Чтение онлайн

Преувеличивать успех этой акции, правда, не стоило. Ничуть не обеспокоившись потерей припасов, противник продолжил свой поход с прежней неотвратимостью – если даже в их рядах и начинался голод, то внешне это не проявлялось никак. Оставалось рассчитывать лишь, что в лучшем случае строгая диета слегка ухудшит их боевые качества.

Вот… Ну, как уже было сказано, Джарэту удалось в итоге задержать врагов на достаточный срок, и утром двенадцатого дня Илайдж и Клинт прибыли на космодром первыми. Однако после изучения картины, оставшейся там после Гроссмейстера, выяснилось, что свои надежды я могу засунуть себе… куда захочу. Не вдаваясь в перипетии наших исследований, могу сообщить лишь конечный результат. Мои предположения оказались верны – Гроссмейстеру удалось активировать все системы космодрома и получить доступ к любой его части, но… Но управление всеми этими системами шло через главный компьютер, и, уходя, Гроссмейстер не забыл засунуть туда личный код доступа. Который мы, естественно, не знали…

Проведя на космодроме не самый приятный день в своей жизни, я оставил там Елену в качестве специалиста по компьютерам и Джейн в качестве специалиста по Гроссмейстеру, поручив им расколоть код каким угодно способом. Я прекрасно понимал иллюзорность надежд на подобный исход, ведь Елена сразу признала, что взломать систему зашиты ей не под силу, а как можно угадать пароль? Это могло быть любое слово из всех известных Гроссмейстеру языков или вообще беспорядочный набор символов.

И все же накануне вечером я отвлек Джейн от решения этой безумной проблемы и приказал ей заняться переброской на космодром отряда бессмертных, собранного Вотаном… Удивительно, но проявив исключительную целеустремленность и настойчивость, ему удалось уговорить присоединиться к нам почти пятьдесят Человек – думаю, без малого половину из всех, живущих на Эгрисе. С большинством из них я был знаком, но некоторых видел и вовсе впервые.

Так вот, оставив себе несколько лучших, проверенных боевых командиров, остальных я отправил на космодром. Этот шаг вызвал определенные споры (среди членов Клуба, разумеется), но, с моей точки зрения, это был единственный шанс на спасение. Если вдруг случится чудо и появится возможность добраться до оружия эпохи Галактической Империи, то первым делом понадобятся Люди, способные его использовать. В противном случае, как говорил Вотан, «чего им зазря погибать» – пятьдесят Человек, даже превосходных бойцов, были не в состоянии изменить судьбу предстоящей битвы. Судьбу, прямо скажем, трагическую…

С особенной остротой я осознал это на следующий день, наблюдая за приходом врага. Точно в соответствии с расчетом они подошли к городу уже на закате, и чтобы у них не возникло желания штурмовать нашу цитадель прямо с ходу, Джарэт наслал такую жесточайшую пургу, какую только смог отыскать в пределах планеты. Шестирукие, правда, на непогоду большого внимания не обратили – привыкли, похоже, – миновали эвакуированные жилые кварталы и, окружив стоящий на холме Черный город, принялись разбивать лагерь. С момента моей последней встречи с ними прошел уже достаточно большой срок, и я позабыл, какое прекрасное впечатление они производят в качестве новинки. Но смог живо об этом вспомнить, глядя на волны ужаса, прокатившиеся по стенам, когда встречающие разглядели наконец своих гостей. А ведь были некоторые… гм… горячие головы, в основном из полководцев Местальгора, предлагавшие выступить врагу навстречу и дать бой на открытом пространстве. Чтобы, учитывая неповоротливость противников, было где маневрировать. Идиоты! Правильно тогда Джарэт уточнил, чтобы было куда бежать при первом же их появлении…

Теперь же бежать было некуда. И глядя на огромные фигуры, заполнившие пространство перед крепостью, я даже начал сожалеть, что они не полезли на штурм сразу – быстрее бы отмучились. А так, только еще один вечер себя изводить.

С подобным настроением я явился в обеденный зал королевского дворца, назначенный для проведения последнего военного совета. Занимая место во главе огромного стола, за которым уже сидели около тридцати виднейших военачальников Эгриса, я слегка воспрял духом. В конце концов я даже мог гордиться, ведь это была самая большая и мощная армия, которой мне когда-либо доводилось командовать. Может быть, это вообще была самая большая и мощная армия в истории планеты.

