Шрифт:
Действие первое
(Вместо пролога)
Лица
Любовь Ивановна Отрадина, девица благородного происхождения.
Таиса Ильинишна Шелавина, девица, товарка Отрадиной.
Григорий Львович Муров, молодой человек из губернских чиновников.
Аннушка, горничная Отрадиной.
Арина Галчиха, мещанка.
Действие в губернском городе. Комната небогатой квартиры на самом краю города; двери справа и слева во внутренние комнаты, в глубине окно и входная дверь; мебель простая, но приличная, в комнате чисто и уютно.
Явление первое
Отрадина сидит за столом и шьет воротничок. Аннушка подле нее шьет платье.
Аннушка (откусывая нитку). Вот, барышня, и готово. Сами скроили, сами и сшили, не хуже другой портнихи.
Отрадина. Да, разумеется, не хуже.
Аннушка. И какое бесподобное платье вышло.
Отрадина. Ну, уж и бесподобное!.. Нет, вот я вчера к портнихе за выкройкой для воротничка ходила, так видела платье… вот то так уж действительно бесподобное. Таисе Ильинишне подвенечное шьют.
Аннушка. Слышала я, слышала, а платья не видала. Небось дорогое?
Отрадина. Да, дорогое; рублей шестьсот, коли не больше, стоит.
Аннушка. Ай, что вы? Шестьсот?.. Шесть таких бумажек сотельных?
Отрадина. Да ведь белый фай; сколько тут его пошло? Да настоящие брюссельские кружева.
Аннушка. Шесть сотельных! Ай, ай, ай, ай!.. Да на эти деньги можно все приданое сшить; хорошей барышне, благородной можно сделать, а она только одно платье.
Отрадина. Что ж ей не щеголять, коли она так богата!
Аннушка. Все ж бы ей надо хоть немножко постыдиться, не вдруг свое богатство-то показывать.
Отрадина. Что ты за вздор болтаешь!
Аннушка. Да уж очень мудреные дела-то на свете творятся.
Отрадина. Что тут мудреного? Самое обыкновенное дело: деньги ей достались по наследству от богатых родственников.
Аннушка. Да как же это так по наследству, коли у нее, окромя двух теток, и родственников-то нет.
Отрадина. Это ты почем знаешь?
Аннушка. Слухом земля полнится.
Отрадина. Много ведь и пустяков говорят, Аннушка.
Аннушка. Нет, уж чего не было, так говорить не станут. Кому нужно! Бедно ведь жили здесь Таиса-то Ильинишна с своей тетенькой, все их знали, а я так и оченно хорошо; время-то недавнее, всего три года. А познакомился тогда с ними богатый барин, старичок, из Сибири приехал, золотых песков там у него, говорят, много, ну, и увез их отсюда… Тетка-то из Москвы сейчас же и вернулась, а Таиса Ильинишна поехали с ним на теплые воды. Там старик-то и помер, да и отказал все свои деньги и все пески золотые Таисе Ильинишне, вот она и разбогатела. Приехала сюда, да теперь шику и задает. Тетка-то у ней теперь как заместо прислуги.
Отрадина. А ты девушка молоденькая, ты не все говори, что слышишь, — стыдно.
Аннушка. Что ж за стыд, коли правда! Стыдно-то не тому, кто говорит, а тому, кто делает.
Отрадина. Все-таки лучше помолчать. Она мне товарка, мы с ней вместе учились. Мы и до сих пор знакомы.
Аннушка. Так разве она вас понимать может, разве она ценит ваше знакомство-то? Вот уж с месяц она к вам и не заглянет.
Отрадина. Ей некогда, она теперь хлопочет, замуж выходит.
Аннушка. Что и замуж-то выходит, вы от портнихи узнали. А еще приятельницей называется! А ей бы прежде всего к вам: так и так, мол, думаю замуж выйти вот за такого-то. Как посоветуешь? Вот как добрые-то люди делают!
Отрадина. А за кого она выходит, ты не слыхала?
Аннушка. Кто говорит, за офицера; а кто за особых поручениев.
Отрадина. Каких… особых поручениев?
Аннушка. Чиновники такие есть. Вот бы свадьбу-то посмотреть, да венчаться будут, говорят, в имении, пятьдесят верст по железной дороге да там верст двадцать в сторону.
Отрадина. Откуда ты такие сведения получаешь?
Аннушка. Мы скорее вашего всё узнаем. Я от мастериц у портнихи слышала. Кабы дело-то чисто было, так не стала бы венчаться в деревне, точно украдкой.
Отрадина. И все-таки не нужно об ней дурно говорить; такими разговорами можно дело расстроить, помешать.
Аннушка. Помешаешь ей! Да кто ж на ее капитал не польстится, какая бы она ни была. Нет, таким-то всегда счастье; а хорошие барышни жди да пожди. Вот вы скоро ль дождетесь хорошего жениха! Другой бы, может, и взял; вот хоть бы, например, Григорий Львович, да…
Отрадина. Что «да»?
Аннушка. Да приданого нет.
Отрадина. Так ты думаешь, что только за тем и дело стало?
Аннушка. А то за чем же? Нынче народ-то какой? Только денег и ищут; а не хотят того понимать, что коли у вас приданого нет, так вы зато из хорошего роду; образование имеете, всякое дело знаете. А что ваши родители померли, да вам ничего не оставили, так кто ж этому виноват!
Отрадина. Так, так; отлично ты рассуждаешь. А вот погоди, и я разбогатею, так замуж выйду.