Чтение онлайн

– Ну да. Может, и могу.

– Точно можешь.

– Ладно, могу так могу.

– Может, все-таки скажешь, как тебя зовут?

– Анджела, допустим.

– Красивое имя.

– А Джимми – так себе. У меня был хомячок по имени Джимми. Моя мать зашибла его шваброй.

– Знаю, паршивое имечко. А что, я похож на того хомяка?

– Немного.

Он улыбнулся.

– Давай понесу твою сумку, Энджи.

– Давай.

Он взял ее груз на себя, и они пошли к «форду».

– Я тебя подвезу. Где ты живешь?

Она задумалась на мгновение.

– В дыре какой-то, – последовал ответ, и в нем звучала горькая правда.

Поначалу он стал просто компанией, с ним было приятно проводить время после школы. Но с каждым днем, оставляя его и проходя очередной осмотр у матери, она все нетерпеливее ждала ночных часов, когда он являлся под ее окно. Он шмыгал в аллею, скребся в стекло, и они болтали – порой до рассвета. Болтали – только и всего. Она даже не снимала противомоскитную сетку.

Джимми никогда не распускал руки. Просто говорил, что любит ее и хочет на ней жениться.

– Хорошая идея, – говорила она ему, – но у тебя даже работы нет. На что мы будем жить?

– Да, проблемка, – признавал он.

Вскоре Джимми бросил школу и устроился на работу уборщиком в Гэлвистонский суд. Платили там немного, но хоть что-то.

Каждую неделю он привозил ей деньги, и теперь она снимала сетку с окна, брала его подношения и подавалась вперед – для поцелуя.

Жизнь мало-помалу налаживалась, но расслабляться не следовало, ибо вскоре тихой сапой явилось Разочарование Номер Один. Да, их вполне можно было считать, эти самые разочарования, и даже предугадывать. Жизнь вроде бы хороша? Фьюйть – ловите первый шлепок дерьма в свое окошко.

Жизнь хочет круто измениться? Жди целый дождь неурядиц на свою мелкую пуэрто-риканскую головешку, Анджела.

В этот раз все случилось ровно так же.

Итак, неурядица первая – и, как водится, первая в целой череде – поразила, как метко брошенный камень, самую вершину ее мечты.

Джимми обзавелся дружками и вдруг возомнил себя дико крутым парнем. Его визиты стали более редкими, а когда они все же встречались, он говорил:

– Я не уверен, что хочу жениться. Откуда мне знать, насколько ты хороша?

Некоторое время она пропускала это мимо ушей, но однажды ночью, когда он завел ту же шарманку, не утерпела и спросила:

– Что случилось с моим славным Джимми?

Ее слова, похоже, слегка отрезвили его, но в ответ он бросил:

– Это я виноват. Слишком долго был с тобой душкой. Чего мне это стоит?

– После того, как мы поженимся, увидишь.

– После того, после сего – все, что я от тебя слышу. Я уже не так хорошо дышу в сторону нашей женитьбы. Вдруг получу кота в мешке? Если понимаешь, о чем я.

– Да что с тобой? Ты так… изменился.

– Просто кое-что узнал о женщинах.

– От своих дружков?

– Да, они научили меня кой-чему. Классные ребята, что ни говори.

– Научили тому, как надо обращаться с женщинами?

– Вроде того.

– Ты же любишь меня, разве не так, Джимми?

– Да, наверное… Я просто не уверен, что хочу жениться, прежде чем не сниму пробу. Понимаешь, о чем я?

– Конечно, зачем покупать корову, если можно надоить молока за просто так?

– Это ты к чему?

– А ты сам подумай.

– Не пытайся поменяться со мной ролями, Анджела.

– А я и не пытаюсь, придурок, я меняюсь. Такой Джимми мне не нужен. Своих чудо-дружков можешь взять одним большим скопом и запихнуть себе в задницу, усек?

– Эй, ты чего кричишь? Твоя мать услышит!

– Тебе что с того? Сейчас верну тебе твои вонючие деньги.

– Погоди, зачем? Мы же поженимся…

– Кто это «мы»? Ты ведь просто хочешь снять пробу. – Она отошла от окна.

– Погоди, Энджи, прости меня. Правда, извини.

– Ты всерьез просишь прощения? – сказала она, не оборачиваясь.

– Да… да, прошу.

– Уверен?

– Ну да.

– Просто решил повыпендриваться?

В ответ тишина.

– Признай это, Джимми.

Тишина.

– Ладно, я несу твои деньги.

– Давай-давай. – И чуть тише: – Я просто выпендривался…

– А можно погромче?

– Я все сказал. С меня достаточно.

– Значит, хочешь свои денежки назад?

– Давай, неси чертов навар. Он мой по праву.

– Как скажешь. – Она зашагала к комоду.

Но он снова воззвал к ней через окно – почти шепотом:

– Прости меня.

Анджела обернулась.

– Это ветерок играется или ты что-то бормочешь?

– Прости меня, – повторил он.

– Ты всерьез, Джимми?

– Бога ради, чего ты от меня хочешь?

– Хочу, чтобы прежний Джимми вернулся ко мне. Без крутых нравов и дружков. Тот самый Джимми, который плачет над киношками, если они грустные.

– Черт побери, я никогда не плакал над киношками!

Она улыбнулась.

– Я следила за тобой. Это здорово – быть хорошим.

На миг повисла тишина, затем он заговорил:

– Извини. Мне правда жаль. Эти ребята… они сказали, что ты мной крутишь. Что я слишком часто навещаю тебя. Говорят, я размазня.

– Кто угодно, но не ты.

– Ты это знаешь, а они – нет!

Она прошла через комнату и сложила руки на подоконнике. Джимми протянул к ней руки и нежно сжал ее локотки. Тихо и застенчиво произнес: