Библиотекарь
Шрифт:
– Ничего не произошло?
– поинтересовался я.
– Я задержался, потому что проколол колесо.
– Вам ничего не передавали?
– Нет.
Сомнение мое быстро исчезло: шофер, даже через туман, не казался лжецом, контур его почти что не был размыт. Вероятность того, что, пока водитель возился с колесом, в запертом кузове кто-то орудовал, была крайне невелика. Я второй раз за день расписался и велел оставить контейнеры во внутреннем дворе, под навесом.
Я не сомневался: мой утренний посетитель или был убит, или попал в автокатастрофу. Вся тяжесть решения ложилась на меня.
Но я не знал ни названия книги, ни способа, которым она вызовет разрушение вселенной. По крайней мере, она была безвредна, находясь в одном здании с остальными составными частями этой мистической бомбы.
Единственная ее жертва - мой посетитель - уже не мог сообщить мне ни одной подробности. Мне оставалось догадываться самому, как нужно собрать Зогар: нужно ли, чтобы все книги прошли через одни руки, или стояли на одной полке, или их нужно прочесть вслух в определенном порядке, или же они сами выберут время, чтобы раскрошить все окружающее. Вариантов было столько, что даже мое, тренированное слепотой, воображение, отказывалось все их осознать.
Я вызвал к себе в кабинет плотника и, по старой дружбе, попросил его оставить мне топор. Он не очень удивился, за долгие годы совместной работы он привык уже к моим чудачествам.
Я просидел на работе до самого позднего вечера, и когда в коридоре стихли шаги последнего сотрудника, я взял топор и вышел во внутренний двор. Для слепого ночь не слишком отличается от дня, я, например, могу видеть только молочно-белое пятно солнца, если буду смотреть прямо на него. Но эта ночь показалась мне особенно темной. Я ждал, что сейчас, в ослепительной ( даже для меня!) вспышке из этой темноты выплывет Некто, прекрасный и карающий и поймет все мои намерения. Я наощупь взламывал контейнер за контейнером, пока что-то не подсказало мне, что я найду то, что ищу, в этом ящике. Я сунул дрожащую руку в ворох какого-то мусора, возможно, опилок, и слабое тепло пергамента подсказало мне, что поиск окончен.
И тут на плечо мне легла рука.
– Прекрасно, Вы выполнили работу, возложенную на Вас.
Это был утренний незнакомец.
– Отдайте книгу, - и он вырвал свиток у меня из рук,
только Вы, с Вашим чутьем могли отыскать ее среди тысяч других.
Я пытался нашарить в темноте влажные руки похитителя, но был жалок и беспомощен.
– Зачем она Вам, я и сам могу ее уничтожить.
– А никто не собирался ее уничтожать, - незнакомец хмыкнул и исчез.
С тех пор прошло уже полгода, но ничего необычного не произошло.
Иногда я думаю, что он не дал мне уничтожить книгу, потому что именно уничтожение Зогара пускает в ход взрывной механизм, а иногда мне кажется, что конец света уже наступил, но тогда я подхожу к окну и вижу слабый мерцающий свет Солнца.