Чтение онлайн

Пролежалъ онъ и еще день. Пришла суббота, и явился разсыльный съ пакетомъ отъ ленемана.

Работница подошла къ его постели: — Пришли отъ ленемана съ пакетомъ.

Бенони отвтилъ:- Хорошо. Положи пакетъ тамъ.

«Это объявленія, которыя надо будетъ прочесть завтра утромъ», подумалъ Бенони. Пролежалъ еще съ часъ, потомъ вдругъ вскочилъ и вскрылъ пакетъ: аукціоны… сбжавшіе арестанты… налоги… и — его собственное заявленіе, Бенони обими руками схватился за голову.

Такъ ему самому придется завтра утромъ прочесть это съ церковнаго холма, объявить во всеуслышаніе о собственномъ позор!

Онъ стиснулъ зубы и сказалъ себ:- Да, да, Бенони!

Но, когда завтрашнее утро настало, да еще такое солнечное, онъ не прочелъ своего собственнаго заявленія. Онъ прочелъ все остальное, только не это, — солнце, солнце свтило слишкомъ ярко, и сотни глазъ впивались ему въ лицо!

Онъ собрался домой въ подавленномъ настроеніи, отказался отъ всякой компаніи и направилъ свой путь черезъ лсъ и болото, чтобы побыть одному. Увы, въ послдній разъ довелось Бенони отказаться отъ предложенной компаніи, — больше его не удостаивали такой чести.

Скоро открылось, что Бенони утаилъ бумагу. Въ слдующее воскресенье ленеманъ надлъ фуражку съ золотымъ кантомъ и самъ прочелъ заявленіе въ присутствіи массы народа.

Дло было неслыханное въ приход, и въ воздух гулъ стоялъ отъ разговоровъ — отъ берега до самыхъ скалъ. Бенони палъ; онъ снялъ съ себя и сумку со львомъ, отнеся почту въ послдній разъ. Теперь онъ ни къ чему больше не годился на Божьемъ свт.

Цлую недлю бродилъ онъ подл своего дома и все думалъ и тужилъ. Вечеромъ пришелъ «нотбасъ» — староста неводной артели — и выложилъ Бенони его долю. — Спасибо, — сказалъ Бенони. На слдующій день вечеромъ пришелъ другой нотбасъ Норумъ, который захватилъ большой косякъ сельдей въ бухт противъ самаго дома Бенони. Отъ него Бенони получилъ за свои три небольшія доли въ невод, да крупную береговую долю, какъ хозяинъ берега. — Спасибо, — сказалъ Бенони. Ему было все равно; онъ ни на что теперь не годился.

Сирилундскій владлецъ, торговецъ Маккъ хотлъ — длалъ человку добро, хотлъ — зло; у него были на то средства. И душа у него была не то черная, не то блая. Онъ походилъ на своего брата, Макка Розенгорскаго, тмъ, что могъ сдлать все, что угодно; но иногда и превосходилъ его въ томъ, чего не слдовало длать.

И вотъ, Маккъ послалъ за Бенони, — чтобы сейчасъ же явился въ Сирилундъ.

Бенони пошелъ съ посланнымъ; а это былъ не кто-нибудь, но одинъ изъ лавочныхъ молодцовъ Макка.

Боясь теперь всего на свт, Бенони уныло спросилъ:- Что ему нужно отъ меня? Каковъ онъ съ виду, сердитъ?

— Не сумю теб сказать, что ему отъ тебя нужно, — отвтилъ молодецъ.

— Ну, пойду ужъ съ Богомъ! — мрачно заключилъ Бенони.

Очутившись передъ дверями Макковой конторы, онъ почувствовалъ себя еще боле приниженнымъ и жалкимъ, и такъ долго стоялъ тамъ, откашливаясь и оправляясь, что Маккъ услыхалъ и вдругъ самъ распахнулъ дверь.

— Ну, входи, — сказалъ Маккъ. И никто бы не догадался по его лицу, хочетъ онъ поднять или уничтожить Бенони.

