Чтение онлайн

Элизабет пробежала глазами фамилии.

— Джессика! — недовольно сказала она.

Глаза Джессики Уэйкфилд широко раскрылись — олицетворение самой наивности!

— А что? Я принесла тебе сенсационный материал, Лиз.

— Я возьму его, — сказала Элизабет. — После соревнований.

В этот момент в редакцию «Оракула» в величайшем возбуждении влетела Энни Уитмен.

— Сдала! — крикнула она Джессике. — Четыре с минусом по математике! Ой, Лиз, как мне благодарить тебя за помощь!

Вихрем налетев на Элизабет, она обняла ее и тут же кинулась вон, торопясь на следующий урок. Успела только крикнуть Джессике:

— Увидимся в спортзале!

— Так, — зловеще произнесла Джессика, когда Энни исчезла.

Элизабет снова взялась за статью.

— Предательница!

Элизабет продолжала неистово стучать на машинке.

— Я так и знала, что ей кто-то помогает! — кипела от злости Джессика. — Но я и представить себе не могла, что это моя собственная сестра!

Элизабет перестала печатать и умоляюще взглянула на сестру.

— Помоги ей и ты, Джес, ладно?

Вместо ответа Джессика резко развернулась и вышла из комнаты. Элизабет сняла пальцы с клавиш и подперла голову руками.

— Какое нелепое совпадение, — пробормотала она. — Ну что стоило одной из них прийти пятью минутами позже!

— Это что — беседа с глазу на глаз, или простому школьному учителю можно поприсутствовать? — раздался сзади шутливый голос, и Элизабет вздрогнула.

— Что?

Обернувшись, увидела у двери мистера Коллинза. Симпатичный куратор газеты ответил ей приветливой улыбкой.

Если бы ее застал за разговором с самой собой другой учитель, она бы очень смутилась. Но мистер Коллинз — совсем другое дело. Все девочки Ласковой Долины знают, что Роджер Коллинз — человек особенный. Ему еще нет и тридцати — почти самый молодой из учителей. Хорош собой и элегантен: высок, стройная фигура, мягкие светлые волосы, превосходного покроя спортивный пиджак.

«Рядом с ним остальные учителя выглядят так, словно одеваются в благотворительных магазинах Армии Спасения», — не без ехидства заметила однажды Джессика.

Но вовсе не за внешность любили Роджера Коллинза в школе все — и мальчики, и девочки. Просто он умел их понимать. Наверное, потому, что, сам будучи молодым, он мог смотреть на жизнь глазами молодых.

Мистер Коллинз пересек комнату и подошел к Элизабет.

— Так о чем звезда моей редакции разговаривает сама с собой? — все так же улыбаясь, спросил он. — Позволено мне будет это узнать?

— Наверное, да. То есть, мне кажется, что да, но имею ли я право на это, не знаю.

Элизабет в нерешительности склонилась над клавиатурой. Ей очень бы пригодился сейчас совет мистера Коллинза. Но как будет выглядеть в его глазах Джессика, если ему все станет известно! Это уже настоящее предательство по отношению к ней. Останавливало Элизабет и другое. Если Джессика узнает, а она всегда все узнает, тогда Элизабет не будет прощения до конца жизни.

— Я думаю, тебе следует записаться в новый семинар, который мы начинаем со следующего года, — с наигранным простодушием предложил мистер Коллинз, но глаза его смеялись.

— Не поняла? — смутилась Элизабет.

— Этот семинар называется «Твой выбор». У тебя, кажется, с этим сейчас проблемы.

— Да, мне нужно быть первой в списке, — улыбнулась Элизабет, но тут же посерьезнела. — Понимаете, мистер Коллинз, моя проблема в том… что это не моя проблема, но… я оказалась некоторым образом причастна… — Ее голос сорвался.

— Хорошо излагаете, репортер Уэйкфилд. Ясно, кратко, по существу.

На эту добродушную колкость Элизабет захихикала. Мистер Коллинз прямо-таки чует, как разрядить обстановку. Поэтому так легко говорить с ним.

— Я пытаюсь помочь одной девочке в очень важном для нее деле, которое ей по-настоящему необходимо, — начала Элизабет. — Но другая девочка не хочет, чтобы она этого добилась, и эта другая девочка уверена, что на то есть веские причины. — Элизабет взглянула на него, ожидая ответа.

— А ты оказалась между ними, да? — спросил он.

— К несчастью, да.

— И обе девочки — твои хорошие друзья, — продолжал он.

Можно ли назвать Энни подругой? Элизабет не задумывалась над этим. Но мистер Коллинз прав: они как-то незаметно стали с ней друзьями. А Джессика — сестра-близнец, самый близкий в мире человек, гораздо больше, чем подруга.

— Да, я обеих очень люблю и ужасно боюсь, что одна обидит другую.

Элизабет снова взглянула на мистера Коллинза, и он понимающе кивнул.

— Тогда выходит, что ты в любом случае пострадаешь, — сказал он и, придвинув стул, сел. — Так стоит ли вмешиваться в их отношения?

Элизабет подумала о том, насколько Энни зависит от ее поддержки и как мало она, в сущности, может ей помочь. Припомнилось раздраженное лицо Джессики несколько минут назад. Один неосторожный шаг — и дело кончится тем, что на нее обидятся сразу обе.

— Значит, самое лучшее, что я могу сделать, — это остаться для каждой хорошей подругой, а свои размолвки пусть они улаживают сами, правильно? — Она откинулась на спинку стула и уставилась на мистера Коллинза, ожидая ответа.

— Я же говорил, что ты звезда моей редакции, Уэйкфилд. — Он шутливо взъерошил ей волосы и встал.

— Спасибо, что побеседовали со мной, мистер Коллинз!

И впервые за все эти дни отборочный конкурс перестал казаться ей чем-то вроде конца света.

Но Энни, Кара, Сандра и все остальные претендентки именно так и относились к этому. Собравшись после уроков в гимнастическом зале, девочки молили Бога, чтобы долгие часы ежедневной подготовки не пропали даром.

Кара Уокер изобразила три приветствия с тем совершенством, которого достигла в результате жестоких тренировок с первым капитаном команды. Сандра Бэкон, к великому удовольствию Джессики, оказалась ничуть не хуже.