Библия G-модератора
Шрифт:
А вот сама убойность этой силы зависит от правильно выбранной плоскости. Как выстрел из пушки: прицел это одно, а качество снаряда это уже совсем другое. Но все вместе — выстрел (точность + разрушительность)…
При выступлении по телевидению оптимальный вариант — говорить прямо в объектив камеры (но только если она одна; когда же их в съемочном павильоне до фига, то надо вообще не обращать на них внимания, вцепившись в собеседника), точнее — сквозь него на 20 метров.
При выступлении по радио:
1) вектор направьте поверх микрофона, на 10 см выше верхнего края его мембраны;
2) не расслабляться и вкладывать в выступление такую же мощь и страстность, как и при выступлении на публике;
3) реальная плоскость на расстоянии 5 метров;
4) держите перед собой листок с тезисами, даже при интервью, — вы должны сказать то, что вам надо, а не только то, что от вас хотят.
По телефону и видеофону можно и нужно применять те же приемы, как при выступлении на радио. Только реальная плоскость должна находиться на 20 см за мобильником и на метр за объективом камеры.
Кроме этого, не надо упираться в одну точку в зале. Выступающему следует попеременно обращаться и к сидящим или стоящим слева и справа от него слушателям.
Во-первых, публике льстит, когда на нее обращают внимание.
А во-вторых, при таком режиме выступления (со сменой направления звуковой волны) психике слушателей-зрителей труднее адаптироваться к воздействию суггестора.
Многих начинающих ораторов портят трибуна и звукоусилительная техника. Оказавшись над толпой, они, сгорбившись над микрофоном и чуть ли не вцепившись в него зубами, очарованные усиленными колонками звуками своего голоса, забывают, что говорить громко и ловить кайф от осознания огроменности собственного величия — еще не значит говорить хорошо.
Простому оратору-дурачку такое позволительно.
Внушателю — нет. Он и по микрофону может тихим шепотом так вставить публике, что у нее мурашки по спине побегут и штаны намокнут.
Микрофон же, если он слишком низко расположен, лучше взять в руки и держать так, как вам удобней…
Ну его к бесу, микрофон! Вреднейшая штука для новичка. Советую, больше всего упирать на работу без него.
Давайте не будем о грустном. А будем — о веселом.
Намедни я имел деловую встречу с одним крутым перцем, работающим менеджером по персоналу на не менее крутую корпорацию. Он мне любопытную историю поведал.
Оказывается, ихнее начальство (которому, как известно, всегда виднее) ежемесячно устраивает в теплые весенне-осенние сезоны тим-билдинги.
Team building (в дословном переводе — построение команды) — это веселый активный корпоративный отдых (не путать с оргиями, называемыми "корпоративными вечеринками" или занудными "деловыми играми") либо в спорткомплексе, либо на природе, обучающий коллектив совместной активной деятельности для достижения общей (в смысле — игровой) цели.
Так, пацаны, считается.
А на самом деле — это и не отдых вовсе, а тяжелая психологическая работа.
Участникам тим-билдинг тренинга приходится преодолевать препятствия, строить переправы, исследовать незнакомую местность, развивать некий проект и т. д.
Во всех тим-билдинговых тренингах есть упражнения, направленные на формирование доверия к партнерам.
К примеру, каждому участнику предлагают забраться на возвышение и упасть спиной назад на руки партнеров по команде.
Коли братва зазевается, отвлекшись на проходящую мимо кралю в бикини, то падающего перца ждет инвалидное кресло и золотая медаль на следующих Параолимпийских играх.
Большинство заданий игр построены так, что выполнить их можно только сообща, а сам процесс тим-билдинга выявляет несогласованность действий команды.
А еще он выявляет тех людей, которые хорошо умеют внушать коллегам определенные программы действий.
Мой знакомый менеджер по персоналу обязан отслеживать во время тим-билдинга такие фигуры, анализировать их позитивное или негативное воздействие на коллег и докладывать об этом своему шефу.
Вообще же, сотрудники, владеющие внушением — это либо золотой фонд компании, либо ее самая страшная головная боль.
Эксперименты со слепыми, глухими, слепоглухонемыми, олигофренами, а также — мартышками, канарейками и обдолбанными эвкалиптом в хлам мишками-коалами показали, что акустика действует и на них (а на насекомых — ни фига; ори на них, не ори, покрывай трехэтажным матом, топай ногами и обещай пожаловаться в Гаагский трибунал: этим гадам — все по барабану). Правда, не столь прямолинейно, как в случае с обычными пиплами.
К чему это я?.. Ах да, о птичках. То бишь — о нервной системе. Везде, где она есть — там возможно и внушение.
Поэтому: не верьте всем этим сказочкам о разнице аудиторий! Мол, академики требуют одного подхода, а уборщики в моргах другого.
Враки все это!
Приемы G-модерации универсальны. И действуют на всех и всегда. В том числе — и внушение.
Мудрый Абу-ль-Фарадж постоянно удивлялся: "Странно, блин, устроен человек. Он рыдает, теряя бабло, и плюет на то, что день за днем теряет жизнь".
Не теряйте время, друзья мои! Практикуйтесь в G-модерации!
Она, клянусь здоровьем Римского Папы, того стоит!
Глава 4. Иногда оно возвращается
Живую речь убивает монотонность.
Уделанных ею в конец слушателей перестает торкать тема выступления, а сам оратор с каждой минутой кажется все большим занудой и маразматиком.
Естественно, что никакого внушения этот вялый барбос на публику уже на нашлет. Для него теперь сбежать не затоптанным разъяренной толпой — самый лучший вариант взаимодействия с ней.
При внушении толпе всяких-разных команд и программ нужна не логика, а наведенное безумие.