Бирит-нарим
Шрифт:
– - Осадили Аккаде?
– - с недоверием переспросил Син-Намму.
– - Что же войска лугаля?
– - Никакому войску с ними не справиться! Они как полчища саранчи, спустились с гор, переправились через Тигр, идут, и нет им числа!
...не справиться с ними. Они заполонят всю землю...
Голос слепой пророчицы, воспоминание яркое, как отражение солнца в воде.
И следом пришло понимание.
Сошли с гор, с гор Загроса и переправились через Тигр. Прошли по степи, где я жил столько лет... Бесчисленное войско, жгущее посевы и убивающее всех на своем пути, прошло по землям, где моя Ашакку...
Лабарту замер. Рядом, потрескивая, горел факел, люди продолжали разговаривать. Но слова отдалились и потеряли смысл.
Ашакку...
Но перед глазами -- лицо Кэри, утренний свет в ее серых глазах. А сам он связан и пошевелиться не может, но Кэри поднимает к его губам чашу, деревянную, полную крови. И говорит: "Пей, мой хозяин!" И вкус этой крови -- вкус жизни. А Кэри -- как луч солнца, возрождающий, дарующий силы, и...
– - Нет, -- прошептал Лабарту и зажмурился.
– - Нет...
Кэри умерла, но Ашакку жива. Я чувствую это и не могу ошибиться.
– - Лалия?
– - Син-Намму тронул его за плечо.
– - Что скажешь? Решение за тобой.
– - Решение?
– - повторил Лабарту.
– - Да, -- кивнул корабельщик.
– - Раз Лагаш захвачен, может лучше нам подняться по Евфрату? В Ниппуре разгрузить корабли и по суше караваном дойти до Аккаде?
– - Это безумие!
– - воскликнул торговец.
– - Повсюду эти дикари, а караваны - легкая добыча!
Мы поднимемся по Тигру... Чтобы быть ближе к степи, ближе к Ашакку. Чтобы придти ей на помощь, если она в беде.
Лабарту взглянул на Син-Намму и помедлил мгновение, словно размышляя.
– - Верно, -- сказал он наконец.
– - Дикари не плавают на кораблях, и по реке путь безопасней. Вот мое решение: как уплывали из Аккаде, так и вернемся обратно.
2.
В воздухе витал едва приметный запах дыма, но разве осенью редки пожары? Люди трудились в полях, блестела вода каналов, стада спускались к водопою. И Лабарту уже готов был поверить, что этой земли не коснулась война -- пока не показалась впереди пристань Лагаша.
До полудня было далеко, зной еще не сковал землю, но гребцы обливались потом, ворочая весла в уключинах. Не было попутного ветра, а идти против течения Тигра -- непростая задача. Бурная, своенравная река не любит тех, кто с ней спорит. Но нужно торопиться -- скорее, скорее миновать Лагаш. Ведь лодки на пристани вытащены на берег, и не торговцы и не лодочники толпятся там. Нет, там стоят чужеземцы, солнце блестит на их шлемах, на бронзе щитов. А ветер с севера так и норовит прибить корабли к причалу Лагаша...
С пристани закричали. Слова терялись за плеском воды и скрипом уключин, но и так ясно, -- приказывают остановиться, прервать свой путь.
Лабарту обернулся к другому берегу, и ветер тут же отбросил волосы с лица, разметал и перепутал пряди.
Только ли из Лагаша следят за рекой?
И понял, что не ошибся.
На северном берегу, среди пальм и зарослей тростника прятались люди. Не видать их отсюда, но как скроешься от экимму? Лабарту чувствовал их -- тепло тел, дальний жар крови, биение жизни. И знал, что людей там немало.
Те, что спустились с гор... Подстерегают корабли -- богатую добычу...
Лабарту запрокинул голову, закрыл глаза. С пристани вновь закричали -- властно, с угрозой, -- но он не стал слушать. Незримым путем потянулся вперед, за реку, в сожженную летним зноем степь, и позвал:
Ашакку!
Сердце считало мгновения -- одно, два, три -- но ответа не было.
Она далеко. Лабарту вздохнул и открыл глаза, не зная радоваться или печалиться. Далеко, должно быть, скрылась от войны...
Свистнул рассекаемый воздух, и один из гребцов, вскрикнув, рухнул со скамьи. Вторая стрела, дрожа, вонзилась в мачту. Еще миг и корабль, казалось, охватило безумие: кто-то повалился на палубу, другой вытащил оружие, кто-то вскочил в полный рост, словно намереваясь прыгнуть за борт... Лодка качнулась, и Лабарту схватился за мачту, чтобы удержаться на ногах.
– - Не бросайте весла!
– - закричал Син-Намму.
– - Гребите к другому берегу!
– - Нет!
– - Лабарту рванулся к нему, но корабль вновь качнулся, вода хлестнула через борт.
– - Туда нельзя, там...
Не было нужды говорить -- стрелы посыпались с обеих сторон. Вода пузырилась, корабль несло к пристани, Син-Намму выкрикивал приказы, и уже не весла были в руках у гребцов, а оружие. А потом повалил дым, едкий запах горящей асфальтовой смолы, -- идущий впереди корабль вспыхнул, словно охапка сухого тростника.
Они стреляют горящими стрелами! Будь даже ветер с нами, нам не уйти по воде!
– - Прыгайте!
– - призывал Син-Намму. Он стоял во весь рост, не страшась стрел, и в руке у него был меч.
– - Их не так много на причале, мы прорубимся и уйдем!
Лабарту оглянулся. Повсюду были люди, объятые страхом, безумием и жаждой битвы. Тела их мелькали, кровь сверкала, а солнце поднималось все выше.
– - Нидинту!
– - крикнул Лабарту.
– - Кури!
Берег приближался. Воины там стояли врассыпную и стреляли, не переставая. И видны теперь стали сгоревшие склады, пустые торговые ряды, брошенные лодки...
Их и правда немного... Я легко прорвусь и тех, кто принадлежит мне, проведу -- без труда.
– - Нидинту!