Шрифт:
Пандемия поставила под удар многие области жизни, в том числе и науку, которая, как казалось в начале эпидемии, может остановиться в развитии. В начале весны «Огонек» разбирался, как живет наука в изоляции. Сегодня можно сказать – кризис удалось пережить. В канун Нового года мы побывали в научных институтах, эксперименты в которых не остановятся даже во время боя курантов
Слушая космос
Пущинская радиоастрономическая обсерватория
Астрономы изучают космос по-разному. Одни всматриваются в глубины с помощью оптических телескопов, другие строят сложные математические модели, а в Пущинской радиоастрономической обсерватории космос «слушают» с помощью радиотелескопов. Здесь изучают уникальные космические объекты – пульсары, квазары и далекие галактики – и даже ищут следы внеземного разума. Происходит это 365 дней в году, без праздников и выходных.
В Пущине находятся три крупных радиотелескопа, которые круглые сутки сканируют небо, собирая из космоса терабайты данных о космических объектах. По сути, это огромные радиоприемники, которые принимают космические сигналы.
Исследуя их характеристики, астрономы ищут уникальные данные и иногда обнаруживают совершенно новые объекты. Так, в 2020 году удалось доказать существование ранее неизвестного магнетара – очень маленькой (20–30 км в диаметре), быстро вращающейся нейтронной звезды в созвездии Лисички.
Такие открытия, как рассказал «Огоньку» директор Пущинской радиоастрономической обсерватории Сергей Тюльбашев, редкая удача. Потому что большая часть фиксируемых радиотелескопами сигналов – помехи. Астрономы «слышат» и земное радио, и работу электросетей, и даже микроволновку, стоящую в столовой. Но кроме этого есть и совсем необычные сигналы. Например, можно засечь шум от Большого взрыва, который до сих пор расходится по Вселенной (радиоприемники и старые телевизоры его, кстати, тоже ловят, и с помощью специальных методов древние вибрации можно выделить даже среди «белого шума» при переключении телеканалов).
– Лично я исследую одиночные вспышки от пульсаров. Бывает, что на миллион фиксируемых сигналов реальных (от новых пульсаров) оказывается всего 30,– говорит Сергей Тюльбашев.– Так что по большей части мы работаем с помехами. Этот процесс во многом автоматизирован, но не полностью. Дело в том, что мы не знаем всех характеристик процессов, которые исследуем, поэтому вынуждены записывать гораздо больше информации, чем это нужно. Правда, сейчас у нас проводятся эксперименты с нейросетями. Мы пытаемся их обучить выделять нужные сигналы из массы информации, но пока это получается не так хорошо, как хотелось бы.
Особые правила для «сверхтяжелых»
Объединенный институт ядерных исследований (ОИЯИ) в Дубне
В таблице Менделеева официально числится 118 элементов. За последние 50 лет помимо хорошо известных человечеству золота или урана в ней появилось еще 17 новых элементов с номерами от 102 до 118. Это так называемые сверхтяжелые элементы. Девять из них впервые синтезировали специалисты российского ОИЯИ в Дубне, для чего построили специальную лабораторию – «Фабрику по производству сверхтяжелых элементов». Можно сказать, что здесь ученые заняты самой интригующей задачей – разгадывают устройство мира. Это передний край фундаментальной науки, благодаря чему Россия может конкурировать с другими странами.
Конец ознакомительного фрагмента.