Чтение онлайн

Демельза ничего не ответила.

— После ужина она немного успокоилась, говорила более связно. Кстати, незадолго до случившегося она приходила ко мне за советом.

— В самом деле! Как водится, в мое отсутствие.

— Недавно одна из падчериц Селины вышла замуж, и вроде бы удачно, за индуса или полуиндуса. Он сын какого-то богатого торговца хлопком, родом, кажется, из Бомбея. Они поженились в августе, и Селина буквально разорилась на роскошную свадьбу. В следующем году молодые собираются поехать в Бомбей на пару лет. Поэтому Летиция позволила Селине пожить в своем доме в Лондоне до их возвращения. Даже до пожара Селина не могла принять решение. Им с кузиной не нравится дом, который снял им Джордж, и скорее всего, они с малышом Джорджи переедут в Лиссон-Гроув.

— Еще бы, — сказала Демельза, — как тут на что-то решиться, когда сына похитили. Могу себе представить.

— Тогда что тебе не ясно?

— Ты вроде бы пытаешься мне объяснить, верно?

— К сожалению, замешаны еще и финансы, эту проблему я пытался решить. У Селины остались деньги, но ей с трудом удается поддерживать привычный образ жизни. Когда она обратилась за помощью к Джорджу, ей пришлось связаться ростовщиками, чтобы оплатить дорогостоящую свадьбу. Я полагаю, Джордж расплатился с ростовщиками с условием, что она вернется жить в Корнуолл, а другие условия тебе известны. Если Селина нарушит условия договора, ей придется уплатить эту сумму Джорджу. Но ей это по силам, как говорит миссис Осворт, за счет продажи дома в Финсли или еще где-то. Ей не придется платить за дом в Лондоне, так она не наберет долгов, а оставшуюся часть денег может пустить в оборот или на проживание.

— Это все?

— Нет.

Трубка Росса потухла, пока он говорил, но не стал снова прикуривать.

— Ты, наверное, думаешь, что я так спешил из-за грядущего отъезда в Лондон. Но нет, я хотел воспользоваться тем, что Селине опостылел дом, в котором она живет, и помочь ей выработать план дальнейших действий, чтобы Джорж ей не помешал.

— Это звучит по меньшей мере странно. Только ли судьба Джорджи тебя заботит, может, и самой Селины?

— О Господи, ну разумеется, Джорджи! Она меня не волнует! Ты ведь должна понимать мои чувства к Джорджи!

— Да-да, я понимаю. Валентин ничего не оставил? Неужели одни долги?

— Я спрашивал Селину и узнал, что при жизни мистер Поуп оплачивал страховку от пожара в Плейс-хаусе, но она сомневается, что Валентин удосужился ее продлить. А шахта, новая шахта Уил-Элизабет — многообещающий источник дохода. Знаешь, когда мы затевали эту компанию для покупки шахты, чтобы спасти Валентина от долговой ямы, банк «Уорлегган и Уильямс» получил сорок девять процентов, а банк Корнуолла — двадцать шесть, а еще двадцать пять процентов остались в собственности. Валентина. Эта спасательная операция предпринималась с полным осознанием ее возможной убыточности. Сейчас же есть шансы на удачный исход. Учитывая исключительные обстоятельства, я предложил банку Корнуолла уступить двадцать процентов из двадцати шести, которыми он владеет, в случае, если Селина решит вернуться в Лондон и не возьмет денег Джорджа. Таким образом, она будет владеть сорока пятью процентами акций предприятия. Если шахта принесет прибыль, Селина может надеяться на достойную и независимую жизнь.

— Наверняка твои партнеры не захотят расставаться с акциями, чтобы передать их Селине, предположила Демельза.

— Что ж, они действительно не жаждали этим заниматься...

— И?

— Я купил все акции сам.

— Ты... Ты вложил все собственные деньги в эту шахту?

— Да.

Росс потупился.

— И, надо понимать, потерял... Сколько? Две... три тысячи фунтов сбережений?

— Но не прямо сейчас...

— Помнишь, когда-то давно, когда Джулия была совсем крошкой, ты чуть не прогорел и с трудом избежал долговой тюрьмы из-за трех тысяч фунтов.

— Отлично помню. Но сейчас дела идут намного лучше.

— Насколько лучше, Росс? Ты никогда мне не рассказываешь!

— Это несправедливо! Обычно ты не интересуешься делами.

— Я всегда интересуюсь. Но я слышала, что на Уил-Лежер открыли новую медную жилу, и если мне понадобится новое платье, скорее всего, я его куплю. Нам удалось устроить для Клоуэнс чудесную свадьбу. Мы смогли оплатить обучение Беллы и прочие расходы. В общем-то, я довольна и живу без забот. Но было время, очень долгое время, когда приходилось тревожиться каждый день.

— Я слишком хорошо это знаю. И теперь ты снова начала волноваться, потому что я подарил акций на три тысячи фунтов милой молодой женщине, которая в конце концов меня обольстит. Правильно?

— Возможно, потеря трех тысяч фунтов — не самое страшное из моих опасений.

Демельза глубоко вздохнула.

— Я хочу все провернуть на законных основаниях— сказал Росс, намеренно уводя тему в сторону. — Баррингтон должен приехать сюда в среду — убедиться, что сделка заключена правильно. Видишь, как я стал похож на Джорджа!

Макардл пришел на начало генеральной репетиции.

Хотя до премьеры осталось десять дней, ему хотелось проверить, как продвигается постановка. Они с мистером Глоссопом сильно потратились на новые декорации. Точно так же они потратились и на «Макбета», и это удвоило, по его мнению, как удовольствие зрителей, как и их численность. Спектакль положил начало новой эре, теперь зрители не выражали удовлетворения игрой актеров, пока не упадет занавес. «Макбет» играли в декорациях впечатляющих холмов Шотландии.

Важная сцена в «Ромео и Джульетте» проходила на балу у Капулетти, но большее внимание уделили сцене в склепе. Декорации установили в воскресенье. Пора было двигаться дальше. Дина Партлетт, играющая синьору Капулетти, жила чуть севернее Хаттон-Гарден, поэтому обычно заходила к Белле, и они вместе шли в театр. Репетиция проходила в костюмах, хотя их выбрали неделю назад.

Зрительный зал был огромный (один только балкон в театре вмещал восемьсот человек) и в этот день казался еще больше, хотя в ложе теснилось друг к другу всего пять человек. Начало репетиции прошло успешно.

Стоя на заднем плане и изредка шепотом обмениваясь замечаниями с тем или иным актером, Белла отвлеклась и задумалась о проблемах и парадоксах своей жизни за последний год. От главной партии в «Севильском цирюльнике» в Руане до незначительной роли в «Ромео и Джульетте» спустя полгода. Частичная потеря голоса повергла ее в уныние. Однако она продолжала учиться. Милый Морис назначил ее, почти неопытную певицу, на главную роль в непростой опере во Франции. Спектакль имел успех. Теперь же, перестав жаловаться на больное горло, Белла скоро выйдет на лондонскую сцену в шекспировской пьесе, благодаря настойчивости Кристофера и влиянию Эдварда. Она начинает вторую жизнь на сцене.