Чтение онлайн

– Понял.

– Вот и славно. – Отшвырнув банку в сторону полусгнивших ступенек крыльца, он встал. – Знаешь, Нейв, никогда я этого не понимал. Ведь когда-то вы с ним друзьями были – водой не разольешь. Вместе в футбол играли, и все такое. А потом он словно с цепи сорвался. Что за черная кошка между вами пробежала?

– Люди меняются, – дернув плечом, ответил Нейв.

– Вот как? – Шеп растянул губы в улыбке. – Да, случается. Особенно коли повздорят из-за бабенки.

– Бывает и такое.

Шеп сделал два шага к машине – и вдруг обернулся, словно внезапно что-то вспомнив.

– Еще одна новость, сынок, – сказал он, и тон его был убийственно серьезен.

– Что за новость?

– Говорят, к нам возвращается Шелби Коул. Каким-то чудом Нейву удалось сохранить на лице безразличное, даже скучающее выражение.

– В самом деле, – продолжил Шеп. – Я слышал от сестры. Шелби утром ей позвонила. Так вот, если она здесь появится, я не хочу неприятностей, тебе ясно? Довольно вы с Россом за нее друг другу глотки рвали. Помню, как я вас растаскивал. Неслабо он тебя порезал, верно? В больницу везти пришлось. Но и ты был не промах – сломал ему руку и пару ребер. После этого он и поклялся тебя убить.

– Как видишь, не вышло.

– Пока не вышло, сынок.

Шеп вытащил из заднего кармана носовой платок и старательно вытер пот с лица.

– Так помни, что я сказал, – произнес он, и в углах рта его вдруг прорезались жесткие складки, – мне не нужны неприятности. Я в будущем году собираюсь в шерифы. И не хочу, чтобы мое имя связывали со всяким дерьмом.

– Не понимаю, о чем ты, Шеп.

– Не понимаешь? Вот и молодец. Так и держись.

Он повернулся, собираясь уйти, и Нейв сказал себе, что не спросит, ни за что не будет спрашивать, не станет будить спящих собак, притворится, что ему все равно... но эти слова уже слетели с его губ:

– Зачем возвращается Шелби?

– Хороший вопрос.– Шеп помедлил, задумчиво по-скребывая щетину на подбородке. Рубаха на нем промокла от пота насквозь. – Чертовски хороший вопрос. Я уж подумывал спросить у тебя, но вижу, ты тоже не в курсе.

Он сплюнул под забор длинную вязкую табачную струю.

– Может быть, знает Росс.

Его слова отдались в мозгу Нейва гулким болезненным эхом.

– Правда, странно, что они с Шелби возвращаются в город едва ли не в один день? Ну и совпадение!

«Совпадение, как же!» – подумал Нейв, но на сей раз удержал язык за зубами.

Что за дела в Техасе у Шелби Коул – красивой, избалованной Шелби, единственной дочери Рыжего Джерома Коула, окружного судьи?

На взгляд Нейва, ей здесь делать нечего.

Шелби Коул мчалась по шоссе, до предела выжимая акселератор. За окнами взятого напрокат «Кадиллака» проносились редкие пожухлые кусты, заросли карликового дуба, колючие кактусы. Порой на обочине мелькали останки животных – безвинных жертв дорожного движения: по большей части броненосцы, изредка зайцы.

Шелби возвращалась домой. В городок к западу от Остина с выразительным названием Бэд-Лак [1] . В город, куда поклялась никогда не возвращаться. Верх машины был опущен, и солнце нещадно пекло макушку; ветер трепал светлые с рыжиной пряди, выбившиеся из тяжелого узла на затылке. Но Шелби не замечала ни солнца, ни ветра.

Туфли на каблуках она скинула еще в аэропорту и вела машину босиком, сдвинув брови и не отрывая сумрачного взгляда от дороги. Голос Бетт Мидлер, доносящийся из приемника, едва достигал сознания.

Протестующе взвизгнули шины на повороте, но Шелби только сильнее нажала на газ.

Десять лет она провела в Сиэтле.Жила своей жизнью, о прошлом старалась забыть. И почти добилась своего – город с многозначительным именем перестал являться ей даже в кошмарных снах. А теперь она не могла дождаться, когда вновь ступит на порог столетнего особняка, где прошло ее детство.

Задерживаться в родных краях она не станет. Выполнит свою задачу и уберется. Теперь – уже навсегда.

Вдруг нахлынули воспоминания, так долго запертые в тайниках памяти, – воспоминания из иного мира: любовь в весеннюю грозу, клятвы верности, а потом – потрясение, ужас и нежелание, невозможность поверить в предательство.Шелби тряхнула головой и крепче сжала руль. Она не хотела пускаться в путь по опасным тропам памяти.

Солнце палило нещадно. Шелби достала из бардачка темные очки, а заодно выключила радио. Прежде она любила романтические мелодии, но вкус к романтике тоже остался в прошлом. Быть может, навсегда.

Шелби бросила взгляд на соседнее сиденье, где лежал ее портфель. Из бокового кармана выглядывал уголок коричневого конверта. На конверте – марка Сан-Антонио, внутри – послание из прошлого. Едва бросив взгляд на содержимое конверта, Шелби взяла в своей фирме отпуск, собрала сумку, отправилась в аэропорт Си-Тек и взяла билет на первый же рейс до Остина.

И суток не прошло, а она уже петляет по узким улочкам городка, который первые восемнадцать лет жизни называла своей родиной. Здесь мало что изменилось. Аптека все такая же, и все так же стоит у задней двери покосившаяся скамья. Шелби вспомнила, как когда-то вырезала на сиденье любовное признание. Сохранилось ли оно – сердечко с инициалами, дурацкий символ, нацарапанный наивной девчонкой, простодушное свидетельство любви к тому, кто потом разбил ей сердце?

– Дура! – пробормотала Шелби и затормозила у перекрестка, пропуская беременную женщину с хнычущим ребенком в коляске.

От мостовой поднимались волны жара: похоже, вот-вот начнет плавиться асфальт. Господи, она уже и забыла, как здесь жарко. Капли пота щекотали кожу под волосами, густой вязкий воздух, казалось, застревал в легких. Шелковая блузка и юбка цвета хаки промокли насквозь. Надо бы поднять эту чертову крышу, закрыть окна, включить кондиционер. Но Шелби не желала щадить себя. Перед тем, как навсегда покинуть родные места, ей хотелось запомнить Бэд-Лак, штат Техас, таким, какой он есть.

Этот город вполне оправдывал свое название. Удача обходила местных жителей стороной. Многие покидали родные места в поисках лучшей доли, а те, кто оставались, по большей части влачили жалкое существование. Процветали здесь немногие – и в том числе ее отец.