Чтение онлайн

— Горошек? — остановившись перед танкистом, спросил сержант.

— А вы — Вульфе?

Парень говорил высоким голосом и мягко растягивал гласные. Судя по произношению, он вырос в Каср Фером.

— Я сержантВульфе! Ты можешь называть меня просто сержантом или сарджем. А если назовешь как-нибудь иначе, я выбью тебе зубы.

Горошек вскочил на ноги, бросил палочку лхо на ступеньку крыльца и раздавил ее каблуком ботинка. Он был на голову ниже Вульфе. Чтобы встретить взгляд командира, ему приходилось смотреть снизу вверх.

— Так точно, сержант. Клянусь Троном, я не хотел проявить непочтительность. Не хотел пойти с неправильной ноги. Я просто нервничаю.

Вульфе кивнул. По крайней мере, парень был честным.

— Почему тебя прозвали Горошком?

— Это из-за моего имени, сэр. Я Миркос Бин. А бин — это боб или горох. Понимаете?

Вульфе облегченно улыбнулся.

— Неужели вы подумали, что я порчу воздух в башне? — спросил юноша. — Нет, ничего подобного, сержант. Хотя не обещаю, что буду пахнуть только свежим мылом. Я ведь все-таки человек.

— Могу гарантировать, что наш экипаж не убьет тебя за первый выброс газов, — сказал Вульфе. — Хотя во время последних маневров в танке пахло так плохо, что никто не заметил бы лишней вони. Ты быстро научишься дышать через рот. — Взглянув на испуганное лицо Горошка, Вульфе рассмеялся: — Не бойся, Горошек. Мои парни заботятся друг о друге. Это первое правило. Сейчас тебе предстоит нелегкое знакомство с ними. Постарайся понравиться им. Лейтенант сказал, что ты хороший стрелок. Он думает, что ты вольешься в наш экипаж.

Как Вульфе и предполагал, лицо мальчишки посветлело:

— Лейтенант так сказал?

— Он не дал бы мне плохого солдата. Оба моих последних стрелка стали командирами танков. Если будешь стараться, то же самое случится и с тобой. Теперь бери сумку и иди за мной. По пути мы оставим ее в казарме А.

Миркос перекинул сумку через плечо и зашагал рядом с Вульфе.

— По пути куда, сардж? — спросил он.

— Сходим посмотреть на орков.

* * *

К тому времени, когда Вульфе и Горошек приблизились к клеткам, там собралась большая толпа. Солдаты толкались, надеясь занять места с хорошим обзором. Два лейтенанта из Триста третьей роты кадийских стрелков пытались навести порядок. Какое-то время Вульфе высматривал Мецгера, Сиглера и Хольца, но народу было слишком много. К счастью, появились два других сержанта, которые начали зазывать своих людей в казармы:

— Веселье закончилось, девочки!

— По койкам на второй скорости! Кому не ясно?

Около двадцати ворчавших солдат протиснулись сквозь толпу и вместе с сержантами зашагали по темной улице, устеленной песком. Воспользовавшись брешью, открывшейся в рядах людей, Вульфе и Миркос с помощью локтей и плеч пробились в середину сборища.

«Как много суеты, — подумал Вульфе. — Как будто я не видел тысячи таких чудовищ». Но он продолжал проталкиваться вперед, пока не оказался рядом с Сиглером и Хольцем. До клеток оставалось несколько рядов.

— А вот и вы, — сказал он. — Где Мецгер?

— Пошел прогуляться, — ответил Сиглер. — Сказал, что это чертовски глупое зрелище.

Вульфе повернулся к Миркосу и с улыбкой произнес:

— Теперь ты должен догадаться, что Мецгер — самый умный парень в нашем экипаже.

— Я могу обидеться, — нахмурившись, пригрозил Сиглер.

— Я тоже, — возмутился Хольц.

— Ладно, хватит шуток, — приструнил их Вульфе.

— Что за паренек в твоем кильватере? — подозрительно прищурился Хольц.

— Это Горошек, — объявил сержант. — Он часто портит воздух в башне.

— Эй! — запротестовал юноша, но, взглянув на Вульфе, засмеялся.

— Хольц, мне нужно поболтать с тобой, — сказал сержант. — Давай пройдемся. Горошек, оставайся с Сиглером.

— Так точно, сардж, — отозвался парень.

Вульфе и Хольц выбрались из толпы, отошли к ветхому складскому зданию и прислонились спинами к щербатым кирпичам. Хольц потянулся к карману на бедре. Он вытащил «дымок» и зажал его между губами. Вульфе решил говорить с ним без обиняков:

— Тебя переводят в другой экипаж. Ты будешь командиром танка, Питер. Ван Дрой попросил меня сообщить тебе об этом.

Палочка лхо выпала изо рта Хольца.

— Ты решил посмеяться надо мной?

— Нет.

— Клянусь Оком! — прошептал Хольц. — Моя собственная «коробка»? Ты хочешь сказать, что тот паренек займет место у пушки?

— Выходит, что так. Его выбрал лейтенант. Мальчишка выбил много очков на тестовых стрельбах. Наверное, хороший стрелок. Но речь сейчас идет не о нем, а о тебе.

Хольц нервно хохотнул.

— Каждый может хорошо отстреляться на учебных курсах. Другое дело — стрельба в бою. Что, если он получит «веселуху»?

Вольфе тоже тревожился об этом. Он знал дюжину экипажей, которые, приняв новичков, чуть позже наблюдали, как те страдали «веселухой» — нервным срывом, сопровождавшимся сильными судорогами и спазмами. Медики говорили, что приступ вызывался грохотом пушки и ударами тяжелых вражеских снарядов по броне машины. Если танкист приобретал «веселуху», он становился бесполезным на полях сражений. На восстановление уходило несколько лет жизни. Большинство солдат уже не возвращались на службу.