Да, дипломатические усилия Марции и благополучно затянутое время позволили собрать по-настоящему внушительные силы. В моем распоряжении находились практически все сухопутные войска Местальгора и Пантидея, а также оба флота этих государств. Плюс к этому огромный флот пиратов во главе с самыми уважаемыми капитанами. Плюс ополчение из северных колоний Пантидея. Плюс конница из Тайраса. Плюс только сегодня вошедшие в гавань столицы тридцать драккаров Королей Севера. Из всех сколь-нибудь серьезных сил этого континента на совете не были представлены только дахетяне, да и то лишь потому, что оказались отрезаны от нас врагом… Общая численность моего войска вместо предполагавшихся двухсот двадцати тысяч приближалась к полумиллиону. Гигантская, невиданная для Эгриса цифра. Но даже имея почти троекратное превосходство в людях и находясь в обороне, что обычно очень облегчает задачу, я считал кампанию обреченной.

Тем не менее всему этому войску нужно было что-то делать, куда-то вставать, перемещаться и тому подобное… Тут я не ударил лицом в грязь. Разработанная мной при помощи Лауры и Вотана диспозиция была безусловно лучшей в моей долгой практике. Маневры каждой отдельной части были расписаны со скрупулезной доскональностью. Так, чтобы не понять их мог только совершеннейший дебил, каковых, как я надеялся, среди присутствующих не было… Признаться, мне польстило, что предложенная диспозиция была принята без малейших оговорок и воспринята как шедевр воинского искусства. Но, думаю, среди всех собравшихся только я и, может быть, Джарэт понимали, что это просто-напросто мусор. В реальном бою обязательно что-то идет не так, да для начала я вообще сомневался, что мы протянем столько часов, на сколько было рассчитано мое творение…

Поэтому после завершения совета, когда время уже приближалось к полуночи, я сбежал на стену, чтобы еще раз все проанализировать и попытаться отыскать какие-нибудь скрытые возможности. Но преуспел лишь в том, что едва не околел от холода.

Желая избежать такой неприятности и дожить все же до разгрома своей самой лучшей армии, я убрался со стены и, вернувшись во дворец, принялся бродить по его пустынным заброшенным коридорам… Постепенно меня утомило бесконечное пережевывание одного и того же, мои мысли устремились к более общим проблемам. В частности, меня интриговало поведение Альфреда. Вернее, отсутствие такого… За прошедшие две недели о нем не было ни слуху, ни духу, как будто Джарэту удалось то, что тщетно пытались совершить другие. Но в это я, конечно, не верил…

Как ни странно, Альфред не совершил ни малейшей попытки ни восстановить ворота, упрятанные глубоко под землю, ни высадить свои войска в другом месте, ни сделать вообще что-нибудь. Почему? Ну, тут предлагались разные объяснения. Например, на восстановление кондиций после очередной смерти ему все же требовалось время, и пока он был не в состоянии что-либо предпринять. Сомнительно, но может быть. Или он просто не потрудился узнать о неприятностях со своей резервной армией, занятый другим. Еще сомнительнее. Или… Подобные гипотезы, периодически выдвигавшиеся тем или иным из моих друзей, в принципе могли быть сочтены приемлемыми. В конце концов, не делает ничего – и ладно. Но у меня существовало собственное суждение, которое я, правда, не афишировал.

Я подозревал, что Альфред попросту обиделся. Часто возвращаясь в памяти к нашей короткой последней встрече, я пришел к выводу, что сканк хотел заключить мир. И все эти армии шестируких были лишь фоном для совершения сделки. А мы, не став даже слушать, его угробили… С моей точки зрения, было бы вполне естественно, если Альфред решил: «Ах так! Хорошо, поучим вас еще немного! Не торопясь, не форсируя событий. Так, чтобы вы по-настоящему вкусили плодов своей глупости…»

Сделав такие выводы, я какое-то время испытывал большое искушение потолковать с Джарэтом начистоту. Но потом оставил эту идею. Зачем? Даже если он все это понимал и специально напал тогда на сканка, с целью не дать нам договориться, то что с того? Едва ли какие-то мои аргументы могли поколебать его ненависть к Альфреду. Более того, абстрагировавшись от низости подобного поступка, я мог бы сам пойти извиниться и попытаться все уладить. Только куда идти?..