Чтение онлайн

– Зачем он это сделал? – продолжал Аллертон. – Зачем он отдал жизнь за ту, что ему не родня? Стражи принца исполняли долг, но зачем твой отец умер из-за нее? – он махнул на Эллен. – Это странно.

Я уставилась на руки, но чувствовала, что его золотые глаза скользят по моему лицу. Конечно, отец умер, думая, что защищает меня, думая, что они пришли за мной. Я не знала точно, понял ли это Аллертон.

– Итак, ты не Мим из Фордренкан, - сказал Аллертон. – Тогда кто же этот красивый юноша? – он указал на Каза, и я почувствовала, что тот вжался в стул. – Встань, дорогуша. Дай на тебя посмотреть.

Каз со скрипом медленно отодвинул стул. Две бледные ладони схватились за край стола. Я скользнула взглядом по грязному жакету Каза. Несмотря на грязь, там была видна вышивка на рукаве. Глупо было думать, что мы сможем укрыться. Никто в Хальц-Вальдене не носил такой одежды. Я взглянула в глаза Каза, и мое сердце сжалось, когда я увидела в них страх.

Аллертон склонился вперед, уткнувшись подбородком в сцепленные ладони.

– Ты явно долго пробыл в лесу. Я вижу грязь, - он скривил губы. – Но одежда неплоха, - его глаза сузились, я словно видела, как шестеренки в его голове пытаются раскрыть наши тайны. Я должна была помешать ему раскрыть Каза.

Я взглянула на Эллен, что прижалась к железным прутьям в слезах. Она выглядела как тот, кого лишили в последний момент победы. Я подумала о жестоких словах Аллертона, что она не может себя освободить. Но она уже не принадлежала себе, а я хотела увидеть его лицо, когда она докажет обратное.

Я могла сделать лишь одно, что спасло бы всех нас. Я должна выпустить зверька из клетки.

Глава двадцать первая: Рожденная с мастерством и король

 Голос Аллертона стал тише, когда я прикрыла глаза. Моя голова склонилась, словно я смотрела на ладони, он не мог заметить, что я делаю. С закрытыми глазами я думала о своих снах, тех снах, когда я становилась единой с природой. Если верить Аллертону, я могла управлять элементами, и я сосредоточилась на этой силе. Я сосредоточилась изо всех сил.

В палатке воцарилась тишина. Аллертон тихо вскрикнул.

– Сила, - прошептал он с возбуждением.

Что-то лопнуло во мне, я задрожала. Мои волосы откинуло ветром. Они летали под моими глазами, а палатку заполнил сильный ветер, что сдвинул стол и оттолкнул всех нас. Я упала на спину рядом с Казом.

Ветер поднимал книги, бумаги, занавески, они летали по палатке. Стражи попадали, закрываясь от ветра руками. Я направила порывы воздуха к Эллен, срывая дверь тюрьмы с петель. Эллен, что не упускала шанс, выпрямилась и вышла из клетки. Я отодвинула ветер, чтобы он не сбил ее, и она свободно вышла, лишь ее волосы разлетались в стороны. Она сохраняла вид полного контроля, играя свою роль. Она лишь раз глянула на меня, и я коротко кивнула, показывая, что это я.

Когда она вышла в центр палатки, я вскочила на ноги и потянула за собой Каза. Аллертон стоял, и я толкнула его ветром, сбивая в сторону стены палатки, и основание не выдержало. Палатка начала заваливаться, нужно было выбираться, пока нас не придавило тяжелой тканью. У нас был шанс сбежать.

– Нужно идти, - сказала я.

Эллен схватила Каза за руку. Они выбежали из палатки вместе.

Мои силы иссякали. Я еще не использовала так много магии, я не знала, когда она закончится. Мы побежали к костру. Вдалеке Эллен и Каз пересекали лагерь, вскоре я их уже не видела и замерла на месте. С болью я поняла, что они меня бросили. Они покинули лагерь вместе, даже не проверив, была ли я с ними. Как они могли?

Аллертон был близко, меня беспокоило его присутствие. Я чувствовала спиной его взгляд. Я хотела последовать за Казом и Эллен, но кинжал обжигал мою ногу. Он хотел, чтобы я использовала его, вонзила в живот этого самодовольного толстяка.

Я обернулась.

Склонившись, я вытащила кинжал из ботинка. Глаза Аллертона при виде его расширились. Ветер окружал нас, откидывая назад складки его черного одеяния и закручивая на моей шее накидку. Я сбросила ее. Сжимая кинжал, я шагнула вперед.

– Я знал, что это ты, - сказал он. – Я знал уже в тот миг, когда увидел. Ты можешь обманывать других, но не меня. Они могут думать, что ты обычная девчонка, в которой нет ничего особенного, но я вижу, какова ты на самом деле, как ты сильна.

Я вцепилась в рукоять кинжала.

– Плевать, что ты думаешь. Ты – убийца!

Аллертон покачал головой. В глазах его сияло сожаление и грусть.

– Мы не хотели никого ранить. Я сожалею. Честно.

Искренность в его голосе пробудила во мне сомнения. Я приструнила себя и сделала еще шаг ближе.

– Это обман. Ты просто хочешь жить.

– Правда в том, что я тебе нужен, - он перекрикивал ветер. – Я нужен тебе, чтобы ты смогла управлять силой. Посмотри вокруг. Посмотри, что ты наделала.

И только теперь я увидела, что ураган разрушал лагерь, срывая крыши хижин, сбивая людей с ног. Меня охватил шок. Я попыталась успокоить ветер, но он не слушался. Он продолжал разрушения.

– Останови это! – заорала я. – Выключи!

– Это не выключается, Мим, - сказал Аллертон. – Твои эмоции бьют через край. Боль утраты управляет тобой и твоей силой. Ты должна успокоиться.

– Я не могу, - голос тонул в вое ветра. – Я не могу этого сделать, - я повернулась к Аллертону и шагнула вперед. – Все потому, что я пришла сюда из-за мести. Все кончится, когда я убью тебя.

Холод побежал по моей коже, остужая гнев. Я прошла к Аллертону, сжимая кинжал. Его стражи остались под рухнувшей палаткой. Все остальные спасали свои жизни. Вот и все. Вот тот момент, которого я ждала, который я пообещала отцу. Пришло время убить человека, ответственного за его смерть, время вершить правосудие. Я приблизилась и приложила кинжал к его горлу. Золотые глаза Аллертона расширились в ужасе, он поднял руки, сдаваясь.

– Мей! – знакомый голос вырвал меня из транса. Саша стояла позади Аллертона, ее рыжие волосы развевались на ветру. – Мей, не делай этого.

– Так ты все же с ними, - бросила я. – Я думала, ты останешься с нами.

– Не в том дело, Мей. Не делай этого, иначе ты изменишься. Если ты убьешь… Возврата не будет. Я не хочу, чтобы это случилось с тобой, - умоляла она.

Я сглотнула и повернулась к Аллертону. Его рот был раскрыт в шоке, на лбу проступили морщины. Его глаза просили меня. У него не было оружия, он не мог сражаться. А вокруг нас отчаянно выл ветер.