонтанчик воды. Я не ответил огнем, а побежал влево, огибая источник. По дороге ступил в лужу горячей воды, к счастью, не глубже пяти санти­метров, и преодолел ее настолько быстро, что не получил никаких ожогов. При этом меня больше волновало, как бы шум хлюпающей воды под нога­ми не выдал моего нахождения.

Со стороны отеля слышалисьвсе более громкие крики и шум откры­ваемых окон. Кто-то со скрежетом завел автомобиль, зажглись фары. Я не обращал на все это внимания, а бежал дальше, приближаясь к дороге. Тот, кому пришла в голову идея завести машину, не намеревался тратить время на игры. Описал круг и двинулся в сторону источников, осветив фарами всю местность.

Его попытка для меня оказалась очень удачной: она помогла мне избежать падения головой вниз в один из кипящих источников. Я вовремя увидел отражение света на поверхности воды и успел остановиться, балан­сируя на самом краю. Тут же почувствовал резкий рывок за рукав пиджака: пуля, посланная неожиданно с другого берега источника, отнюдь не помог­ла мне сохранить равновесие.

Но хотя я и оказался в свете фар этого проклятого автомобиля, мой нападающий находился в худшем положении, так как расположился между мной и машиной, и его фигура отчетливо выделялась на свету. Я выстрелил в него: он вздрогнул и пропал. Вскоре фары ушли дальше, а я, не ожидая их возвращения, быстро побежал вокруг источника. Мой же противник послал пулю в то место, где я недавно стоял.

Через минуту фары вернулись и замерли. И тогда я увидел его, как он отступает, бросая нервные взгляды во все стороны. Меня он не мог увидеть, потому что в тот момент я лежал, прижавшись к земле. Он медленно отступал назад, но внезапно попал ногой в неглубокую ямку, заполненную горячей водой. Испугавшись, он попытался отбежать, но опоздал: за его спиной поверхность источника вспучилась, как чудовище, выныривающее на поверхность, газовый пузырь, предвещающий водный взрыв Строккура.