Чтение онлайн

— Откуда такая уверенность? — вскричал Эдмунд. — Мы никогда раньше не слышали этого названия. Почему ты вдруг решила, что это — место твоего назначения?

Элспет пыталась подобрать правильные слова. Как объяснить убежденность, что переполняла ее, выплескивалась из нее, как поднятая бурей волна?

— Мне сказал об этом меч, — только и выдавила она.

Эдмунд и Кэтбар заговорили одновременно. К их дуэту присоединился бас Графвельда: он подобрался незаметно, подкатив по снегу еще один пень.

— Думаю, — сказал он по-датски, — нам пора подкрепиться. — Он жестом пригласил Кэтбара сесть. — Сначала поешьте, спор подождет. Фрита, неси сюда ячменный каравай!

Объяснение Элспет о том, куда ей предстоит держать путь, заставило углежога посерьезнеть, Фрита от ее слов побледнела. Все пятеро сидели перед дверью хижины, ловя тепло полуденного солнышка. Из уважения к хозяевам гости помалкивали, пока не был съеден весь хлеб. Кэтбар, впрочем, продолжал негодовать, хоть и молча.

Элспет не замечала вкуса еды, обдумывая то, что ей предстояло сказать. До чего трудно объяснить им происхождение своей уверенности! Ее поводырем был меч: она чувствовала его голос, его волю, он ни на мгновение не покидал ее мыслей. Но и это еще не все: меч был теперь ее неотъемлемой частью, провести границу между ним и ею было уже невозможно. «Зачем мне возвращаться? — сверлила ее мысль. — Я верю в судьбу меча, в добро, которое он сможет сотворить, когда окажется на горе Эйгг-Локи. Что может быть лучше цели доставить его туда?» Она попыталась выразить эту свою убежденность в словах, но Кэтбар встретил их недовольной гримасой, Графвельд же удрученно покачал головой.

— Эйгг-Локи — плохое место, — веско проговорил бородач. — Тебе не стоит туда соваться, как и любому другому. Слыхала о Локи?

«ДА!» — подсказал меч. Впрочем, Элспет не нуждалась в подсказках. Это слово сверлило ее мозг с того самого мгновения, когда Клуаран впервые произнес его на горе, перед пещерой Оргрима, предупреждая ее, что зло, с которым она сражается, еще не побеждено. «Он попытался истребить то, что успели сотворить боги. “Локи” значит “коварный”».

— Не то это бог, не то демон… — пробормотала она. — Он томится в цепях внутри горы. Не она ли зовется Эйгг-Локи?

Графвельд кивнул.

— С тех пор минуло сто лет, если не больше, но легенда все живет: как демон чуть не сбросил цепи, в которые его заковали боги, как выжигал землю, как погибла целая армия, попытавшаяся снова пленить его. Некоторые утверждают, что он по-прежнему живет под горой, где ему служат духи скал и вод. — Углежог помолчал. Когда он снова заговорил, угрюмость его голоса заставила слушателей содрогнуться. — Не знаю, правду ли рассказывают, но духи из-под горы вселяют в меня страх. Они забрали мою жену, мать Фриты.

И он опять умолк, свесив голову. Дочь положила руку отцу на плечо.

— Мне было восемь лет, — начала она тихо. — Стояло лето, батюшка рыбачил в озере под Эйгг-Локи, мы с мамой собирали на берегу морошку. Мама сказала, что слышит голоса, и пошла посмотреть, откуда они доносятся. На дальнем берегу озера они заманили ее на лед, я стала ее звать, она меня не слышала. А потом лед проломился…

«Пожиратели душ! — раздалась в голове Элспет подсказка меча. — Сколько еще это будет продолжаться? Позволь мне остановить его!»

Из-за этих слов Элспет не смогла усидеть на месте. Ее правая ладонь нестерпимо пульсировала и уже светилась. Она зажала правую ладонь левой, смущенно глядя на изумленные лица вокруг.

— Что ты сказала, девочка? — произнес Графвельд непривычно отрывисто. — Что тебе известно о пожирателях душ?

— Я ничего не… — начала она лепетать, но острая боль в ладони заставила ее прикусить язык.

Меч пробудился, и в его сиянии меркнул свет зимнего солнца. Фрита восхищенно ойкнула.

— Известно не мне, а мечу, — просто объяснила Элспет. — Для этого он и создан.

— Что, если дракона, затащившего нас сюда, как раз этот демон и послал? — прохрипел Кэтбар. — Откуда ты знаешь, что он тебя не дожидается?

Эдмунд напряженно ждал ее ответа. Видя это, Элспет отводила взгляд. Лучше смотреть на обожженного Кэтбара!

— Тогда он повелел бы дракону доставить нас живыми или мертвыми. Но я теперь не беззащитна! Я знаю об опасности, Кэтбар. Но и ты уже знаком с могуществом меча. Он станет моим поводырем и защитником в пути. А ты отправляйся назад вместе с Эдмундом. Я могу обойтись одна. Мне необходимо попасть на Эйгг-Локи.

Графвельд долго рассматривал ее, не произнося ни слова. Наконец он повернулся к Кэтбару.

— Ты — ее телохранитель, — изрек он веско. — Но сдается мне, этой девочке надо позволить поступить так, как она желает.

Кэтбар ничего больше не сказал. Графвельд поднялся и вернулся к своей печи, позвав на помощь Фриту. Меч все сильнее разгорался, требуя, чтобы Элспет немедля пустилась в путь. Но прикосновение к плечу вернуло ей здравомыслие. Рядом стоял Эдмунд, терзаемый тревогой.

— Ты совершенно уверена? — спросил он. — Тебе очень нужно туда идти?

— Никогда еще не была ни в чем так уверена, — отвечала она. — Мне жаль с тобой расставаться, Эдмунд, но меч не даст меня в обиду. Я ничуть в нем не сомневаюсь.

— Все равно я не оставлю тебя одну, — сказал он. — Мы оказались тут вместе, к горе я тоже отправлюсь вместе с тобой. Если ты думаешь, что можешь победить Локи, то я помогу тебе. — Видимо, он увидел в ее глазах сомнение, потому что еще крепче сжал ее плечо и добавил почти зло: — Он погубил моего дядю! Что бы ни натворил Аэлфред, то есть Оргрим, он остается мне родичем. Мать хотела бы, чтобы он был отомщен.