Чтение онлайн

Квентин стал таким же пустым и практически впал в такую же каталепсию, в какой пребывала его жена Вандра, год за годом влачившая в Городе Интроспекции свое жалкое полубессознательное существование. Но она по крайней мере заживо почивала в мире. Временами, навещая ее, Квентин заглядывал в ее прекрасное, но лишенное всякого выражения лицо и завидовал ей.

Пережив этот страшный опыт, приняв в течение жизни столько трудных, а подчас и невозможных решений, Квентин навсегда отвратился от военной службы. Он бесчисленное количество раз водил своих солдат в атаки, посылал их на смерть, обрекая при этом на гибель ни в чем не повинных порабощенных людей, которых он должен был освободить из машинного плена. Он освободил, но ценой их массового убийства.

Квентин не мог больше жить с этим страшным грузом. Все годы после Великой Чистки он занимал незначительные посты в армии, а затем потряс своего старшего сына решением уволиться со службы.

Стараясь удержать при себе своего героя-отца, Фейкан предложил ему занять место посла или представителя какой-нибудь планеты в Парламенте Лиги.

— Нет, это не для меня, — возразил Квентин. — У меня нет ни малейшего желания начинать жизнь сначала в моем возрасте.

Однако Великий Патриарх — все тот же Ксандер Боро-Гинджо — зачитал решение (естественно, написанное не им самим), в котором отказался принять отставку Квентина Батлера, заменив ее на бессрочный отпуск и путешествие с целью восстановления здоровья. Квентина не интересовали семантические детали. Результат оказался тот же. Он нашел свое новое призвание.

Его друг Порее Бладд, приятель, которого он знавал по тем временам, когда был еще простым офицером и работал на возведении Новой Старды, предложил отправиться с ним в паломничество, или в экспедицию.

За годы, прошедшие после Великой Чистки, этот аристократ и филантроп стал одержим идеей помогать населению пострадавших планет.

На Валгисе и Альфа Корвус он нашел выживших после атомной бомбардировки людей, живущих в ужасающей нищете и бедности. Люди эти влачили свою жизнь в страшной нужде, страдая от голода и различных форм рака, явившегося следствием атомных взрывов и радиоактивных осадков. Их цивилизация, техника, инфраструктура безвозвратно погибли, но самые стойкие все еще продолжали хвататься за жизнь, восстанавливая условия для нормального существования.

Бладд вернулся в Лигу в поисках добровольцев для организации космического моста и переброски на пострадавшие планеты продовольствия и необходимых материалов, а также для переселения жителей в менее опасные районы или для перемещения их на более гостеприимные планеты. При том что население Лиги сильно уменьшилось и пострадало генетически после эпидемии, Колдуньям Россака требовалась «свежая кровь», которую и можно было отыскать среди уцелевших после Великой Чистки.

Некоторые твердолобые политики договаривались до того, что компенсацией за перенесенные страдания стало само освобождение от ига мыслящих машин. Квентин все больше и больше проникался сознанием того, что люди, делающие такие решительные заявления, сами абсолютно не способны ни на какое самопожертвование…

Бладд, у которого не было никакой необходимости бороться за политическое влияние, повернулся спиной к Парламенту Лиги и забыл о его существовании после того, как депутаты отказались платить репарации пострадавшему населению.

— Я сам буду оказывать такую помощь, какую сочту необходимой, — сказал он в своем сделанном в Зимии заявлении. — Не важно, что я потрачу на это все мое состояние до последнего цента — таково теперь мое жизненное призвание.

Хотя значительная часть огромного семейного состояния была утрачена во время великого восстания рабов, уничтожившего Старду и погубившего дядю лорда Бладда, громадные суммы продолжали поступать на Поритрин, так как в Лиге процветал рынок индивидуальных защитных полей. Их теперь носили все, хотя непосредственной угрозы нападения машин уже давно не было.

Услышав о бессрочном отпуске Квентина Батлера, аристократ разыскал своего старого приятеля.

— Не знаю, захотите ли вы смотреть им в глаза, — сочувственно говорил Бладд, — но я намерен посетить планеты, опустошенные Великой Чисткой. Бывшие планеты Синхронизированного Мира. Атомные взрывы уничтожили экосистемы и истребили воплощения Омниуса, но есть шанс, — глаза лорда загорелись, когда он поднял палец, — повторяю, шанс, что некоторые люди выжили. Если так, то мы должны найти их и помочь им.

— Да, вы правы, — согласился Квентин, чувствуя, как тяжесть начинает спадать с его плеч. Он, конечно, боялся перспективы посещения атомных пустынь, в сотворении которых принял решающее участие. Но если это единственная возможность хотя бы в малой мере искупить свой страшный грех…

Роскошная космическая яхта Бладда предлагала намного больше удобств, чем военные корабли Лиги. На яхте были жилые отсеки, большой грузовой трюм с лекарствами и оснащением и одноместный катер, который можно было использовать для разведки. Сначала Квентин отказался путешествовать в такой роскоши, которую он, по его мнению, не заслужил. Но потом он убедил себя, что в этом не будет ничего предосудительного. Надо получить удовольствие от поездки. Он много странствовал за время своей военной карьеры. Сорок два года жизни без остатка были отданы Джихаду Серены Батлер.

Совершая длинный маршрут, Квентин и Бладд хотели осмотреть все планеты, которые раньше принадлежали Синхронизированному Миру. Теперь это были сплошь смертоносные очаги радиоактивного заражения. Девятнадцать лет назад Квентин Батлер летал с планеты на планету, сбрасывая на них смертоносный груз. Теперь он отправлялся на них с миссией помощи.

Квентин внимательно смотрел на превращенный в пустыню пейзаж Уларды, на выжженную землю, карликовые деревья, росшие на зараженной почве. Большинство зданий было сровнено с землей импульсными ядерными взрывами, но горстка уцелевших жителей строила из каменных осколков хижины и маленькие деревенские дома — убогие укрытия от жестоких бурь, гулявших по поверхности планеты после опустошительного холокоста.

— Вы привыкли к таким сценам? — спросил Квентин, ощущая в горле тугой ком.

Сидевший в кресле пилота Бладд оглянулся и посмотрел на Батлера своими выразительными, полными сильного чувства глазами.

— Будем надеяться, что этого не случится. Во имя нашей собственной принадлежности к человеческому роду мы не должны никогда привыкать к такому.

Они снизились над поверхностью планеты и увидели людей, которые палками и какими-то металлическими прутьями возделывали поля. Квентин не мог представить себе, как они жили. Люди прекратили работу и подняли головы к небу. Некоторые махали руками, радостно приветствуя спускавшееся судно, другие же побросали свои примитивные орудия и бросились бежать в поисках убежища, боясь, что вернулся флот, для того чтобы окончательно извести оставшихся людей.

Слезы заструились по щекам поритринского аристократа.

— Я хотел бы забрать с собой всех этих людей до единого и отвезти их в Лигу, где у них появится шанс нормально жить. При моем богатстве и влиянии я могу сделать это. — Он вытирал слезы тыльной стороной ладони, но они упрямо продолжали течь. — Вы так не думаете, Квентин? Почему бы мне не спасти их всех?

У Квентина было тяжело на сердце, и чувство вины словно рак разъедало его душу.

Хотя радиационный фон создавал сильные помехи, Бладд все же отыскал три жалких поселения. Все говорило за то, что на всей планете проживало не более пятисот человек, перенесших атомную бомбардировку. Пятьсот… из скольких миллионов?