Бес
Шрифт:
6
Это действительно было похоже на вход в ад.
Не лгали те, кто описывал это место именно таким образом. Существовало множество изображений со спутников и аэрофотосъемка, но отчего-то качество этих снимков хромало – наверное, потому что кое-кто был заинтересован в сокрытии истины. А может, потому что кто-то в Логове вовсе не желал позировать на публику.
Огромный провал, представший перед ними, напоминал то ли знаменитый Аризонский кратер, то ли гигантскую Пещеру Ласточек в Мексике. Когда-то над этим местом возвышался величественный белоснежный купол научно-исследовательского комплекса «Андромеда». Теперь на его месте зияла черная, опаленная огнем и химическими ядами дыра, отвратительная, как лопнувший чирей.
Туда, в бездонную пропасть, устремлялись похожие на водопады потоки мутировавшей растительности. Откуда-то из глубины этого мрачного Логова они черпали силы для все более извращенного изменения живой природы. Где-то там притаился источник смертоносного мутагена. И именно туда, как в омут, предстояло броситься двоим пришельцам из мира людей и их странному проводнику.
Они стояли на изломе, на самом краю пропасти. Взрыв, по мощности сравнимый с ядерным, снес с поверхности земли верхушку подземного «айсберга», уничтожил все живое вокруг. На этом тогда дело не кончилось. Еще полгода назад стоять на этом месте было бы смертельно опасно: все известное человечеству химическое оружие, все яды, токсины и радиоактивные изотопы сыпались сюда тоннами. Земля кипела и разлагалась на химические элементы, все живое корчилось в смертельных судорогах.
Но новая жизнь, прущая из глубины черной воронки, восстановилась с поразительной быстротой и мощью, точно губка впитав в себя все яды и будто бы даже смакуя их, как утонченное лакомство. Так что теперь места по соседству с провалом можно было считать «экологически чистыми».
Если не считать еще большей угрозы со стороны их обитателей.
Приближаясь к эпицентру Пандемии, трое путников все чаще встречали изъеденные ржавчиной и кислотами таблички:
Черепа и кости вкупе со значками радиоактивности и биологической опасности выглядели более чем убедительно. Шон то и дело поглядывал на Злого, ожидая его комментариев по этому поводу. Еще будучи на военной базе, Шон предлагал натянуть на себя костюмы химической защиты, да еще с ног до головы обсыпаться защитными препаратами, которые в изобилии имелись на складе.
Злой тогда остановил его:
– Это бесполезно. Против мутагена не существует защиты.
– Что же делать? – спросил Илья.
– Оставаться здесь, – просто сказал проводник. – Или идти туда и надеяться, что ваши организмы справятся.
– То есть это почти самоубийство? – тихо спросил Илья.
– Ты-то, считай, привит от мутагена, постольку наполовину состоишь из мутировавшей плоти, – глядя на лейтенанта, усмехнулся Злой. Перевел взгляд на Шона. – Ну а ты уже побывал там – тогда, в самом начале. Наверняка у тебя тоже есть иммунитет, раз ты до сих пор не превратился в монстра. Впрочем, на крайний случай у тебя будет бес-комплекс – если ты решишься применить его. И, разумеется, если мы найдем его там. В любом случае, главная опасность – это кровь мутантов и ваши собственные открытые раны. Так что желаю не попадать в чужие зубы…
И вот теперь они стояли здесь, на краю, и впервые не знали, что делать дальше. Черный волк склонился и лег на краю пропасти, чуть свесив мощные передние лапы. Его ноздри беспокойно раздувались, в глазах появился опасный огонек.
После первого взгляда в зияющую глубину, Илья предложил вернуться на склад за парашютами. Идея поначалу вызвала восторг Шона, но через минуту его энтузиазм утих.
– Вспомни наш прыжок над Далласом, – сказал он. – Мы чудом уцелели тогда. А бездумно нырять в эту помойную яму – вообще полный идиотизм… – Шон помолчал и добавил севшим голосом: – Да и почему ты думаешь, что эта дыра – не замаскированная глотка какого-нибудь гигантского монстра?
– В этом я, кстати, совсем не уверен, – сглотнув, проговорил Илья.
Вспомнился Большой Брат, без труда распотрошивший авиалайнер. После всего увиденного и впрямь легко представить эту дыру огромной распахнутой пастью, на дне которой в нетерпении побулькивает желудочный сок чудовища.
– Хватит фантазировать, – вмешался Злой. – Никаких парашютов. Пойдем обычным путем.
– Здесь есть путь, который ты считаешь обычным? – усмехнулся Шон.
Злой поманил за собой остальных и отправился вперед – вокруг провала, постепенно, по спирали спускаясь по узкой кромке все ниже и ниже уровня поверхности. Они медленно погружались во влажный полумрак, и небо удалялось за сколотым бетонным краем, будто навсегда прощаясь с ними.
– А Цербер? – спросил Илья, остановившись и оглянувшись туда, где сверкали, следя за ними, кровавые угольки волчьих глаз. – Он не пойдет с нами?
– Так надо, – веско сказал Злой.
– Ну, надо так надо… – пробормотал Илья. Впервые он понял, что рядом с этим чудовищем, притворившимся волком, он чувствовал бы себя в куда большей безопасности.
Цербер так и остался на краю, провожая людей неподвижным взглядом. Похоже, они с хозяином понимали друг друга без слов.
Дышалось тяжело. Тело мгновенно покрылось склизским потом. Здесь царила высокая влажность, пахло гнилью и тлением вперемешку с какими-то растительными ароматами. Предметы на расстоянии расплывались в горячей дымке, чувствовалось, как из глубины с приличной тягой поднимается густой, горячий, насыщенный испарениями воздух. Даже думать не хотелось о том, что происходит внизу, на самом дне этой зловонной ямы.
– Я не раз приходил сюда, – сказал Злой, коснувшись рукой отвесной стены, покрытой сеткой пульсирующей сельвы. – Что-то тянет…
Он помолчал, замявшись, и добавил:
– Как убийцу на место преступления.
– Ты до сих пор во всем винишь себя? – поинтересовался Шон, осторожно двигаясь по краю обрыва. «Экзоскелет» помогал тащить тяжести, но отнюдь не добавлял ловкости.
– Я искал его, – пробормотал Злой. – Хотел поговорить с ним…
– С кем? – спросил Шон.
– Его надо остановить, – продолжал Злой. – Попытаться убедить. Ведь не может быть так, чтобы он совсем не оставил нам шанса…
– Кому – «нам»? Людям? – осторожно спросил Илья. Он догадался, о ком ведет речь этот странный человек.
Злой не ответил. Илья с беспокойством отметил про себя, что их проводник немного не в себе. Видимо, эти места действительно не на шутку волнуют его.
Пройдя еще немного по узкой тропе, Злой вышел на небольшую площадку над пропастью и остановился. Площадка была когда-то частью железобетонного перекрытия, и сейчас из-под осыпавшегося бетона на добрые десять метров над пропастью торчала ржавая металлическая балка. Злой подошел к самому краю, чуть склонился, замерев под углом в неестественной позе, словно земная гравитация здесь действовала иначе.