— Ты дурно поступилъ, — заговорилъ опять Маккъ.

— Да, — отозвался Венони.

— Но и другіе поступали не лучше, — продолжалъ Маккъ и зашагалъ по комнат. Потомъ остановился и сталъ глядть въ окно. Наконецъ, повернулся и спросилъ:- Ты въ послднее время зашибъ деньгу?

— Да, — оказалъ Бенони.

— Что же ты думаешь предпринять?

— Не знаю. Мн ничего не нужно.

— Теб слдуетъ заняться скупкой и раздлкой сельдей, — сказалъ Маккъ. — За ними нынче не далеко ходить, — у самыхъ дверей своихъ найдешь. Скупай и соли, насколько капиталу хватитъ, а потомъ отправишь на югъ. Боченки и соль возьмешь, коли хочешь, у меня.

Бенони не сразу заговорилъ, и Маккъ спросилъ напрямикъ:- Ну, завтра же за дло?

— Какъ прикажете, — отвтилъ Бенони.

Маккъ снова подошелъ къ окну и остановился тамъ спиной къ Бенони; врно, обдумывалъ что-то. Голова этотъ Маккъ! Бенони усплъ придти въ себя и тоже началъ думать. Въ длахъ Маккъ сущій дьяволъ, и душа у него, пожалуй, скоре черная, чмъ блая. Бенони зналъ, что Макку принадлежитъ хозяйская доля въ большомъ невод, захватившемъ сельдь противъ дома Бенони. Вотъ ему и хочется сбыть товаръ, расторговаться! Время было уже позднее, и сельди угрожала рыбья ржа — «отъ». А заодно поубавится у Макка и огромный запасъ боченковъ и соли.

Сообразивъ все это, Бенони и прибавилъ:- Дло за цной, — само собой.

— Я хочу теб помочь, — отвтилъ Маккъ, оборачиваясь. — Пора теб стать опять на ноги. Ты наглупилъ, но и другіе вели себя не умне, и довольно ужъ наказывать тебя.

«А вдь онъ правду говоритъ», подумалъ Бенони и сразу размякъ:- Спасибо вамъ за это.

А Маккъ заговорилъ тономъ воротилы:- Я думаю еще послать письмецо нашему доброму сосду пастору. Я вдь крестный отецъ Розы и хочу замолвить словечко ей и ея отцу. Ну, да теб нечего знать объ этомъ. Великъ ли у тебя капиталъ?

— Да кое-что наберется.

— Ты понимаешь, — сказалъ Маккъ, — что для меня твои далеры не играютъ особой роли. Надюсь, ты это понимаешь въ точности. Такъ не изъ-за нихъ я хлопочу, а просто хочу поставить тебя опять на ноги.

— Честь и спасибо вамъ за это.

— Ты говоришь — цна… Объ этомъ потолкуемъ завтра. Встртимся на тон.

Маккъ кивнулъ въ знакъ того, что разговоръ конченъ, но, когда Бенони былъ уже въ дверяхъ, крикнулъ:- Слушай! Разъ ужъ я заговорилъ о письм,- такъ вотъ оно. Заодно завернешь на почту; тогда оно завтра же пойдетъ…

Бенони занялся скупкой сельдей. Нанялъ людей, которые зябрили, солили и укладывали сельдь въ боченки. Ужъ если Сирилундскій Маккъ вернулъ ему довріе, такъ у кого-жъ бы хватило спси сторониться Бенони? И онъ подъ конецъ началъ ощущать въ своей могучей груди частичку прежняго довольства и благополучія.

А Макку онъ отнюдь не далъ себя провести. Посл перваго же маленькаго ободренія Бенони сталъ прежнимъ расторопнымъ и смтливымъ малымъ; онъ не весь свой капиталъ всадилъ въ сельдей. Нтъ, хватитъ и половины! — разсудилъ онъ. Тмъ боле, что письмо Макка пастору Барфоду было уже послано, и Маккъ не могъ вернуть его назадъ.