Чтение онлайн

Но мои размышления прервал вызов внутрисистемной связи:

— «Пустотный Кондор» вызывает «Счастливчика»! «Пустотный Кондор» вызывает «Счастливчика»! Капитан Альтез, ответьте капитану Баррету! Капитан Альтез, ответьте капитану Баррету!

Я коснулся сенсора видеосвязи. Экран ожил, и передо мной предстал эдакий оживший фантом из сказок про пиратов. Капитан Баррет, если это был он, представлял собой громилу, про которых говаривали, что проще перепрыгнуть, чем обойти. Седой гигант, чье лицо было испещрено шрамами, судя по всему, пластической хирургией пренебрегал. Интересно, ему я тоже что-то должен? Или он просто решил связаться с первым попавшимся кораблем в системе?

— Капитан Рикардо Альтез, к вашим услугам. Капитан Баррет?

— Рик! — радостно проревел Баррет. — Ты глазами стал слаб, хрен тебе в ухо, или ты теперь так всех друзей приветствуешь?! Вот уж здрасьте — я было обрадовался, что не совсем одинок на этой орбите!

— Ну, на глаза я пока не жалуюсь, — ответил я абсолютно мимо всех протоколов, поскольку еще не понял, как мне себя вести.

— Тогда остается тот вариант, который мне ваще никак не нравится, — угрюмо ответил Баррет. — Ты теперь друзей именно так и приветствуешь. Ну и пошел ты в дупу, капитан Альтез!

С этими словами пиратская морда явно вознамерилась отключить связь. Я аж затылком почувствовал, что мне эта идея не нравится, и заорал что было мочи:

— Стоять! Баррет, нашел время обижаться! Где ты есть? Как далеко от моей посудины?

— В получасе ходу, — недоуменно ответил капитан. — У тебя радар сдох?

— У меня почти все сдохло! Двигай сюда, у меня на борту поговорим. Это не для связи, честно.

— Ну ты, едрена вошь, себе туда-сюда даешь! Я ж человек старый, всех этих ваших новомодных, хрен поперек дышла, шуточек не понимаю, ржавый клюз тебе в очко! — Да, такому словарному запасу мог бы позавидовать любой портовый грузчик. Даже мои, как мне казалось, привыкшие ко всему уши чуть не сворачивались в трубочку, когда доводилось общаться с Саймоном Барретом. Стоп! Он же не представлялся! Значит, это я сам вспомнил, что его зовут Саймон! Ура, очередная маленькая победа над чертовой амнезией, это радует.

— Рик, а ты не хочешь мне навстречу двинуть, оно всяко быстрее будет, едрить тебя по хребтине? — поинтересовался капитан «Пустотного Кондора».

— Не вопрос, Саймон. Сейчас определюсь и двину. Готовь катер, а я пока кофе сварю, — я улыбнулся, максимально дружелюбно, поскольку уже успел поверить в то, что капитан Баррет мне не враг.

— Ага, давай, — и он отключился со связи.

Я включился в интерфейс радарной системы и обнаружил бывший фрегат постройки Содружества Американской Конституции, который теперь назывался «Пустотный Кондор», в полусотне тысяч километров от себя. Ну да, действительно, полчаса ходу на системных маршевых двигателях. Даже накопители особо не просядут, поскольку с орбиты отчаливать не придется — Баррет на своей посудине болтался в другой плоскости, но вокруг все той же Берно. Да, сегодня в системе Гаммы Филина прямо аншлаг! Хорошо, что не аншлюс. А то последствия могут быть самыми разными.

Через четверть часа я застопорил ход в трех десятках километров от «Пустотного Кондора», лег в дрейф, закрепившись шифтами об гравитационное поле планеты, и зажег огни. Саймон ответил тем же и опять позвал меня на связь. Быстро договорившись о пароле-допуске в мой трюм для его катера, мы разбежались заниматься каждый своим. Он — грузиться в катер и добираться ко мне на борт, а я — в кают-компанию, варить кофе. Почему-то мне устойчиво помнилось, что Сай любит крепкий кофе и добавляет туда ром. Видимо, мы если и не были закадычными друзьями, то как минимум приятельствовали. И к тому моменту, как бортовой компьютер известил меня, что аппарель открыта извне по паролю, и на борт поднимается катер, полный кофейник уже стоял на столике. А рядом с ним покоилась фляжка с черным ромом. И грохот сапог капитана Баррета по коридору для меня был сродни успокаивающей уши легкой музыке.

— Рик, мать твою поперек уха, вперехлест через клюз, в трон, в закон, в черта душу сердцу барагоз, под хвоста да на стену! Как же я рад тебя видеть! — прогрохотал Саймон, сгребая меня в объятия. Да, встать чтобы поздороваться с ним была не лучшая идея с точки зрения моих трещащих ребер.

— Сай, Сай, поломаешь! Хорош, медведь чертов! — я едва отбился от крепкой хватки капитана Баррета. — Садись, я кофе сварил, как ты любишь, чтоб ложка стояла.

— Пока в кофе ложка стоит, все остальное тоже стоять будет, — хохотнул Саймон и с размаху плюхнулся в кресло. Предмет мебели жалобно простонал, что к такому обращению не привык, но кто ж слушает жалобы мебели?

Вблизи капитан выглядел еще более устрашающе. Росту в нем было за два метра точно, и обхват плечевого пояса соответствовал. Покойные синтеты дона Сахары могли бы удавиться от зависти на своих галстуках — ни один из них не дотянул бы до челюсти Баррета ростом. Да и в объемах капитан был побольше, побольше. И под его летным комбинезоном отлично угадывалось, что не жир там, ой не жир. А тот участок шеи, что был виден за воротом, был густо разукрашен многоцветной татуировкой. И мне вспомнилось, что у Саймона на всю спину атлас одного из секторов Вольных Миров Окраины, на котором ярко-алым отмечены те системы, где его приговорили к смертной казни. Заочно.

— Как ты? — поинтересовался я, когда Баррет налил себе полкружки кофе, разбавив черным ромом.

— Нормально, что мне будет? — усмехнулся он. — Вот, иду с Ланкастера, мы там неплохо разгрузились. На Берно хотел взять всякого лута, чтобы не так обидно было чесать в Центральные Миры. А мне туда надо.

— Тебе? В Централы? На кой? — я искренне удивился, прекрасно понимая, что такому человеку, как Саймон Баррет, там делать нечего. Вернее, попросту опасно появляться.

— Ну, Рик, поперек души тебе стакан пустой разбитый, ты странные вопросы задаешь, чесслово! Дела нарисовались. А лут реально нужен, иначе буду выглядеть подозрительно, — прокомментировал старый пират мой вопрос.

— Ладно, не мое дело, — примирительно махнул я рукой. — Захочешь — сам расскажешь, и, подозреваю, не сейчас. А я вот влип, Сай, как куренок в щи, и что делать — ума не приложу.

— А ты расскажи, глядишь, и подскажу чего, хрен ему в дышло, — предложил Баррет.

— Да тут хрен поймешь, с чего начать, — протянул я, невольно подстраивая манеру общения под его. — Дело мутное, как триппер в порту, и не понять, где концы ищутся. Короче говоря, у меня травматическая амнезия. В курсе, что это?

— Нет, — мотнул головой пират, — и даже не могу себе представить, на какой дуре ты ее подцепил. Лучше сам рассказывай, а то потом, не дай бог, вместе лечиться будем, я ж тебе покою не дам, пустотный трюк те в поперек разрыва!

— Это не венерическое, — поморщился я, — это с башкой проблема. Мне ее отбили, и я ни хрена не помню. То есть вообще ни хрена, понимаешь? Даже тебя вспомнил не сразу, вот какое дело. Ну пустотный, ну кондор, ну капитан Баррет, мне оно параллельно было, пока рожу твою богомерзкую не увидел, понимаешь?