Бернарда
Шрифт:
А за очередным поворотом была вот эта ночь, чудесная ночь, волшебная, рядом со спящей в его объятьях женщиной.
Дрейк был рад, что дошел.
Он победил.
Они победили.
Глава 11
Главное, сосредоточиться. Все пройдет правильно и хорошо. Глубокий вдох, выдох.
Я стояла у окна спальни, в российской квартире, глядя во двор, снова и снова прокручивая в голове все детали.
Клэр предупреждена – я сказала ей, что сегодня приведу в дом одного человека, которого буду называть «мамой», а этот человек будет называть меня «дочерью». Объяснила, что у моего… народа принятые такие обращения между очень близкими людьми. Клэр кивнула и пообещала, что дом будет готов к визиту гостя.
Далее следовал долгий с кропотливый разговор со Смешариками, которых я настоятельно просила не выскакивать из-за углов, не кататься по дому, не превращаться в непонятного рода предметы, не кричать, буйствовать и уж, упаси Господи, не пукать. Во время путаных объяснений Фурии внимательно буравили меня желтыми глазами, после чего с пониманием ответили: «Рошо. Спря.»
Умницы. Они все понимали. Не хватало, чтобы у матери случился приступ из-за неожиданно возникших в поле зрения пушистых шаров с глазами. Если уж по рассказам Дэйн, и тот, едва не получил удар, увидев их.
В коридоре хлопнула дверь туалета – кто-то из родственников встал.
Так, еще раз, без спешки – обо всем ли я подумала? С Клэр я поговорила, с Фуриями тоже. Воспоминание о реакции Дрейка вызвало новый прилив тепла. Я улыбнулась.
Сонный, горячий, мускулистый… Я лежала, прижавшись щекой к его груди, ласково поглаживая плечо. Его пальцы медленно вычерчивали узоры на моей спине; по коже волнами пробегали мурашки.
– О чем ты думаешь, любовь моя? С самого утра пребываешь в глубоких размышлениях.
– О том, что вечеринка только завтра, а сегодня свободный день.
– И? Хочешь провести его по-особенному? Мне сегодня все-таки стоит появиться на работе. Сиблинг, наверное, уже замучился один.
– Я понимаю, да. Скажи, а отчего зависит течение времени в разных мирах?
Пальцы на мгновенье застыли, пробыли без движения несколько секунд, затем продолжили свой путь вниз по позвоночнику.
– От того, какая именно между ними сцепка. Она просчитывается специальной формулой, регулирующей взаимодействие течения времени.
– Это сложная формула?
– Очень.
– Но ее можно изменить?
Я осторожно подняла голову и посмотрела в его лицо, затаив дыхание.
Дрейк лежал, не открывая глаз, и улыбался.
– Скажи, тебя всегда с самого утра посещают глобальные мысли?
– Нет, не всегда…
Красивое лицо довольного мужчины, от которого неизменно перехватывало дыхание, а в голову лезли греховные мысли. Взгляд смеющихся серо-голубых глаз из-под век.
– Я понял, о чем ты хочешь попросить меня. Решилась?
– Да.
– Молодец. Не забудь показать ей осенний парк и городской центр «Сфера».
Выдох от облечения. Я обожала его. До умопомрачения.
– Не забуду. – Прошептала тихо, погладила его лицо ладонью и коснулась губ, вложив в нежнейший поцелуй столько любви и благодарности, сколько была способна. Дрейк шумно втянул воздух, сдерживая растущее возбуждение.
– Так вот, значит, как из мужчин вьют веревки…
– Нет, их еще вьют с помощью ежедневной заботы, внимания, обожания, ласки… – Я нежно прикусила его нижнюю губу и едва не застонала от наслаждения, когда сильные руки затянули меня поверх мужского тела и сжали ягодицы. – С помощью завтраков в постель, понимания, окружения любовью…
Слова кончились, стоило горячему пенису прижаться к пульсирующей промежности.
Вспоминая об утренней сцене, я снова вспыхнула и почувствовала, что низ живота наполнился теплом.
Стоп, срочно расслабиться и переключиться. Впереди довольно сложный разговор, и потребуется предельная собранность. Спокойствие, глубокий вдох… еще один…
Дрейк по моей просьбе изменил формулу – начиная с этого дня, время в обоих мирах потекло с одинаковой скоростью, и сутки в Нордейле стали равны суткам в родном мире. Удобно, непривычно и немного страшно. Придется многое пересмотреть и переучиться. Но овчинка стоила выделки; с мамой давно стоило поговорить.
На кухне зашумел чайник. В раковину полилась вода.
Пора.
Дождавшись, когда завтрак завершится, я привела ее в спальню и усадила на кровать.
– Динка, ты зачем меня сюда привела? – Мама, одетая в домашний халат, улыбалась и немного нервничала. – Хочешь посекретничать?
– Хочу.
Я плотно закрыла дверь, подошла к окну и задернула занавески.
Так будет проще воспринимать.
На секунду прикрыла глаза и сконцентрировала внутреннюю силу. Теперь это давалось легко, без усилий. По комнате медленно начали расходиться невидимые круги, воздух задрожал.
Все получится просто и легко. Потому что теперь я умею…
Мама повозилась на кровати и едва заметно вздрогнула, когда мой голос зазвучал вновь – теперь в нем были новые, необычные ноты, спокойные и певучие.
– Сейчас,… – сорвавшись с губ, слова материализовывались в символы, сплетались из искорок и проникали в окружающее пространство, – …я расскажу тебе одну историю. От начала и до конца. Ты поверишь каждому ее слову и воспримешь все новое без удивления, без шока и стресса, ты окунешься в новый загадочный мир и захочешь увидеть его своими глазами.