Без Любви
Шрифт:
Десять минут прошли незаметно, и - вот оно!
В двенадцать тридцать из-за поворота в полукилометре от меня показался черный "мерседес".
Молодцы. Только кто - Кемаль или Арцыбашев?
Мягко приседая на ямах, "мерседес" медленно двигался в сторону южных ворот. Ясно. Это был Кемаль.
"Мерседес" остановился, не доехав до ворот метров сто, двери открылись, и из машины вышли Кемаль, трое его нукеров и Настя. Кемаль тут же обхватил Настю со спины и, прячась за ней, пошел к воротам. В его руке был черный пистолет с безобразно толстым и длинным стволом. Нукеры быстренько подбежали к забору и скрылись из вида. Ясное дело. Сейчас они подберутся к воротам и приготовятся напасть на несчастного идиота, который привез Кемалю колечки.
Колечко, колечко, выйди на крылечко…
Я посмотрел в оптический прицел на Настю, и мое сердце сжалось.
Бедная девочка, во что я тебя втравил! Сидела бы ты в своем сикте, молилась Богу, собирала грибы и ягоды и не знала бы всей этой кровавой грязи! Ее глаза были широко открыты, и в них был страх. Она посмотрела прямо в прицел, но, конечно же, не увидела меня. Закусив губу, она вцепилась в рукав этого талибского подонка и глубоко дышала. Я перевел прицел на Кемаля и увидел, что в его ухе торчит пластиковая клипса, от которой за воротник его черного пиджака уходил тонкий витой провод.
А ты ничего подготовился, ублюдок! Видать, практика у тебя есть, сучий потрох.
Ох, как мне хотелось нажать на спуск! Как я хотел прямо сейчас продырявить его поседевшую башку! Но я знал, что делать этого нельзя ни в коем случае. У них - Настя.
Следя за Кемалем, я чуть не забыл о втором приглашенном и быстро посмотрел направо. Так и есть. Они уже подъехали. И остановились на таком же расстоянии от ворот, что и Кемаль. Только с другой стороны площадки. У профессиональных террористов те же методы работы, что и у спецслужб, и объясняется это очень просто. В свое время и штатники и наши натаскивали этих бешеных псов, чтобы они грызли противника. И приемы у них, естественно, одинаковые.
Двери "Волги" открылись, и вышли Арцыбашев, двое вооруженных спецов, худой нелепый Инструктор и… Наташа!
А дальше я просто не поверил своим глазам! Мужественный генерал ФСБ Вадим Валентинович Арцыбашев развернул Наташу к себе спиной и точно так же, как Кемаль Настю, обнял ее одной рукой, спрятавшись за ее спину. В другой руке у него был ствол.
Да что же вы за мужики, чуть не закричал я! Пидоры вы мокрожопые! Считаете себя крутыми воинами, а сами трусливо прячетесь за слабых и беспомощных баб! Ублюдки, обсосы, говноеды!
От злости у меня потемнело в глазах.
Спокойно, Знахарь, спокойно. Сейчас начнутся важные дела и тебе нельзя нервничать. Я несколько раз глубоко вздохнул, закрыв глаза, и наконец угомонился. Смотрю в прицел, вижу - что-то мне морда одного из спецов знакома…
Ба, думаю, знакомые все лица! Да это же тот самый угрюмый бугай Коля, который вместе с Арцыбашевым меня допрашивал. Кучерявый такой и губищи вывернуты, как у негритоса. Ну что ж, думаю, с приездом. Спецы, приехавшие с Арцыбашевым, как будто действовали заодно с кемалевскими нукерами. Они точно так же прижались к заборчику и начали подкрадываться к северному входу.
И вот, наконец, Арцыбашев, прижавшийся к спине Наташи, и Кемаль, прячущийся за Настей, подошли каждый к своим воротам. И когда они почти одновременно вошли на площадку, то резко остановились.
Они увидели друг друга.
Генерал Арцыбашев, прячась за Наташу, медленно шел вдоль бетонного забора. До ворот оставалось метров пять.
Он приблизил губы к ее уху и, жарко дыша, прошептал:
– Запомни, сучка, дернешься, получишь пулю.
Наташа поморщилась и кивнула.
В гостинице, когда Арцыбашеву настала пора ехать на стрелку со Знахарем, он вдруг заявил, что Наташа поедет с ним. Это было неожиданностью, и она попыталась протестовать. Тогда он объявил, что или она едет, или из номера ее увезут в пластиковом мешке. Выхода не было. И вот теперь она служила ему живым щитом и не знала, что может случиться в следующую минуту. Мысль о том, чтобы предупредить Арцыбашева об опасности, даже не приходила ей в голову. Наташа верила Знахарю и надеялась на него.
И вот они вошли во двор. Там никого не было.
Но уже через несколько секунд в противоположных воротах появился темнолицый мужчина с седой бородой, левой рукой прижимавший к себе стройную темноволосую девушку, а в правой державший длинный пистолет.
Когда Арцыбашев увидел его лицо, он не поверил своим глазам.
Сколько раз он видел на служебных фотоснимках эту азиатскую морду с благообразной бородкой! То в чалме, то в халате, то с автоматом, то в цивильном европейском костюме… И сколько раз генерал армии Патрушев, стуча кулаком по столу, орал на более мелких генералов, обещая разогнать их к такой-то матери, если они не достанут того, кто нагло и жестоко проворачивал свои дела под самым носом у российских войск!
А еще Арцыбашев увидел три генеральские звезды на своем плече, которые должны были появиться после того, как он привезет этого человека в браслетах и с черным мешком на голове. Кроме того, он вспомнил о пятнадцати миллионах долларов, обещанных американским президентом тому, кто обезвредит этого деятеля.
В пятидесяти метрах от Арцыбашева, профессионально прячась за заложницу, стоял террорист номер четыре на планете Земля - Кемаль.
Он умело закрывал Настей почти все свое тело и только осторожно выглядывал из-за ее головы. Тот, кого он видел перед собой, был совсем не Знахарем. Это было странно. Но еще более странным было то, что визави Кемаля так же, как он, прикрывался живым щитом. И что-то знакомое почудилось Кемалю в чертах стоявшего напротив него вооруженного пистолетом человека.
И Кемаль вспомнил, что ему неоднократно показывали фотографию этого советского офицера, ограбившего его караван и убившего его людей. Тогда он пришел в бешенство и поклялся именем Аллаха найти его и убить. И вот он - прямо перед ним. Сам пришел. Откуда-то со стороны недостроенного цеха донесся негромкий голос Знахаря:
– Это мой подарок, Кемаль. Узнаешь его?
Да, Кемаль узнал его. Слова произнесенной им когда-то клятвы прожгли его мозг. Дикая ярость ослепила Кемаля, и он, отшвырнув Настю, поднял пистолет и оглушительно завизжал: