Чтение онлайн

— Не убивай меня, о благородный пират.

— С каких это пор пираты стали благородными. — Произнес страшно рассерженный Олег и зарядил кулаком в челюсть. Голова толстопуза, откинулась назад, потекла кровь. Мальчишка-терминатор крепко выдал:

— Будешь ты учить меня благородству!

Затем, достав из-за пояса связку ключей, юноша принялся отпирать двери. За первой дверью оказалась камера, где сидели закованные в колодки два узника. Один из них, несмотря на язвы и следы от ожогов и побоев имел весьма представительный вид. Его густая с проседью борода и широкие плечи с горящим взглядом монгольских глаз говорили. — Я рожден повелевать! Второй был еще совсем молод, довольно высок, но борода не росла, лишь под носом виднелся легкий пушок. Они уставились на ворвавшегося Олега.

— Ты кто такой. — Произнес, хрипловатым, но приятным голосом старший пленник.

Вечно юный воитель ответил:

— Я благородный пират Олег.

Тот, что помоложе спросил:

— А тебя кличут?

Олег растеряно ответил:

— В прежней компании называли боевой танк-кролик. В нынешней банде….Не знаю, он пока сами не определись.

Старший заключенный ответил:

— Ты быстр и стремителен, и вместе с тем не по годам мудр. Я назову тебя кобра.

Олег удивился. Для людей впрочем, кобра звучит как-то зловеще. Но все же юноша спросил:

— А вы кто такой?

Тот с достоинством ответил:

— Последний император пиратов. — Кашпировский, меня еще зовут «Бич божий». А это мой сын Арамис. — Главарь главарей морских разбойников скорее приказал, чем попросил. Ты можешь юниор освободить нас от оков?

Олег лаконично ответил:

— Конечно, и быстро!

Цепи были еще совсем новые, густо смазанные маслом, и выкованные с большим искусством, каждое звено толще большого пальца крупного человека или примерно как кисть Олега. Это неприятное открытие показало, что произнести быстро, по меньшей мере, опрометчиво. Смелый воитель заметил:

— Ого, похоже, они вас бояться.

Царь-узник с этим согласился:

— Эти тюремщики очень хитры, сковали, так что трудно пошевелиться и постоянно следили за камерой, проверяли цепи, опасаясь видимо, что мы их можем перепилить волосом.

— А что это возможно? — Спросил, немного растерявшись, Олег.

— Если постараться то да. — И для убедительности встряхивание цепью. — Ничего невозможного нет.

Когда Кашпировский встал то бывалый Олег слегка удивился, он был не очень высок, примерно среднего роста, правда очень плотный, несмотря на голод и лишения. А вот юноша наоборот был высокий стройный.

— Давайте посмотрим, что в других комнатах. — Предложил, нетерпеливо покручивая в руках меч Олег.

— Там должна быть тюремная казна и остальные узники. — Громко произнес Кашпировский.

Вопреки ожиданиям, добыча и в самом деле была богатой. Бочки с золотом, множество сундуков с камнями. Перехватив удивленный взгляд не ожидавшего увидеть подобное в узилище Олега «Бич божий», охотно объяснил:

— Тут добро забранное у великого множества людей, незаконно конфискованное имущество.

Олег покачал головой и выдохнул из себя воздух:

— Вот как, похоже, они собирались увезти далеко не все богатства.

Кашпировский свирепо кивнул:

— Здешний губернатор хитрая лисица. Он пытается заглотнуть больше чем сможет вместить его глотка. — Тут главарь флибустьеров тревожно оглянулся, обшаривая взглядом камеры. — Он уже убит?

Олег к собственному неудовольствию отрицательно замотал кочаном со светлыми волосами:

— В последний раз я видел живым только слегка помятым.

Кашпировский даже хихикнул:

— Вот как надо это срочно исправить. Но все блестящие сундуки не главное, вот тут должен быть люк, который приведет на подземелье губернского дворца. А теперь я допрошу тюремщика. — Строгий приказ прирожденного повелителя. — А ты кобра подыми его.

Даже сильный и закаленный тренировками, работай в каменоломнях Олег, не без труда приподнял тушу, Кашпировский шлепнул его по щекам, заставив прийти в себя, затем добавил еще шлепок. Когда тот открыл глаза, в них отразился животный ужас.

— Только оставьте жизнь, все сделаю.

Пират-главарь рыкнул:

— Где моя невеста Экстрагазель?

Тюремщик отчаянно пробормотал:

— Ее уже полгода назад переправили в столицу, никто не будет держать девушку столь знатного рода среди пиратов и бандитов.

— Тогда ты мне больше не нужен. — Кашпировский сдавил его горло руками-клещами. — Тебя следовало помучить, да мараться не охота. А что делать с другим, тоже ведь палач и ублюдок.

— Если хочешь, я сам его убью! — Охотно предложил, все еще жаждущий подвигов Олег.

— Это слишком легко и просто, пусть его повесят вниз головой. — Приказал жестокий «Бич божий», и скептически окинул мальчишечью фигурку. — Ты не по годам силен, сможешь его выволочь.

— Конечно в нем килограмм сто тридцать не больше. — Сказал, улыбаясь, Олег и взвалил «многотонную» тушу себе на плечи.

Однако это оказалась не приятным занятием, тюремщик вонял словно душной козел. Да еще был не удобен для носки, и юноша немного вспотел.

Поэтому, оказавшись в тюремном дворе, юный воитель почувствовал облегчение. Там собралось большое количество заключенных и не только взрослые мужчины, но много женщины, детей, причем большинство в ужасном состоянии, после пыток и голода.

Олег в праведном гневе прокричал им.

— Что сделать с этим истязателем? Повесить?

Освобожденные заключенные, зашумели — море вспенилось и грозило перехлестнуть девятым валом. В течение долгих лет люди копили эмоции в сырых и холодных застенках.

— Нет на кол его! На крест! Виселицы мало для выродка нечистого! — Во всю глотку кричали мужчины, часть впрочем, была или пиратами или разбойниками с большой дороги.

— В этом случае вершите суд и расправу сами! Ибо единый наш судья народ! — Приняв Солоновое решение, Олег откланялся. В след за ним вышел император пиратов. Хотя его власть признавали далеко не все, и сам титул был скорее не официальный, бывшие узники встретили его громогласными выкриками. А когда он поднял руку вверх, все замолчали. Кашпировский громогласно обратился: