Чтение онлайн

— Юноша, — улыбнулся мне док, и в глазах его блеснули ехидные огоньки, — чтобы вам было понятней, Волга входит в ВМО, Вольные Миры Окраины, если вы вдруг не в курсе. И уже полстолетия как Империя не является для нее метрополией. И моя alma mater — свободное учебное заведение, которое за весьма скромную плату готово учить хоть французов, хоть амеров, хоть сегунатских. Нет преград для стремления к знаниям, понимаешь?

— Отчего ж не понять, — фыркнул я. — Особенно хорошо понимается желание того самого студента окончить именно русский университет на другой планете, потратиться на перелет и учиться в чужой языковой среде. Да, чего уж тут непонятного!

— Оставь свой сарказм, я на Волге и родился, в семье замечательного волжанина французского происхождения, имеющего солидную практику в Новоастраханске, — парировал Анри-Жак. — И больше тебе скажу, мой пытливый друг, если ты пороешься в базах данных, то наверняка найдешь справочник номеров жителей Волги. И в нем скорее всего найдешь контору мэтра Марата, Жака Марата, адвоката. Это мой отец.

— Твой? Или Анри-Жака Марата, выпускника Университета Здоровья? — подколол я врача.

— У тебя опять возникли сомнения в том, что я и есть Анри-Жак Марат? — прищурился он.

— Не сомнения, нет, это некорректное выражение. Скорее, легкое недоверие к данной информации.

— Ты дурак, Игорь, прости уж за прямоту. Ну, сколько, сколько раз тебе надо сказать, что меня зовут именно так, и то, что ты от меня сейчас услышал, и является деталями моей биографии? — он слегка картинно покачал головой.

— Да нисколько, какое мне, в сущности, дело? — пожал я плечами, и в самом деле не понимая, что я опять прицепился к отсутствию у дока акцента. Не то у меня из головы не вылезала история с моим вузом, не то очень глупо казалось называть сородича иностранным именем.

— Ладно, — примирительно начал док, — это все действительно неважно, на самом деле… — но закончить ему не дали. Посреди его фразы с лужайки перед его домом донесся визг тормозов, и по окнам хлестнула очередь из чего-то, по звуку очень напоминающего штурмовую винтовку.

Я поймал себя на том, что уже лежу на полу и прижимаю к полу своего целителя.

— Слезь с меня, противный мальчишка! — завопил Анри-Жак. — Это, во-первых, не в моем стиле и не в моих привычках, а во-вторых, абсолютно бессмысленно! Дай мне подойти к обзорным окнам!

— Ща еще из чего-нибудь врежут, — проорал я в ответ, стараясь перекричать следующую очередь, которую опять выпустили по нашим стеклам.

— И что? Стекла бронированные, я сейчас опущу жалюзи, включу режим повышенной безопасности и вызову полицию! Слезь с меня, извращенец беспамятный!

Я откатился в сторону, и, стараясь стелиться над полом как можно ниже, рванул к лестнице на второй этаж. В комнате у меня было оружие, а без него сейчас я чувствовал себя крайне неуютно, несмотря на заявления Марата о том, что стекла-де крепкие и все такое. На каждую броню найдется калибр покрупнее, а ждать, пока нападающие сообразят, из чего по нам долбить надо, мне совершенно не улыбалось.

В комнате я вытащил из сумки свой автомат, растянул замки лямок, превращая сумку в подобие тактического рюкзака, закинул ее себе за спину и только тогда подошел к окну. Ну, блин, как и следовало ожидать! Перед входом отирался немаленький внедорожник, за ним, используя его как укрытие, пряталось двое бойцов. Насколько мне было видно отсюда — в легкой, но все ж таки штурмовой броне. Черт побери, это не полиция и не спецслужбы, эти сначала бы дверь открыли. Да, по ним из моей пукалки стрелять — только боезапас тратить, держу пари, что внедорожник бронированный и даже колеса у него пуленепробиваемые.

А тем временем из козырька окна опустились толстенные жалюзи, лепестки которых были направлены под углом около тридцати градусов к горизонтали. Более того, эти жалюзи явно еще и выполняли функции ставен, поскольку располагались за стеклом от меня. А что? Удобно, кстати. Вот был бы у меня снайперский комплекс какой-нибудь, я бы сейчас открыл свое окно, просунул бы ствол промеж пластин, по размеру судя, у меня бы это получилось, и привет горячий! Машина бы ребятишек не спасла.

Сверху что-то прогрохотало, и я не сразу сообразил, что это чьи-то шаги по крыше. Вернее, бег, судя по скорости, но не важно. Важнее то, что я понятия не имею, есть ли с крыши ход на чердак, и если есть — то какая там дверь. Потому я бросился на выход, стремясь найти лестницу наверх, и подняться повыше. Убедиться, так сказать, что сверху тоже все прикрыто. Но перед лестницей я встретил дока, который успел не только нацепить на себя бронежилет, но и вооружиться штурмовым карабином фирмы S&W, производящимся в САК.

— О, Анри-Жак, вы на войну собрались? Дом же хорошо защищен? — Ирония, да, а что мне еще оставалось?

— Если б собрался на войну, то экипировался бы получше. А сейчас заткнись и вали на минус второй, из лаборатории туда ведет лестница. И там жди меня, понял? — судя по интонации, док не в настроении был выслушивать мои сентенции.

— Чего уж там непонятного, в самом деле, — я пожал плечами и отправился в указанном Анри-Жаком направлении.

На минус втором у этого милого человека, как оказалось, штаб обороны. Нет, не шучу — мониторы сканеров и камер, опоясывавших весь дом и участок, пульт управления оборонными системами, и даже система управления ловушками, которые, как оказалось, опоясывали участок. Например, в данный момент двое нападавших находились в зоне действия милого бревна, которое падало с дубообразного дерева рядом. Не летально, но чертовски неприятно, должно быть. Я не преминул это проверить, и невезучих дурачков снесло примерно тремя центнерами (навскидку) дерева.

Они быстро поняли, что правила поменялись. И начали метаться туда-сюда, затрудняя мне подсчет этих потенциальных клиентов патологоанатома. Пришлось внимательней наблюдать за мониторами, и через примерно две минуты выяснил: их двенадцать человек. Ну, и плюс два, которых я снял бревном. Черт, как они поместились в машину?

Ответ нашелся быстро — над домом пронесся аэромоб, ненадолго зависнув над лужайкой и сбросив нападающим какой-то ящик. Блядь! Это ж похоже на портативный осадный плазмобой! Если так дальше пойдет — они расковыряют нашу скорлупку! Но в этот момент из-за моей спины раздался голос Марата:

— Игорь, что там происходит?

— Да полный ужас, док. Они, похоже, осадник приперли. Еще немного — и у нас тут все весело будет.

— Так, понятно. Игорь, а теперь поступаем проще. Я сейчас вызываю полицию, пускай они разбираются. А ты… А ты сейчас открываешь вон ту, — здесь он махнул рукой в сторону одной из стен, — дверь и выходишь через тоннель в сквере, через три квартала отсюда. Ибо показывать тебя полиции мне не очень хочется. Иначе неминуемы дурацкие вопросы, подписка о невыезде и все прочее.