Белое Пламя
Шрифт:
– Это ты лишил меня всего, – проговорил он так, чтобы слышал только Ален. – Ты унизил меня при всех, это ты не дал мне добиться своей цели…
– Что, нашел на ком отыграться, придурок? – огрызнулся сквозь зубы Ален.
– О, не пытайся меня оскорбить, – так же тихо продолжал Грант. – Больше, чем ты это сделал тогда, тебе не удастся. Но я хочу расплаты…
Юноша отступил еще на шаг. Красно-черная кровь сочилась из ран, в глазах мутилось.
– Хочешь убить, – с трудом вымолвил Ален, – так убей, чего же ты медлишь… что может против такого опытного воина, как ты, всего лишь раненый пацан, который к тому же еще и в два раза тебя меньше…
– Не заговаривай мне зубы, Пламенный! – Грант заставил противника отступить еще на несколько шагов и прошептал совсем тихо: – Кроме того, я знаю твою маленькую тайну… Ты же не хочешь, чтобы я рассказал правду о тебе твоим друзьям, Ален? – Последние слова он прошептал так тихо, что даже маг скорее угадал их, чем услышал.
Сердце у Алена ухнуло куда-то в область пяток, по пути образовав в животе ледяную пустоту. Грант поглядел на него с паскудной улыбкой.
– Сразу станут понятны некоторые твои странности, не находишь? Например, то, что ты никогда не снимаешь перчаток. Тебя могут выдать руки…
Маг яростно закричал, упав на землю, откатился, вскочил и бросился в битву.
– Ты… – рычал маг, нападая. – Не мог… этого… знать!..
– Я, – усмехнулся Сын Смерти, – конечно нет. Но мне проговорился один маг. Перед тем как отбыл в мир теней.
Волшебник замер, отступив на несколько шагов.
– Ульрих… Ты убил учителя! – пораженно произнес Ален. – Ты убил учителя… – не веря, повторил он.
– И перед смертью он мне все рассказал.
Маг пошатнулся.
– Предатель… Ты предал нас!
Ален сделал шаг, занося меч, и вдруг повалился вперед всем телом. Вместо того чтобы ударить, Грант подхватил его, не позволяя упасть.
– Вот теперь ты весь в моей власти, маленький беспомощный Грифон. И я буду лишь первым среди тех, кто хочет свести с тобою счеты.
– Ошибаешься, – прохрипел вдруг очнувшийся маг и, вскинув меч, попытался перерезать горло врагу, но тот ловко увернулся, оттолкнув волшебника.
– Ты… – рыкнул Грант, но Ален не позволил ему договорить.
– Rety nu miere reuno! – выкрикнул он, протянув руку к Сыну Смерти. Грифон на Знаке нестерпимо засиял.
Потоки синего искрящегося света устремились к Гранту, обвили его, стиснули. Свет влился в его глаза, и Грант закричал, страшно, отчаянно. Ален, скалясь, продолжал держать врага, пока тот не затих. Белесый густой туман потянулся от Сына Смерти к Белому Грифону, обвил его, поднимаясь по ногам к горлу, закрывая лицо… Ален глубоко вдохнул, почти полностью втягивая в себя этот страшный живой туман. Отвернув лицо, закашлялся.
Сияние угасло, и вместе с этим упал на землю враг Алена. Волшебника повело. Росомаха первым оказался рядом и помог устоять на ногах.
– Надо болты вытащить, – суетливо сказал он.
– Поможешь, – сказал Ален.
С помощью меча он обломал тяжелое оперение болтов, протолкнул стрелы дальше сквозь свое тело. Повернувшись к Росомахе спиной, он сказал:
– Тащи стрелы. Я сам не смогу. А-а!.. – Пламенный выматерился. Без ругани его слова звучали примерно так: – Да не дергай же ты! Тяни ровно – она ж зазубренная!
Заплаканная Василиса подбежала к Алену, вырвавшись из круга подружек. Он ласково улыбнулся серыми от боли губами.
– Я же говорил, – мягко произнес он, – что все будет хорошо.
Девушка несколько раз быстро кивнула, не в силах отвести взгляд от ран и заговорить.
Ален повернулся к другу:
– Росомаха, я должен дойти до дома. У меня задета артерия, я потеряю сознание примерно через пять минут. Смерть от кровопотери наступит примерно через полчаса-час. Если я упаду…
Не закончив фразу, парень зашагал в сторону дома. Росомаха, протрезвевший и мрачный, последовал за ним, наказав ребятам остаться и разобраться с чужаками. Василиса вдруг сорвалась с места и бросилась вслед за друзьями.
Лунный свет стелил под ноги дорогу, бликуя на черной крови. Маг прошагал ровным, размеренным шагом в два раза дольше, чем рассчитывал. До дома оставалось совсем немного, когда парень сбился с шага и стал медленно заваливаться вбок. Росомаха без слов закинул его руку на свое плечо, помогая идти. Василиса поддержала юношу с другой стороны, хотя в этом не было нужды. Ален старался пореже дышать и перебирать ногами.
– Может, лучше к целителю? – неуверенно предложил Росомаха.
– Нет, – слабо ответил маг. – Не лучше.
Они прошагали еще немного, прежде чем Росомаха заговорил вновь.
– Слушай, командор… – отдуваясь, сказал он. – Ты вроде меньше меня раза в два… Чего ж ты такой тяжелый, а?
Волшебник слабо рассмеялся.
– Это война, – вымолвил он. – Ты не знаешь, кем я стал. Металлами… пронизано все мое тело… каждая мышца… все кости…
Ален замолчал и безвольно обвис на плече друга. Василиса охнула и согнулась под тяжестью его руки.
– Ален! – заволновался друг. – Эй, волшебник, держись! Совсем немного осталось!
– Я… не… волшебник… – хрипло выдавил юноша. – Я… Пламенный… архимаг…
– Архимаг? – делано удивился Росомаха, лишь бы не прекращать говорить. – Ну ты скажешь тоже! Архимагами становятся только старики!
– Я… тебя… старше…
– Да ну! А выглядишь-то гораздо младше.
– Это… потому… что ростом… меньше…
На последнем слове парень запнулся и снова отключился.
– Командор! – рявкнул Росомаха в самое его ухо.
Резко очнувшись, Ален вскинул голову к небу. Длинные зрачки окаймились в желтое. Мраморно-белое лицо с синими губами казалось неживым.