Боевое братство
Шрифт:
— Лучше позже.
— Что тебя грызет?
— Спасибо, хоть не спрашиваешь, почему я бросаюсь на помощь Хоффману.
— А мне и не надо об этом спрашивать. Но я хочу знать, чем тебя так задели слова Бэрда.
— Как тебе хватает дыхания болтать на ходу?
— Хватает. Я в хорошей форме. И не увиливай от ответа.
Некоторое время Маркус бежал молча. Дом слышал только ритмичный стук тяжелых армейских ботинок; на пустынных улицах эхо их шагов звучало как звон заклепок в жестяной банке.
— Ну ладно, — наконец заговорил Маркус. — В прошлом я проявил нерешительность, и это стоило жизни нескольким парням. Больше я не допускаю никаких колебаний.
В характере Маркуса не было ни капли нерешительности. Едва ли на его совести лежит такой серьезный проступок… Дом мысленно отметил этот факт, чтобы остановиться на нем позднее. Но что бы это ни было, воспоминания до сих пор жгли Маркуса.
Они были уже в паре кварталов от ротонды. Бродяги снова появились на улице и собрались на углу, под тусклым уличным фонарем. Завидев бегущих Маркуса и Дома, они тотчас скрылись за дверью здания. Появление солдат для них означало, что где-то поблизости вышла Саранча.
— Ладно, только хочу, чтобы ты знал: я ноги стер, пытаясь вытащить тебя оттуда. Я о тебе не забывал ни на минуту.
— Ты думаешь, мне это неизвестно?
— Я приставал к каждому, кто соглашался выслушать мои просьбы: к министрам, офицерам и прочим. Я даже попытался найти какого-нибудь бандита, чтобы организовать твой побег. — Дом даже продал свою Звезду Эмбри, и после Дня Прорыва в Хасинто находились коллекционеры, стремившиеся завладеть медалью.
Награда ничего не значила для него, когда лучший друг попал в беду. — А ты получал мои письма?
— Одно или два.
— Я писал каждую неделю.
— Я знал, что ты так и сделаешь.
— Проклятие… — Дом на время забыл про червей. Он мог думать лишь о том, что Маркус был заперт с мерзавцами, на которых жалко даже плевка, и при этом не получал никаких известий. У него защемило сердце. — Мне очень жаль.
— Ты вытащил меня оттуда. Не переживай. — Маркус замедлил бег, чтобы проверить направление. Ориентироваться в городе стало труднее, поскольку улицы выглядели совсем не так, как с высоты БТРа. — Я знал, что ты не отступишься.
Дом осознал, что вновь испытывает давние чувства. Когда погиб Карлос, он словно прирос к Марии и детям; он боялся оставить их даже на пару часов. Потребовалось не меньше года, чтобы преодолеть панический страх. Когда Маркуса бросили в тюрьму, Дом как будто вновь потерял старшего брата. И теперь он был не намерен разлучаться с Маркусом, чего бы это ему ни стоило.
"Если бы я остался с Карлосом…"
Дом тысячи раз вспоминал немногие известные ему детали смерти брата и рисовал себе эту страшную сцену. Он знал. Он все рассчитал. Если бы они были вместе, все трое, все закончилось бы по-другому.
Да, он понимал, почему Маркус бросился на помощь Хоффману и Калисо. Он все прекрасно понимал.
Глава 15
Людей убивают не ружья и бомбы. Людей, причем в огромных количествах, убивают умнейшие из ученых, которые разрабатывают все более совершенные орудия уничтожения. Ни один из моих самых опытных бойцов не смог бы сделать ничего более опасного, чем клинок или лук. Так что прошу меня извинить, но мне претит, когда солдат называют «детоубийцами», а ваши образованные коллеги получают научные гранты. И это еще до того, как вы начнете изобретать какую-нибудь новую дрянь, которую не сможете удержать под контролем.
МЫС АСФО, ШЕСТНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД.
СПУСТЯ ПОЛЧАСА ПОСЛЕ НАЧАЛА ОПЕРАЦИИ
— Теперь я вижу два вражеских пулемета на одной линии с воротами, — сообщил Бенджафилд. — Там еще человек шесть, но мне их не видно. Чо, у тебя что-нибудь есть?
— Трое обходят здание с тыла. Идти за ними?
В разговор вмешался Хоффман:
— Оставайся на месте, Чо, охраняй лодки. Морган, Бай Так, зайдите с тыла и разберитесь с ними. Чо, Бенджафилд, будьте наготове. В случае необходимости будете вывозить пленников. Боты запрограммированы на возвращение к вам. Все, что нам здесь нужно, — это информация и ключевые фигуры персонала.
Дом присел на корточки у входа в главное здание и выслушал сообщение Бенджафилда о наблюдениях, сделанных из укрытия в прибрежной траве. В черно-зеленом мире ночного видения Дом заметил Хоффмана и двоих песангов справа, у двери в жилой комплекс. Все остальные оставались для него бестелесными голосами в наушнике, хотя Дом и пытался определить их положение на мысленной трехмерной карте.
Первый обмен выстрелами оказался очень коротким: контратакующий отряд внезапно передумал штурмовать здание. После чего вновь воцарилась тишина.
Вероятно, отряд инди понял, что численный перевес не на их стороне. Но солдаты редко обращали внимание на подобные мелочи. И, кроме того, с севера подошла еще одна группа. Так почему же десантники- инди отступили?
Сейчас стрельба доносилась только с одной стороны — сзади, где простиралась болотистая долина Асфо. С позиции Дома не было видно горизонта, но он знал, что там мелькают вспышки. И подумал о своем вспыльчивом брате.
"Карлос, не забывай, чему тебя учили. Слушай Маркуса".
— Они не могут не знать, что у нас есть заложники, весьма важные особы, — сказал Хоффман. — И не хотят рисковать их жизнями. Это наш козырь.
Тимьо находился в общей комнате в передней части здания и следил, чтобы пленники вели себя тихо. Конечно, без них было бы гораздо легче, но теперь эти люди стали полезным прикрытием. Простые и ясные правила вторжения на этой самой унылой из всех унылых территорий постепенно рассыпались. Приходится выбирать: отпустить этих перепуганных штатских, пока не сработали заложенные заряды и не началась бомбардировка, или не отпускать их, что тоже грозило неприятными последствиями.