Чтение онлайн

— Привет, Тони. Я слышал, тебя только что выпустили из федеральной тюрьмы.

Диджордже прерывисто вздохнул и расслабился, а Виктор Поппи, нервно улыбнувшись, бросил на своего босса быстрый взгляд. Маленький человечек не сводил с Болана наполненных ужасом круглых глаз.

— Привет, Фр… — его голос сломался. Он задохнулся, закашлялся, прочистил горло и смахнул рукой навернувшиеся на глаза слезы.

Человечек слегка постучал себя по груди, стесненно улыбнулся и опустился в кресло.

— Вы знакомы? — спросил Диджордже, прикидываясь удивленным.

— Люди меняются, — негромко сказал Болан. — Когда-то Тони держал в кулаке половину квартала. Да… люди меняются.

— Да, но ты, должно быть, не сильно изменился, Фрэнки, — заметил Мараско. — Ты же здоров, как жеребец.

Болан заметил в глазах Диджордже упрек, когда тот взглянул на Мараско. Он улыбнулся.

— Нет, я тоже изменился. Вот, например, сегодня. Посмотри на меня — я выдохся, готов. А что я сделал? Небольшую, несложную работенку. Пять лет тому назад я мог пришить шестерых человек, как сегодня, а потом, вернувшись домой, трахнуть столько же хорошеньких девчонок. Теперь же меня и на одну едва хватает.

Мараско шумно расхохотался. Диджордже метнул в него мрачный взгляд, и тот тут же умолк.

— Я слышал об этом, Фрэнки, — нарушил молчание Виктор Поппи. — Все говорят, что…

— Заткнись! — рявкнул Диджордже.

Нахальная самоуверенность Болана произвела должный эффект на осведомителя Диджордже. Человечек растерянно смотрел на него и нервно ломал руки.

— Рад снова тебя видеть, Фрэнки, — пролепетал он.

— Минутку! Минутку! — воскликнул Диджордже.

Он осуждающе ткнул в Тони Авина свой указующий перст.

— Не прошло еще десяти минут, как ты говорил мне, что Фрэнк Ламбретта ушел на войну и был убит во Вьетнаме! А это как понимать? — и он махнул рукой в сторону Болана.

— Не знаю, мистер Диджордже, — дрожа всем телом, ответил Авина.

— Оставь его в покое, Дидж, — мягко посоветовал Болан. — Разве ты не видишь, что он болен?

— Кто позволил тебе приказывать мне? — взорвался Диджордже. — Ты за кого себя принимаешь, Фрэнки Счастливчик — Ложная Задница?

— А ты, ты за кого меня принимаешь?

Диджордже уставился на Болана, охваченный приступом немой ярости. С того самого момента, когда Фрэнки Счастливчик пересек порог кабинета, каждое его движение, каждое слово и каждый жест заводили капо еще больше. А теперь! Разговаривать в подобном тоне, словно он ровня ему, словно вернулся тот день, когда он и Андреа… Диджордже почувствовал, будто у него в желудке образовался ледяной ком, мешающий думать и наполняющий душу неприятным ощущением, которое он уже давно забыл — страхом. Усилием воли капо стряхнул с себя оцепенение, к нему постепенно возвращалось самообладание.

— О'кей. Ты задал вопрос, приятель. Постарайся дать на него ответ.

Болан посмотрел на Тони Авина.

— Ответь ему, Тони. Скажи мистеру Джулиано Диджордже, кто я. Скажи ему все, как есть.

— Ну… я не знаю, кто ты, Фрэнки, — растерянно пробормотал Авина.

Болан разразился диким хохотом. За ним Фил Мараско и Виктор Поппи. У Диджордже задрожал подбородок, но он засмеялся вместе со всеми. Болан поднялся и, держась одной рукой за живот, а другой колотя по стене, зашелся в истерическом, впрочем, вполне натуральном хохоте.

— О, черт! — простонал он, захлебываясь от смеха. — И я тоже! Я сам не знаю, кто я!

Он снова рухнул в кресло, держась обеими руками за живот и переводя дух.

— Уберите отсюда этого сраного осведомителя! — выдавил из себя между приступами хохота Диджордже. — Еще через минуту и я не буду знать, кто я есть!

К Мараско внезапно вернулось серьезное нестроение.

— Минутку, Дидж. Думаю пришла пора открыть карты. После стольких лет, проведенных вместе, я должен тебе это сказать.

— Что именно?

— Можно, Фрэнки? — спросил Мараско у Болана.

Еще посмеиваясь, тот кивнул в знак согласия.

— Дидж, это по поводу Фрэнки Счастливчика. Он член семьи.

Веселье Диджордже моментально улетучилось, и он резко, всем корпусом, повернулся к Мараско.

— Какой семьи?

— Витторини, — спокойно ответил за него Болан.

Смех словно ножом обрезало. Кабинет заполнила густая, вязкая, как смола, тишина. Стало отчетливо слышно торопливое тиканье больших настенных часов. Диджордже обернулся, чтобы посмотреть на «золотого мальчонку» Фрэнки, чьим крестным отцом он хотел стать, чтобы в один прекрасный день передать ему всю власть и могущество.

— Что-то я ничего не понимаю, — произнес он низким голосом.

— Я член семьи Витторини, — терпеливо, как малому дитяти, повторил Болан.

— Это человек Пата и Майка, — добавил Мараско.

От неожиданности у Диджордже отвисла челюсть. Он молча переводил взгляд с Болана на Мараско, затем снова на Болана.

— Что происходит, — наконец, выдавил он. — Объясни мне, что здесь происходит, Фил Мараско.

— Ты это сам хорошо знаешь, Дидж, — ответил за него Болан.

— Нет, не знаю.

Диджордже поднялся и осторожно пошел к своему столу.

— Ну-ка, Фил, — произнес Болан и повел подбородком в сторону стола.

Мараско первым оказался там и оперся о столешницу. Его рука скользнула в карман пиджака и осталась там.

— Вы что, с ума посходили? В чем дело? — дрогнувшим голосом спросил Диджордже.

— Может, мне вывести Диджа подышать свежим воздухом, а, Фрэнки? — обратился к Болану Мараско.

— Думаю, это пойдет ему на пользу, — Болан еще глубже утонул в кресле. — Да, ему нужен свежий воздух, Фил.