Чтение онлайн

Наконец мы достигли вершины холма, и дорога стала ровнее. Мы шли уже, наверное, минуты четыре. Деревья по бокам остались, но сейчас они стояли не так плотно, и укрыться за ними было бы трудно. Вдали виднелись поля и фермы — и ни души.

Я нащупал пальцем клавишу «2». У Кэйти была плохая память на числа, поэтому она установила очень простой пин-код: 2222. Нужно лишь четыре раза нажать на клавишу — и телефон начнет передавать сигнал… Я где-то читал, что телефонной компании этого достаточно, чтобы установить местоположение телефона с точностью до нескольких футов. Я шел на страшный риск; внутренний голос твердил мне, что я подпишу своим детям смертный приговор, включив телефон. Однако еще глубже, в подсознании, засела мысль, что если я не оставлю хотя бы этой ничтожной зацепки, то придет конец всем нам — всей семье… Но если нас станут обыскивать, то телефон обязательно найдут, и тогда уже будет не отвертеться. Поэтому надо было поскорее выбросить его, но по возможности поближе к нашему месту назначения. Однако с каждым шагом риск возрастал; даже сейчас за каждым моим движением могли наблюдать в бинокль.

Я четыре раза нажал нужную клавишу, захлопнул телефон и сжал его в ладони. Потом, поравнявшись с лужей жирной грязи у обочины, тихонько достал руку из кармана, дал мобильнику выскользнуть и тут же подошел поближе к Кэйти. Я положил ей руку на плечо и громко сказал, что все у нас будет хорошо.

— Ни хрена не будет, — ответила она, не потрудившись даже посмотреть в мою сторону. Зато она не услышала, как телефон упал в грязь…

Я тут же пожалел о том, что сделал, но возвращаться было уже поздно. Жребий брошен. Иногда решение, принятое в долю секунды, способно изменить целую жизнь, и хочешь не хочешь, а их приходится принимать. Я старался даже не сбиваться с шага, чтобы не дать возможному наблюдателю ни малейшего повода насторожиться. Больше я с Кэйти не заговаривал, она со мной тоже.

Лес закончился и перешел в поля. Дорога разрезала их прямой линией и чуть дальше уходила под уклон. Ярдах в ста от нее виднелся одинокий дом.

— Стоять, — сказал незнакомый голос в нескольких футах справа от меня.

Я остановился, и из-за зарослей остролиста, за которыми виднелась обшитая досками одноэтажная постройка, появился тощий тип в маске Гомера Симпсона. В руке он держал пистолет с длинным, похожим на сигару глушителем, в сравнении с которым его безволосое костлявое запястье казалось совсем крошечным. На типе были джинсы и черная балахонка с надписью «ТУСОВКА» затейливым шрифтом на груди; капюшон он накинул на голову. Даже не видя его лица, я определил, что он молод, не старше двадцати трех лет. В его поведении чувствовалась какая-то неуклюжая скованность — видимо, он не был уверен в себе на сто процентов.

Он помахал нам пистолетом. Когда мы подошли, он толкнул нас за кусты, чтобы мы не оставались на дороге.

— Выверните карманы, — потребовал он, размахивая пистолетом.

Так мы и сделали. Там ничего особенного не оказалось: у меня нашлась ручка, немного мелочи и бумажник для кредитных карт, у Кэйти вообще ничего. Она обычно носила вещи в дамской сумочке, а та наверняка осталась вчера в коттедже — и, соответственно, превратилась в пепел.

— Брось все на землю.

Я разжал ладони и поднял руки. Он прохлопал — довольно непрофессионально — меня по бокам, потом принялся за Кэйти. Она прожгла его взглядом и плотно сдвинула ноги. Ее он обыскал гораздо тщательнее.

Закончив, он велел мне подобрать барахло с земли.

