Чтение онлайн

– Не понял. Ни хрена не понял.

Андрей был совершенно искренен в своем признании. Возможно, еще никогда он не произносил эту фразу с такой подкупающей откровенностью. Даже в бытность студентом института международных отношений.

– Ты должен составить мне протекцию, – пояснил Разин. – Позвонить отцу и сказать, что с ним желает переговорить один хороший человек, которого ты давно знаешь. Одно дело явиться к кому-то с улицы, и совсем другое – по протекции.

– По протекции? Хм. Это как?

– По рекомендации.

– А! – понимающе воскликнул Мищенко-младший. – Вот теперь врубаюсь.

– С тобой легко и приятно иметь дело, – сказал Разин с фальшивой улыбкой, словно бы скопированной у одного из бывших преподавателей президентского отпрыска.

– Со мной еще никому не было легко и приятно, – напрямик заявил Андрей. – И тебе тоже не будет. Пока не забачишь.

Настал черед Филина недоуменно морщить лоб:

– Забачу? Или побачу?

– Бачить – то же самое, что башлять, – снисходительно объяснил Андрей.

– Я заплачу.

– Сколько?

В карманах Разина лежало несколько пачек долларов: по три, пять и десять тысяч. Он успел оценить Андрея Мищенко и решил, что красная цена тому будет пять штук «зелени». Отец парня уже не являлся гарантом Конституции, и авторитет семьи сильно пошатнулся.

Вместо ответа Филин запустил руку в правый боковой карман плаща и протянул деньги. Проведя пальцем по срезу купюр, Андрей надул губы:

– Пять? Маловато будет!

– Только за то, что ты сведешь меня со своим папашей? – не поверил ушам Разин.

– А я тебя не знаю, – фыркнул Андрей. – Может, ты враг нашей семьи. Может, ты киллер наемный. И что же? За пять штук тебя к фазеру подпустить? Мне этих денег на неделю хватит. С натяжкой.

– Как знаешь, – сказал Разин и неуловимым движением выхватил деньги из пальцев парня.

– Эй! – опешил тот. – Погоди, погоди. Мы что, даже не поторгуемся для порядка?

– Нет.

С этими словами Филин заменил пачку долларов на десятитысячную. Луконин велел ему не скупиться, и он не скупился. В сравнении с будущей прибылью это были сущие крохи.

– О! – приятно удивился Андрей. – Совсем другое дело. Как тебя представить? Когда ты к папа наведаться собираешься? Он сейчас под Обуховом. Знаешь, где это?

– Знаю, – кивнул Разин, тщательно изучивший все, что касалось будничной жизни семейства Мищенко. – Я готов подъехать к Виктору Андреевичу в любое назначенное мне время. Сообщи ему, что один твой надежный товарищ имеет информацию, которая способна изменить политический расклад в Европе.

– Это действительно так?

– Минуту назад я вручил тебе десять тысяч долларов. Не для того, чтобы с твоим папой про трипольскую культуру поговорить, верно?

Андрей состроил серьезную мину.

– На завтра устроит? – спросил он.

– Лучше быть не может, – ответил Разин.

– Оставь координаты.

После того как они обменялись телефонными номерами, Андрей полюбопытствовал:

– А ты, случаем, не из спецслужбы какой-нибудь?

Чтобы не отвечать прямо, Филин предпочел задать встречный вопрос:

– Боишься, что папика опять отравят?

Предположение вызвало у Андрея приступ истеричного смеха:

– Отравят? Да кто его травил, ты что, с луны свалился?

– Примерно, – кивнул Разин. – Не обращай внимания. Я вообще не очень разбираюсь в том, что у вас тут на Украине происходит.

– А все, что происходило, то и происходит, – просто сказал Андрей. – Бабло пилится, вопросы решаются. Большая политика, как у всех. Демократия по-европейски.

«По-украински», – мысленно поправил Разин, а вслух произнес:

– Рад, что у нас возникло взаимопонимание, Андрей. Когда ждать звонка?

– А никогда, – неожиданно заявил сын Мищенко. – Решил я тебя кинуть, москаль. Ты ведь москаль, я угадал?

– Угадал, – согласился Филин. – Я из России, прямиком из Москвы.

– Привет Москве.

Издевательски пошевелив пальцами вскинутой руки, Андрей повернулся на каблуках и пошел прочь.

– На пятом шаге из тебя мозги вышибут, – негромко сказал Разин. – Видишь «Пежо» справа? Второй стрелок на крыше соседнего дома. Так что иди, парень, иди. Можешь даже своих бугаев кликнуть. Нам, москалям, на вас пуль не жалко.

Блеф сработал. Когда молодой Мищенко обернулся, его лицо было таким белым, что казалось напудренным, как у Пьеро.

– Я пошутил, – сказал он, остановившись.

– Я тоже, – улыбнулся Разин. – Так когда ждать звонка?

– Не раньше девяти часов утра.

– А не позже?

– Не позже одиннадцати, – выдавил из себя Андрей.

– Договорились, – улыбнулся Разин еще шире. – Теперь иди и ничего не бойся. Правда, если папа твой заартачится, то денежки придется вернуть.

– Ко мне министр внутренних дел в кумовья набивается, – процедил Андрей, в котором взыграло непомерное, как у польских шляхтичей, самолюбие. – А шеф Службы безопасности Украины мой хороший знакомый.

– Папин знакомый, – поправил Филин безмятежно. – А папа твой уже не первое лицо государства, а неизвестно какое по счету. И шеф СБУ сменился. И шеф МВД. И ты, Андрюша, должен прожить свою жизнь так, чтобы не было мучительно больно. Как классик сказал. Любишь классическую литературу, Андрюша?

– Пошла она в… – Сын президента назвал место. – И ты тоже.

– Это значит, что сделка отменяется?

– Это значит, что я ненавижу москалей, – сказал Андрей. – Но звонка все равно жди. Москаль, который платит, не самый поганый москаль.