Чтение онлайн

Но самое главное — я нашел то, что искал. То, что было так необходимо.

— А что, Ангел Заката разрешил записать его голос? — спросил я.

— Ну что вы, молодой человек. — Апостол посмотрел на меня как на человека, чего-то сильно не понимающего. — Думаю, меня бы убили за такое. Или хотя бы покалечили. Я сделал запись тайно.

Закончив с беседой, я добрался до дома и занялся прослушиванием записей проповедей Ангела Заката.

Голос этого человека действительно затягивал сознание, как океанская воронка. Не был он мощным или вкрадчивым. Но в нем звучала какая-то потусторонняя гармония. И периодически повторялось:

«Спасутся те, кто идет за мной. Остальным нет спасения. Час близок. Час уже наступил». 

На этот раз в Татарстане рванул автобус с паломниками, отправлявшимися на хадж в Мекку.

Взрывное устройство было установлено на обочине в лучших традициях партизанской войны на Северном Кавказе. Туристический автобус «Мерседес» снесло с трассы, осколки прошили тонкий металл. Погибло девятнадцать человек.

Последующими мероприятиями в течение двух часов удалось установить террориста. Он забаррикадировался в частном доме на окраине Казани, походя пристрелив пожилого хозяина. У него был пистолет-пулемет, отстреливался до последнего патрона.

Точнее, последний патрон он истратил на себя. Рванувший на штурм спецназ застал только бездыханное тело с аккуратной дыркой в черепе. Стрелял не в висок, а прямо в лоб, как раз где третий глаз.

Выяснилось, что террорист — ингуш по национальности, числившийся одно время в ваххабитском подполье — пропал без вести год назад. И прибился к «правдолюбам».

Это было мощно. Сломать железобетонную блокировку сознания, которую ставят ваххабиты. И переориентировать на другую секту, сделав из человека послушный механизм и заставив убивать бывших единоверцев. Ангел Заката был могуч.

Вместе с тем, как ни прискорбно, мы опять зашли в тупик.

— Майор, у меня ощущение, что это пока булавочные уколы. Он готовит что-то грандиозное, — сказал Куратор, с которым мы опять пересеклись на «кукушке».

— И что достигнет? — спросил я. — Самое смешное, к этим терактам уже привыкли. Народ их воспринимает философски. Идет война. А на войне потери воспринимаются как неизбежное зло.

— Ты еще скажи, что от них есть польза — население держится в тонусе.

— В этом что-то есть.

— Ничего в этом нет, — отмахнулся Куратор. — На него работают социологи высшей квалификации. И раскачивает он лодку умело. В совокупности с политическим и экономическим кризисом это приведет к обрушению государственности. Рано или поздно. Если мы будем ворон считать, вместо того чтобы работать.

Я пожал плечами. Что тут возразишь?

— Сергей, мне нужен его скальп.

— Мне кажется, вы что-то еще знаете, но не говорите.

— Я много что знаю. Ситуация очень поганая. Мы висим на ниточке. И Ангел целенаправленно выбивает почву у нас из-под ног. Если мы в течение месяца-двух не решим проблему… Это будет катастрофа.

— В какой форме?

— Пока не знаю. Но будет.

Тайны мадридского двора. Значит, идет массированная атака на государственную систему Российской Федерации. С чьей стороны? Ну, круг стран, элитных группировок и финансовых групп, заинтересованных в уничтожении России, известен. И мы пока можем только обороняться.

Я задумался. Потом спросил:

— Он точно нам не нужен живым?

— Обойдемся, — отмахнулся Куратор. — Сгодится и его труп.

— Разорванный на клочки подойдет?

— Подойдет.

— Кажется, я знаю, как сделать это… 

До сих пор неясно, был ли король чешский Рудольф Второй безумен или прозорлив. Прославился он тем, что создал в стольном городе Праге в XVI веке эдакий заповедник, куда стягивались алхимики, астрологи, мистики всех мастей, чернокнижники. За это и получил прозвище германский Гермес Трисмегист.

До сих пор ходят самые невероятные слухи, что кому-то удалось в лабораториях города Пражского создать философский камень и сделать из свинца золото. Скорее всего, это лишь легенды. Но алхимики благодаря своим безумным изысканиям прилично продвинули вперед естественные науки. Кроме того, в Праге окрепло немало личностей, которые до сих пор являются культовыми для эзотериков.

Одна из таких знаковых фигур — Магистр Гербер, бывший аббат францисканского монастыря, много раз проклятый, отлученный от церкви и снова припавший к источнику католической веры.

У него была мастерская, где не покладая рук трудились ювелиры и ремесленники. До сих пор мистики считают, что созданные там изделия обладают магической силой.

Настрогали этих артефактов немало — диадемы, кресты, медальоны, медные блюда с фантастическими извращенными узорами, напоминающими химер на соборе Парижской Богоматери.

Особенно ценятся мистиками амулеты Магистра со знаками стихий — воздуха, воды, земли и огня.

Эти предметы не относятся к мировым шедеврам, как изделия Бенвенуто Челлини или Фаберже, они не отличаются особой изысканностью и тонкостью работы, не стоят миллионы долларов. Но среди знающей публики они пользуются ажиотажным спросом. Простым людям ничего не говорит слово «Амулет Гербера». Знатоков тут же кидает в дрожь.

Часть раритетов затерялась на извилистых тропинках истории. Местонахождение других — хорошо известно, они осели в частных коллекциях.

Московский удачливый антиквар Яков Зельцман, одинаково просто вращавшийся в среде олигархов и среди воров различных мастей, не слишком хорошо был знаком с оккультной историей человечества. Зато он хорошо знал цену раритетным предметам. И еще знал, что старый знакомый, который небрежно кинул на стол в тесном служебном помещении антикварного салона «Елена» на Чистых прудах старинный медальон, барахла не принесет.