— Хорошо, теперь давайте заходите, — сказал он и подтолкнул сначала Кэйти, а потом и меня в сторону постройки. Без тыканья мне дулом в спину не обошлось; видно, он наслаждался властью, которую временно имел над нами. Я с тоской подумал, до чего же много на свете людей, не знающих иного удовольствия, кроме как причинять боль другим.

Постройка представляла собой бывший амбар, который переоборудовали — очевидно, за приличные деньги и совсем недавно — в бревенчатый домик самого современного вида. Шторы за большими пластиковыми окнами были задернуты. Мы прошли по мощеной дорожке к дому, и когда до входной двери оставалось несколько шагов, она резко распахнулась. В проеме возвышался здоровенный детина в маске — тот самый, что предыдущей ночью появился в спальне коттеджа с помповым ружьем в руках, но сейчас не вооруженный. Этого человека Дэниелс называл Ленчем. На нем была все та же черная одежда, только сейчас на ней виднелись пятна засохшей грязи. Могучим телосложением и длинными обезьяньими руками, на которых пушечными ядрами выпирали мускулы, он напоминал палача, какими их рисуют в книгах о Средневековье. От него исходила холодная уверенность, которая естественным образом подавляла волю других мужчин, оказавшихся перед ним. Подобных ему людей я встречал в деловой среде, хотя он заметно превосходил их размерами. Все они без исключения преуспевали и все — тоже без исключения — были психопатами.

— Заходите в дом, — сказал он самым обычным, чуть женоподобным голосом. От этого ощущение исходившей от него угрозы нисколько не ослабло.

Я вошел первым и по его приказу проследовал в просторную современную кухню, обшитую сосновыми досками. В центре стоял дубовый стол на восьмерых, вдоль стен выстроились кастрюли и сковородки всех форм и размеров. В комнате царили безупречная чистота и порядок. Я прошел в дальний конец кухни и уставился на поле за окном. Вскоре ко мне присоединилась и Кэйти. Ленч сел во главе стола, лицом к нам. Бандит помоложе, который нас обыскивал, встал у двери, опустив пистолет. Лицо Гомера Симпсона улыбалось нам туповатой улыбкой.

— Вы знаете, что мне нужно, — начал Ленч без всяких предисловий, — и один из вас знает, где это найти. Наш общий друг, Джек, сказал, что это ты, Том. Но что-то мне подсказывает, что он пытался кой-кого выгородить.

Лицо за маской расплылось в улыбке, и Ленч перевел взгляд на Кэйти. Она выдержала этот взгляд; страх, написанный на ее лице, уже уступал место беззвучной ярости. Она вся сжалась, и на миг я подумал, что Кэйти сейчас сделает какую-нибудь глупость, например набросится на Ленча. Но она оставалась на своем месте и не произносила ни слова.

— Я вчера весь день над этим размышлял. Поняв, что мы его все равно убьем, Джек начал думать, как бы защитить женщину, которую он трахал. В итоге он назвал нам имя ее мужа. Вот как тебя втянули во все это, Том. Тебе крупно не повезло, очень крупно. — Он подался вперед и оперся локтями на стол, переводя взгляд с меня на Кэйти. — Ну а сейчас настал момент истины. Нам убить ребенка — или вы скажете мне, где оно?

Я взглянул на Кэйти, но она продолжала буравить Ленча взглядом.

— Это ты убил Ванессу? — сказала она.

— Ты о женщине в университете? Боюсь, ее просто не за ту приняли, и убил ее не я. Скажем так, это было поручено одному из моих коллег. Разыскивая тебя, он наткнулся на нее. Кто ты и где работаешь, мы выяснили довольно быстро. Но мне незачем это с вами обсуждать. Вы знаете, чего я хочу. Так вы скажете мне наконец, где оно?

Лицо Кэйти вспыхнуло ненавистью, и у меня снова появилось чувство, что еще чуть-чуть, и она сделает глупость. Я придвинулся к ней и положил руку на плечо.