Бибика Колёсовна

Жила-была на свете необычная легковая машина. Дядя Вася, механик, слесарь и конструктор-самоучка, корпел над ней в своем гараже целых полтора года. Маленький автомобильчик получился на славу. Дядя Вася покрасил машинку розовой блестящей эмалью. А еще он дал ей имя, фамилию и даже отчество – Бибика Колёсовна Рулёва.

Жила Бибика Колёсовна на свете всего несколько месяцев, что по меркам автотранспорта примерно равно возрасту ученика начальной школы. Характером обладала весёлым и беспечным. Да и какой еще может быть характер у розовой, как девчачьи бантики, машинки?.. Кроме Бибики в старой гаражной зоне был только один железный обитатель – Москвич четыреста двенадцатый. Уже больше тридцати лет этот древний тарантас не выходил из своего гаража. От времени колеса его испортились, новые ему никто не покупал, поэтому он стоял на кирпичах – а на них далеко не уедешь.

Бибику старик считал свой правнучкой и относился к ней с нежностью. Розовой машинке нравилось заглядывать в его гараж, чтобы послушать рассказы о давнишнем. Больше всего прадедушка любил говорить о своем имени. Он очень гордился тем, что был назван в честь столицы нашей Родины. И хотя сам он родился на автомобильном заводе в Ижевске, предки его были настоящими москвичами.

– Как только я встал на колеса, то почувствовал попутный ветер. Необъятные просторы поманили меня, и я двинулся навстречу приключениям, – так он обычно начинал свой рассказ про то, как из Ижевска путешествовал почти по всей стране, пока не припарковался в этом городе.

Числовой приставкой к своему имени «412» прадедушка гордился не меньше и о происхождении этой цифры рассказывал каждый раз по-новому. То она означала количество километров, пройденных Москвичом в первый день самостоятельной жизни. То, в другом рассказе, роднила прадедушку с венценосными особами и говорила о порядковом месте в родословной. То сообщала о количестве населенных пунктов, в которых ему выпала судьба побывать. В общем, версий было множество, и каждая из них заставляла маленькую Бибику восхищенно таращить фары – ведь сама она дальше родной гаражной зоны пока не выезжала.

Но вот однажды Бибика набралась храбрости и решила прокатиться по городу. Настало время и ей почувствовать попутный ветер.

– Держись правее, – в качестве напутствия сказал ей старый Москвич и смахнул слезу с потускневшей фары. – Будь осторожна, девочка моя, не забывай про знаки…

Бибика кивнула, не придавая особого значения тому, какие именно знаки он имеет в виду. «Может быть, знаки судьбы?»

– И вот еще что – перед зеброй, перед зеброй тормози! – вдруг вспомнив, крикнул Москвич ей вдогонку и закашлялся.

– Ладно, – обернулась Бибика, а про себя усмехнулась: «Посмотрим, что сможет одна зебра против моих шестидесяти лошадиных сил!»

Выехав из гаражной зоны, Бибика тут же оказалась на большой улице. Как много тут было людей, машин и еще каких-то двухколесных приспособлений для езды, название которых Бибика пока не знала. Только вот зебр, о которых говорил прадедушка, Бибика не увидела ни одной. Шум и гам улицы мог бы напугать кого угодно, но только не нашу Бибику Колёсовну. А все потому, что дядя Вася вложил в эту маленькую машинку отважное сердце – импортный восьмиклапанный мотор.

«Что там говорил прадедушка, держаться правее?» – вспомнила Бибика ценный совет Москвича. Только вот незадача – Бибика все время путала, где право, а где лево. Поэтому, чтобы не ошибиться, решила поехать посередине дороги. Пропускать между колес белые черточки, нарисованные на асфальте, было очень весело, но вдруг со всех сторон на нее гневно загудели другие автомобили. Да так оглушительно, что Бибика испугалась и начала растерянно оглядываться. «Почему они сердятся? Что я делаю не так?..» Пришлось бедной машинке поскорее свернуть в сторону.

Узкая дорожка, обсаженная густыми елями, вела куда-то вглубь квартала. Бибика поехала по ней, и шум города сразу же стих.

– Уф-ф, – вздохнула с облегчением розовая машинка и протерла дворниками капельки влаги, выступившие у нее на лобовом стекле.

Кроме нее на аллее не было никаких других машин. Навстречу ей шли только люди – поодиночке и группами. Дорожка была так узка, что им приходилось расступаться и даже вставать на бордюр, чтобы пропустить ее. Один человек, пожилой мужчина с палочкой, вдруг погрозил Бибике своим посохом и недовольно закричал:

– Куда едешь, тут дорога не для машин, а для людей! Ты что, не видела знака «Пешеходная зона»? Все, надо срочно вешать кирпич…

Услышав это слово, Бибика насторожилась. Она сразу вспомнила кирпичи, на которых полжизни провел ее прадедушка. Ей совсем не хотелось повторить его судьбу. Ведь сегодня ее первый выезд в свет, она только начинает чувствовать колеса – а тут какие-то «кирпичи». Нет, только не это, скорее отсюда!

И она снова свернула – на этот раз во двор. По нему Бибика проехала без приключений, и это ее немного приободрило. Впереди была дорога, по которой ехали машины. Вж-ж-их, вж-ж-их, – проносились они одна за другой. Бибика дождалась, когда между этими «вжихами» будет перерыв – достаточный, чтобы она успела выехать из двора. Это у нее получилось прекрасно. И вот она уже катит по дороге «для машин», а не «для людей». Успех окрылил не хуже попутного ветра – Бибика даже прикрыла фары от удовольствия.

А между тем навстречу ей ехал экскурсионный автобус. Приближаясь, он постепенно сбавлял скорость и, в конце концов, совсем остановился. То же самое пришлось сделать и Бибике, ведь автобус был настолько огромный, что занял всю дорогу, так что разъехаться с ним было невозможно.

– Ну и что прикажете мне делать? – запальчиво начала розовая машинка. – Кажется, вы заехали не на свою дорогу – она слишком узка для автобусов!

– А вот и нет, – сказал автобус басом, – это дорога для всех. Просто вы, барышня, не заметили, что она односторонняя. Ехать можно только в этом направлении, а вы двигаетесь навстречу движению.

«Опять они за свое, – чуть не заплакала Бибика от отчаяния. – Ну все, с меня хватит!»

В старую гаражную зону розовая машинка вернулась с грустным выражением бампера.

– Как покаталась, с ветерком? – с завистью спросил прадедушка, которому самому очень хотелось спрыгнуть с ненавистных кирпичей и вспомнить свою молодость. С каким бы удовольствием он погонял по улицам города…

Конец ознакомительного фрагмента.