Чтение онлайн

С приходом марта начались дожди, ветры и слякоть. Все с нетерпением ожидали Пасхи и окончания поста. Блейз стал просто ненавистен запах отварной рыбы, и только мысль о, приближении свадеб сестер утешала ее.

Блисс и Блайт решили праздновать свадьбу в один день, таким образом избавив отца от лишних расходов. Поскольку отец Иоанн не нашел в канонах никаких запретов на сей счет, он согласился. Эдмунд предложил близнецам отпраздновать свадьбу в Риверс-Эдже, но Блейз не поддержала его.

— Это очень любезное предложение, милорд, — сказала она, — но вы должны понять: отцу и так пришлось поступиться своей гордостью ради детей, когда он позволил мне выйти замуж без приличного приданого, а затем — вновь смириться, когда вы назначили приданое моим сестрам.

Слуги в Эшби тоже хотят побывать на свадьбах. Мой отец не может второй раз лишить их этого удовольствия. Даже моя милая тщеславная Блисс согласится со мной, Эдмунд.

Он понял, что Блейз права, и лишь подивился, откуда такая мудрость у совсем молодой и неопытной женщины.

В апреле дожди шли непрерывно, дороги развезло, и хотя почву уже пробивали молодые ростки, а на холмах распускались цветы, Блейз пребывала в отчаянии. Свадьба сестер была назначена на последнее число апреля. Что, если к этому времени дожди не прекратятся? День, когда супруги выехали из Риверс-Эджа в Эшби, был довольно ясным. Вода в реке Уай поднялась от талых снегов и дождей. Румфорду и его старшему сыну пришлось изрядно поработать веслами, чтобы лодку не подхватило течением и не унесло.

Побледнев, Блейз нервно прижалась к мужу, пока лодка подскакивала на волнах. Она оставалась бледной и когда они направились дальше верхом, и Эдмунд встревожился» но Блейз слабо рассмеялась.

— Меня просто растрясло в лодке» сэр. А тряска в седле не поправила положения. Но к тому времени, как мы прибудем в Эшби, со мной все будет в порядке, — пообещала она.

Эшби! Впервые за семь месяцев Блейз вновь увидела родной дом, и ее глаза наполнились слезами. Никогда еще он не казался ей таким прекрасным, и как бы она ни любила Риверс-Эдж, Эшби навсегда занял почетное место в ее сердце. К удовольствию Блейз, солнце начало проглядывать сквозь завесу туч — впервые за неделю. Это было доброе предзнаменование для свадеб, назначенных на завтра. Блейз с нетерпением ждала встречи с семьей.

— Вот ты и снова разрумянилась, — заметил эрл.

— Это от возбуждения, — ответила ему Блейз. — Я так рада за Блисс и Блайт! Так хочу, чтобы они были счастливы — как мы с вами, дорогой. Если бы не вы, им никогда не удалось бы найти мужей. Вы самый замечательный человек на свете, Эдмунд Уиндхем!

— Мадам, вы совсем вскружите мне голову, — усмехнулся он, пока они подъезжали к дому.

Все семейство Морганов высыпало из дома, чтобы поприветствовать Блейз и ее супруга. Свиту быстро устроили в людской, а эрла и графиню проводили в зал. Хотя Блейз отказалась от еды, она с жадностью выпила маленький золотой кубок красного вина.

Розмари Морган подметила это зорким материнским взглядом и отвела старшую дочь в сторонку.

— У тебя все в порядке? — без обиняков начала она. — Когда у тебя в последний раз были недомогания? Ты чувствуешь что-нибудь странное? Живот тебя не беспокоит?

— В конце февраля, мама. — Рядом с матерью Блейз вновь почувствовала себя маленькой девочкой, которая провинилась, но не понимала в чем.

— Значит, ты ждешь ребенка, — деловито заключила леди Розмари. — А что в остальном?

— Желудок беспокоит меня чаще, чем обычно, — призналась Блейз. — К концу поста я смотреть не могла на рыбу. Но никаких странных ощущений я не испытываю.

— Для этого еще слишком рано, но ты и в самом деле беременна, — повторила женщина и улыбнулась дочери. — В таких делах, уж поверь мне, я знаю толк — как когда-нибудь узнаешь и ты. Ты уже сказала мужу?

Блейз покачала головой.

— Я не была уверена, и стоило бы мне только заикнуться об этом, Эдмунд не разрешил бы мне приехать сюда. Он еще помнит бедную леди Кэтрин и ее тошноту. Но я ни в чем не похожа на его первую жену, мама. Я сильна и смогу подарить милорду крепких сыновей. Но пропустить свадьбу близнецов я не согласилась бы ни за что на свете!

Леди Розмари нахмурилась.

— Блейз, — произнесла она, — ты — жена Уиндхема, и должна прежде всего заботиться о своей семье, а не о Морганах. Для тебя мы теперь стоим на втором месте, а на первом должен быть человек, имя которого носишь ты и будут носить его дети. Если своей бездумностью ты навредишь ребенку, то никогда себе этого не простишь. — Однако взглянув на встревоженное лицо дочери, она поспешила ее успокоить:

— Надеюсь, с тобой ничего такого не случится, — слишком уж ты похожа на меня. Ты будешь без труда вынашивать детей.

— Когда, по-твоему, должен родиться ребенок?

— Все зависит от того, когда он был зачат, но, судя по всему, ближе к концу года. Бывали случаи, когда я точно знала, когда мы с твоим отцом зачали ребенка, но разбираться в этом я начала далеко не сразу. Это чутье, которое приходит с опытом.

— Ребенок… — тихо прошептала Блейз, и вдруг на глаза у нее навернулись слезы. — О мама, как я счастлива!

Розмари Морган обняла ее.

— Так и есть, Блейз, ибо иметь возможность являть миру новую жизнь — величайший из даров. Помни об этом в будущем, когда вздумаешь позволить своим желаниям пересилить здравый смысл. А теперь давай вернемся к остальным, иначе нас хватятся и, конечно же, что-нибудь заподозрят, — с улыбкой добавила она.

Блисс и Блайт Морган вышли замуж в последний день апреля 1522 года. После долгих недель дождей день с самого утра выдался ясным и солнечным и был таким до вечера.

Отец Иоанн провел церемонию бракосочетания в маленькой церкви святой Хильды в Эшби. Гости пешком прошли расстояние от дома до церкви, к которой вела обсаженная .деревьями аллея. Слуги из Эшби выстроились вдоль нее, . любуясь двумя невестами и весело приветствуя их, пока они проходили мимо, высоко подбирая юбки.

Близнецы нарядились в одинаковые платья из тяжелой серебристой парчи, лифы которых усеивали крохотные жемчужины и густо покрывала вышивка золотой нитью, такая же вышивка виднелась на рукавах и нижних юбках. Их пышные белокурые волосы были распущены, а на головки были приколоты венки из белых роз с золотистыми сердцевинами. Обе невесты несли букетики белых фиалок, перевязанные золотистыми лентами. Сестры отличались лишь одним: стройную шею Блисс украшала нить крупных жемчужин с золотым медальоном в виде сердечка, инкрустированного жемчугом и бриллиантами, а на груди Блайт сверкало ожерелье из жемчуга и гранатов. Ожерелья были преподнесены девушкам их женихами.