Чтение онлайн

Вот тогда-то в работу по перестройке футбола быстро включился Госкомспорт. Движение, начавшееся снизу против рутинного ведения дела, завершилось документом (проектом устава Футбольного союза) сверху, с тех самых этажей, где эта рутина поддерживалась десятилетиями.

Естественно, созданный в кабинетах Госкомспорта проект не оставлял Футбольному союзу права на безоговорочную административную и хозяйственную самостоятельность. А без этого создаваемый союз не решит ни одной проблемы. Проблемы лишь будут множиться.

Почему разумная идея о необходимой перестройке в футболе не получила широкой поддержки специалистов гораздо раньше, ведь несовершенство ведения футбольных дел стало совершенно очевидным еще двадцать с лишним лет назад, когда советские команды вышли на аренду европейских клубных соревнований?

Думаю, коллеги согласятся со мной в том, что прозреть и сделать практические шаги в нужном направлении нам мешало наше правовое бескультурье, остатки рабской психологии, боязнь начальственного окрика. Десятилетиями оставались туманными наши представления о власти, о процессах управления. Это – жирная почва для роста беззакония и самоуправства. Это – удушливая атмосфера для новаторства, смелых идей, рвущихся в будущее.

Мы только сейчас все дружно стали понимать, что не всякий начальник – Советская власть; что есть законы, выполнять которые обязан каждый, независимо от служебного положения.

Но еще продолжают действовать охранные грамоты чиновников – тысячи бессмысленных, глупых ведомственных циркуляров и инструкций, чаще всего противозаконных по своей сути.

Примеры из практики спортивного ведомства. Нас обязывают выкупать у Госкомспорта рекламную форму, которую фирма «Адидас» распространяет среди участников популярных европейских клубных турниров. Дело дошло до того, что игроки сборной страны отправились на чемпионат Европы в форме, приобретенной на собственные средства. Это – унизительно.

У нас отбирают валюту, заработанную в коммерческих играх. По такому же грабительскому принципу тайком от нас подписываются сметы расходов, устанавливаются нормы финансового обеспечения в зарубежных поездках. А на какие расходы пошла валюта, полученная Госкомспортом за участие сборной СССР по футболу в финальной стадии чемпионата Европы? Где деньги, которые Госкомспорт (непонятно, почему?) получил за переход Заварова из киевского «Динамо» в «Ювентус»?

И вот ведомство, набившее руку на эксплуатации футбола, подготовило документ о предоставлении футболу свободы. Где, на какой строчке проекта устава можно отыскать эту свободу? Свобода – это прежде всего желание и возможность делать то, что не запрещено законом. Предоставление такой свободы создателям материальных и духовных ценностей имеет и экономическую цену.

Экономика и общество в целом не развиваются, если люди не хотят или не могут делать то, что еще вчера не было принято. Без экспериментирования, риска, умения брать на себя всю полноту ответственности, не дожидаясь команды сверху, движение вперед немыслимо.

Но такая раскованность исполнителей вызывает бешеное сопротивление руководящих лиц в ведомствах, заинтересованных в незыблемости порядка, в силу которого они владеют всем в своих «наделах». Привилегии ведомства – это прежде всего привилегии руководящих кресел. Это реальная власть, от которой никто не отказывается добровольно.

Однако мы наконец пришли к пониманию необходимости другого порядка, когда запрещать, карать и отменять имеют право только специально уполномоченные законом органы, а не любой ведомственный унтер с его доморощенной идеологией и феодальными рефлексами.

Сколько мы наслышались безграмотных руководящих указаний от наших ведомственных «знатоков». И по поводу объемов тренировок, которые отстают от плавательных или хоккейных норм; и по поводу причесок футболистов; и по поводу цвета, извините, унитазов, которые игроки устанавливают в своих квартирах… Мы били послематчевые пенальти, дозировали ничьи на весах ведомственного уголовного кодекса, играем тремя мячами.

Пристегивание Футбольного союза к тяжелому катку Госкомспорта ничего не изменит в положении футбола и не откроет перед ним никаких заманчивых перспектив. Нас накроет все тот же вал инструкций, требующих «улучшить, усилить, повысить, догнать и перегнать».

Статус постепенно создаваемых хозрасчетных клубов совершенно несовместим с диктатом ведомства, живущего за счет бюджетных ассигнований и поборов. Логика событий приближает день, когда Госкомспорт по отношению к футболу мастеров займет позицию государственного заказчика футбольного зрелища и высококвалифицированных игроков для комплектования сборных команд. А экономика, тренировочный процесс и право будут развиваться в клубах, огражденных законом от некомпетентного вмешательства.

Возможности для того, чтобы наш футбол сумел избавиться от опеки разного рода администраторов и вышел на самостоятельный путь развития, сейчас открыты огромные. Было бы ошибкой не использовать их.

В чем притягательная сила футбольных состязаний? Для любителей игры – это неповторимое желанное зрелище. А для самих футболистов, тренеров? Еженедельно выходят команды на игровое поле укрощать мяч, искать признания у публики, бросать вызов сопернику, испытывать турнирную судьбу.

И так – из месяца в месяц, из года в год. Привычные с детства законы игры, знакомые лица соперников. Но каждый новый матч – как премьера.

Задумываемся ли мы, каково футболистам постоянно ощущать на себе пристальное внимание миллионов людей? Как относиться им к своему занятию – как к игре или как к делу, столь же необходимому обществу, как, скажем, производство автомобилей и станков?

По отношению к зрителям мы, тренеры футбольных команд, особенно популярных, должны быть постановщиками ни с чем не сравнимого спортивного зрелища. Когда-то мне, кого часто называют прагматиком (не вижу в этом ничего зазорного), эта мысль докучала. О какой режиссуре может идти речь, когда нужно набирать турнирные очки и бороться за максимальный спортивный результат? – убеждал я себя. Но с годами пришло чувство общности с темп, кто сидит на трибунах. Оно не могло не прийти. Игроки, тренеры, зрители – единый футбольный организм.

Безусловно, когда командой уже достигнут определенный стратегический успех, когда ей есть что терять, а поражение ставит под угрозу с таким трудом добытое ранее, поневоле начинаешь незаметно для себя больше заботиться об обороне, чем об атаке. Подсознательно предпочитаешь «некрасивую» ничью «красивому» поражению. Я по-прежнему считаю главным показателем игры результат, но, чтобы не огорчать зрителей, чтобы получать удовлетворение от своей профессиональной деятельности, одного результата мало, нужно стремиться к высшему на сегодняшний день уровню понимания проблем и выводить на пего команду.