Чтение онлайн

– Умрем, – сказал ворон, расхаживая по плечам Мормонта. – Умрем, умрем, умрем. – Старый Медведь сидел молча, сгорбившись, словно придавленный тяжестью этих слов. Наконец он сказал:

– Да простят меня боги. Отбирай людей.

Куорен Полурукий, повернув голову, встретился глазами с Джоном и не отвел их.

– Хорошо. Я выбираю Джона Сноу.

Мормонт моргнул:

– Он совсем еще мальчишка и мой стюард к тому же. Даже не разведчик.

– Вам сможет прислуживать Толлет, милорд. – Куорен поднял искалеченную двупалую руку. – Старые боги за Стеной еще сильны. Боги Первых Людей… и Старков.

– Что скажешь ты, Джон? – спросил Мормонт.

– Я готов, – сразу же ответил тот.

– Я так и думал, – грустно улыбнулся старик.

Когда Джон с Куореном вышли из палатки, забрезжил рассвет. Ветер шевелил их черные плащи и выдувал из костра красные угли.

– В полдень мы выступаем, – сказал Джону разведчик. – Постарайся найти своего волка.

– Королева намерена отослать принца Томмена из города. – Они стояли рядом на коленях, одни в тишине и полумраке септы, окруженные мерцанием свечей, но Лансель все равно старался говорить потише. – Лорд Джайлс увезет его в Росби и скроет там под видом пажа. Они хотят перекрасить ему волосы в темный цвет и выдать его за сына межевого рыцаря.

– Чего она боится? Толпы? Или меня?

– И того, и другого.

– Ага. – Тирион ничего не знал об этой затее. Неужто певчие пташки Вариса в кои-то веки подвели его? Даже паукам случается задремать… а может, евнух ведет какую-то свою игру? – Прими мою благодарность, сир.

– Вы исполните мою просьбу?

– Возможно. – Лансель просил, чтобы в следующем бою ему позволили командовать собственным отрядом. Превосходный способ умереть, еще не отрастив как следует усов, но юные рыцари всегда считают себя непобедимыми.

Отпустив кузена, Тирион задержался и поставил на алтарь Воина свечу, зажженную от другой. «Храни моего брата, ублюдок этакий, – он ведь один из твоих». Вторую свечу он поставил Неведомому – за себя.

Ночью, когда в Красном Замке погасли огни, к нему в покои пришел Бронн. Тирион запечатывал письмо.

– Отнесешь это сиру Джаселину Байвотеру, – сказал карлик, капая золотым воском на пергамент.

– А что там написано? – Бронн читать не умел, поэтому задавал беззастенчивые вопросы.

– Что он должен взять пятьдесят своих лучших мечей и произвести разведку по Дороге Роз. – Тирион приложил свою печать к мягкому воску.

– Станнис скорее уж приедет по Королевскому Тракту.

– Без тебя знаю. Скажи Байвотеру – пусть не смотрит на то, что написано в письме, и ведет своих людей на север. Надо устроить засаду на дороге в Росби. Лорд Джайлс через день-другой отбудет в свой замок с дюжиной латников, слугами и моим племянником. Принц Томмен может быть одет пажом.

– Ты хочешь вернуть парнишку обратно?

– Нет, пусть его отвезут в Росби. – Убрать мальчика из города – один из лучших замыслов Серсеи. В Росби ему не грозит опасность от бунтующих толп – кроме того, его удаление затруднит жизнь Станнису. Даже если тот возьмет Королевскую Гавань и казнит Джоффри, у Ланнистеров все-таки останется претендент на престол. – Лорд Джайлс слишком хвор, чтобы бежать, и слишком труслив, чтобы драться. Он прикажет кастеляну открыть ворота. Войдя в замок, Байвотер должен разогнать тамошний гарнизон и остаться стеречь Томмена. Спроси его, как ему нравится сочетание «лорд Байвотер».

– «Лорд Бронн» еще лучше. Я бы тоже мог постеречь мальчонку. Я качал бы его на колене и пел ему колыбельные, раз за это лордом делают.

– Ты нужен мне здесь. – (И своего племянника я тебе не доверю). – Случись что-нибудь с Джоффри, вся надежда Ланнистеров на Железный Трон окажется в слабых ручонках Томмена. Золотые плащи сира Джаселина сберегут мальчика, а наемники Бронна вполне способны продать его врагу.

– А как новый лорд должен поступить со старым?

– Как угодно, лишь бы кормить его не забывал. Я не хочу, чтобы Джайлс умер. – Тирион вылез из-за стола. – Моя сестра пошлет с принцем одного из королевских гвардейцев.

Бронна это не встревожило.

– Пес – телохранитель Джоффри и не оставит его, а с остальными золотые плащи Железнорукого уж как-нибудь управятся.

– Скажи сиру Джаселину: если дело дойдет до драки, на глазах у Томмена никого убивать нельзя. – Тирион накинул тяжелый плащ из темно-бурой шерсти. – У моего племянника нежное сердце.

– Ты уверен, что он Ланнистер?

– Ни в чем я не уверен, кроме зимы и войны. Пошли. Я проеду с тобой часть пути.

– К Катае?

– Слишком ты много обо мне знаешь.

Они вышли через калитку в северной стене. Тирион пришпорил лошадь каблуками и поскакал по Дороге Тени. Несколько фигур шмыгнуло во мрак, услышав стук копыт, но напасть никто не осмелился. Совет подтвердил и продлил его указ: всякому, взятому на улице после вечернего звона, грозила смерть. Эта мера немного умиротворила Королевскую Гавань и вчетверо сократила число трупов, находимых утром в переулках, но Варис сказал, что народ клянет Тириона за это. «Им бы спасибо сказать мне за то, что они живы и могут ругаться». На улице Медников их остановили двое золотых плащей, но, увидев, кто едет, извинились перед десницей и пропустили. Бронн повернул на юг к Грязным воротам, и они расстались.

Тирион продолжил путь к Катае, но терпение вдруг изменило ему. Повернувшись в седле, он оглядел улицу – за ним никто не следил. Все окна были темны или плотно закрыты ставнями, и только ветер свистал в переулках. Если Серсея и послала за ним соглядатая, тот скорее всего прикинулся крысой.

– А, пропади все пропадом, – проворчал Тирион. Предосторожности обрыдли ему. Он развернул и пришпорил коня. «Если позади кто-то есть, посмотрим, как он за мной угонится». Он несся по лунным улицам мимо темных извилистых закоулков, цокая по булыжнику, спеша к своей любви.