Чтение онлайн

На столе Виктора лежала распечатка. Та самая, которую Кьюсак уже видел, «Рыночная волатильность привязана к тестостерону». Сейчас в статье было столько пометок флюоресцентно-желтым маркером, что сквозь них едва просвечивала белая бумага.

«Отлично. Моя премия улетучивается. А Виктор погружен в какие-то таинственные изыскания».

Кьюсак прикрыл дверь своего кабинета и набрал номер Дэрила Ламоники, начинавшийся с 646. Послышался гудок. