Чтение онлайн

Ринсвинд сделал глубокий вдох и прохрипел:

– Отойдите назад.

– Что?

– Спрячьтесь где-нибудь, – рявкнул он, и голос его почти не дрогнул. – Вас это тоже касается, – бросил он Двацветку и Бетан.

– Но ты же не умеешь…

– Я не шучу!

– Он не шутит, – сказал Двацветок. – Эта крошечная жилка у него на виске, знаешь, когда она начинает вот так пульсировать…

– Заткнись!

Ринсвинд неуверенно поднял руку и направил ее на дверь.

Вокруг воцарилась абсолютная тишина.

«О боги, – подумал он, – что же будет?»

Заклинание, скрывающееся в темноте на задворках его сознания, неловко заерзало.

Ринсвинд попытался настроиться в резонанс, или как там это называется, металлу замка. Если ему удастся посеять раздор между атомами, так чтобы они разлетелись в разные стороны…

Ничего не произошло.

Он с усилием сглотнул и сконцентрировался на досках двери. Дерево было старым, почти окаменевшим и, наверное, не загорелось бы, даже если бы его вымочили в масле и бросили в топку. Но он все равно попробовал объяснить древним молекулам, что им следует попрыгать, разогреться…

Он вернулся в напряженную тишину своего мозга и бросил свирепый взгляд на Заклинание. Заклинание смущенно замахало хвостиком.

Он подумал о воздухе вокруг двери и о том, как лучше скрутить его в причудливые формы, чтобы переместить дверь в другой набор измерений.

Дверь, вызывающе прочная, осталась на месте.

Его мозг, обливаясь потом, начал бесконечный путь к доске, висящей перед ухмыляющимся классом, и Ринсвинд в отчаянии вновь обратился к замку. Замок должен состоять из маленьких кусочков металла, не очень тяжелых…

Из-за решетки послышался слабый-преслабый звук. Волшебники разминали затекшие члены и качали головами.

– Я же тебе говорил… – прошептал кто-то.

Его прервал еле слышный скрежет и щелчок.

Лицо Ринсвинда было похоже на маску. С подбородка стекал пот.

Раздался еще один щелчок, и валы неохотно заскрежетали. Траймон смазал замок маслом, но оно впиталось в скопившиеся за долгие годы ржавчину и пыль, а единственный способ, которым волшебник может передвигать вещи при помощи магии (если ему не удается приспособить для этого какое-нибудь внешнее движение), – это использовать в качестве движущей силы свой разум.

Ринсвинд отчаянно пытался помешать своему мозгу вылезти наружу из ушей.

Замок задребезжал. Металлические пруты согнулись в проржавевших пазах, поддались, нажали на рычаги.

Рычаги щелкнули, зубцы зацепились за зубцы. Послышался долгий, протяжный скрип, после которого Ринсвинд упал на колени.

Повернувшись на страдальчески скрипнувших петлях, дверь распахнулась. Волшебники осторожно выскользнули наружу.

Двацветок и Бетан помогли Ринсвинду подняться на ноги. Он стоял пошатываясь, лицо его приняло цвет камня.

– Неплохо, – изрек один из волшебников, внимательно приглядываясь к замку. – Может, чуть медленно, но…

– Плевать! – рявкнул Джиглад Верт. – Вы трое кого-нибудь видели, когда спускались сюда?

– Нет, – ответил Двацветок.

– Один волшебник украл Октаво…

Голова Ринсвинда дернулась. Его глаза сфокусировались.

– Кто?

– Траймон.

Ринсвинд сглотнул.

– Такой высокий? – уточнил он. – Светлые волосы, похож на хорька?

– Теперь, когда ты об этом упомянул…

– Он был в моем классе, – сообщил Ринсвинд. – О нем всегда говорили, что он далеко пойдет.

– Он пойдет очень далеко, если откроет книгу, – заметил один из волшебников, торопливо сворачивая сигарету трясущимися пальцами.

– Почему? – удивился Двацветок. – Что случится?

Волшебники переглянулись.

– Это древний секрет, передаваемый от волшебника к волшебнику, и мы не можем открыть его непосвященным, – заявил Верт.

– Ого, продолжай, продолжай, – сказал Двацветок.

– Ладно, наверное, это уже не важно. Сознание одного человека не способно вместить все Заклинания. Оно распадется на части и оставит дыру.

– Где? У него в голове?

– Гм. Нет. В ткани вселенной, – объяснил Верт. – Он, должно быть, считает, что ему удастся справиться в одиночку, но…

Они почувствовали звук раньше, чем услышали. Он начался в камнях как медленная вибрация, но вскоре поднялся до пронзительного воя, который, минуя барабанные перепонки, впивался прямо в мозг. Звук походил на поющий, говорящий нараспев или вопящий человеческий голос, но в нем присутствовали более глубокие и ужасные гармоники.

Волшебники побледнели, повернулись как один и бросились вверх по ступенькам.

У здания собралось множество людей. Некоторые держали в руках факелы, другие замерли с охапками хвороста и щепок в руках. Все они смотрели на Башню Искусства.

Волшебники протолкались сквозь никак не реагирующие тела и повернулись, чтобы тоже взглянуть вверх.

Небо было заполнено лунами. Каждая была в три раза больше, чем собственная луна Диска, и все они находились в тени, если не считать розового полумесяца, горящего там, где на одну из лун падал свет красной звезды.

На переднем плане полыхали яростным огнем верхние окна Башни Искусства. Внутри мелькали неясные фигуры, и в этом не было ничего успокаивающего. Звук превратился в жужжание, похожее на гул осиного роя, усиленный в миллион раз.

Кое-кто из волшебников упал на колени.

– Он сделал это, – покачав головой, сказал Верт. – Открыл проход.

– Эти твари что, демоны? – поинтересовался Двацветок.

– Демоны… – фыркнул Верт. – Демоны – детская забава по сравнению с тем, что сейчас пытается прорваться сюда.