Чтение онлайн

– Так, – Шон показывает на девушку пальцем. – Не шевелись, а то пристрелю, как собаку, – Безлицый вновь тянется за стаканом и на этот раз полностью его опустошает.

Я вздрагиваю, но заставляю себя молчать.

Шон встает, обходит стол и наводит пистолет прямо на девушку. Я никогда не думала, что тишина может быть такой оглушительной. Из моих ушей кровь готова течь, перепонки напряжены до предела, несмотря на то, что в баре тихо. Никто не вздыхает, не говорит и не чешется, ни одна муха не жужжит, ни один комар.

А, затем раздается звук. Оглушительный выстрел. И крик.

Кто-то кричит так сильно, так громко, что выстрел, кажется, звучит лишь на фоне этого визга.

И это мой голос. Такой отчетливый, я уверена, что если бы у Мелиссы не был заклеен рот, мы бы кричали в два горла. Моя рука ускользает от руки девушки. Я ошарашено смотрю на свое запястье, а потом перевожу взгляд на запястье Мелиссы.

Вот каков сегодня их нестандартный выбор.

Они стреляют по наручникам. Подвыпившие Безлицые могут нас ранить, но ведь в этом и суть. Мы для них ничего не значим.

– Я же просил заклеить им всем рты! – кричит на Марию Шон. – Ты можешь хоть что-нибудь сделать нормально?!

Мне в голову приходит мысль, что Мария подставила нас, не заклеив рты, кто знает, что Безлицые сделают с теми, кто не сдержит эмоций.

Шон сужает глаза, приковывая ко мне взгляд. Он краснеет от злости. Никто не поворачивает даже головы, как этого требовала Мария. В ушах до сих пор все звуки отдаются вибрацией. Мое запястье ноет, но я не спешу его растирать. Хлоя сжимает мои пальцы, а потом плавно отпускает меня.

– Интересно, как громко ты кричишь по ночам, – Шон подходит ко мне, поднимая пальцами мой подбородок, чтобы заглянуть мне в глаза.

Страх сковывает легкие, я перестаю дышать. Рука Шона скользит по моей шее, нежно поглаживая ее тыльной стороной ладони, затем пальцы с мозолями на кончиках двигаются по моей ключице, поддевая лямку платья. Безлицый наклоняется ко мне, я желаю оттолкнуть его, но сделать этого не решаюсь. Я чувствую его несвежее дыхание на своей шее, отчего сразу же немею.

– Сладкая, невероятно сладкая, – шепчет Шон, сделав глубокий вдох.

Я дрожу, колени подкашиваются, голова начинает кружиться, но я заставляю взять себя в руки. Шон снимает с меня маску, и наши глаза встречаются. Он выглядит старше, но Безлицый красив и мужественен, его внешность довольно внушительна. Я чувствую, как адреналин растекается по крови, от Безлицего веет опасностью, но в тоже время им можно восхищаться, понимая насколько мужчины из Совета сильны и бесстрашны. Но чувство отвращения к ним, никогда не покинет пределы моей головы и сердца.

Я отвожу взгляд в сторону, чувствуя, как по спине стекает струйка пота. Все Безлицые с любопытством уставились на нас. Я встречаюсь взглядом с черными, как бездна глазами Дмитрия, его губы искривляются в ехидной улыбке.

– Лучше возьму эту, – нарушает тишину Шон.

Я отвожу от него взгляд, и замечаю в углу комнаты движение.

– Прошу прощения, я опоздал, – лениво тянет слова знакомый голос. Мои глаза взметаются в сторону, где стоит Алекс.

Верхняя пуговица его белой рубашки расстегнута, а рукава закатаны. Он выглядит немного небрежно, словно выполнял такую-то физическую работу или проспал как минимум половину дня, что более вероятно.

– Так много драмы, – наши взгляды с Алексом встречаются. Он облокачивается на барную стойку и взмахивает рукой, наша барменша наливает ему в прозрачный стакан какую-то жидкость, добавляя несколько кусочков льда, а затем ставит на отполированную поверхность. – Прости, Шон, эта девушка моя.

Если бы не запрет Марии, моя челюсть бы точно отвисла. Я перевожу взгляд с Алекса на Шона.

В воздухе чувствуется напряженность.

– Ты опоздал, Александр, я уже выбрал ее, – произносит Шон, сжимая губы в тонкую линию.

Безлицый отходит от меня подальше, наводя пистолет на вторые наручники. Я перевожу взгляд на огнестрельное оружие. Хотелось бы мне уметь обращаться с чем-то подобным.

Шона покачивает, и я боюсь, что он может промахнуться и случайно ранить Хлою или кого-нибудь из других девушек.

Алекс не прикасается к алкоголю, он быстрым махом руки достает нож и кидает, прежде чем Шон успевает нажать на курок. Я не успеваю даже задуматься о том, куда полетел нож, как чувствую колотую боль на плече. По коже стекает теплая кровь. Нож позади меня врезается в стену. Лямка платья соскальзывает мне на грудь, открывая больше, чем следовало бы. Боль не сильная, лишь слегка пульсирует, Алекс просто порезал меня.

Ненависть вспыхивает во мне. Я чувствую, как длинные ногти впиваются в ладони.

Сумасшедший.

– Ну, отлично! – взмахивает руками Шон, оборачиваясь к Алексу. – Можешь забирать девчонку, валите отсюда, пока она не запачкала паркет своей кровью! – Безлицего явно не интересует здешний пол, он просто пытается увести тему от своего провала.

Я кидаю злобный взгляд в сторону Алекса, но он даже не смотрит на меня. Он берет стакан и подносит его ко рту. Мария подходит ко мне, чтобы снять наручники.

– Тебе несказанно везет, – шепчет Мария. В ее голосе нет сарказма или ехидства, она говорит серьезно.

Алекс вместе со стаканом отходит от стойки и кивком велит идти за ним.

– Сыграем еще разок, – ворчит какой-то Безлицый за столом. Все возвращается на круги своя. Я незаметно покидаю бар.

Мы, молча, поднимаемся до комнаты Алекса. Он идет впереди, но я не нуждаюсь в напоминании. Я знаю свое место. Парень держит свой стакан, по-прежнему толком не выпив. В моей голове творится такая каша, что я не могу понять собственных чувств. Я его ненавижу, это очевидно. Но я его не боюсь, Алекс не пугает меня, как остальные мужчины. Возможно, это из-за того, что он не такой, как они.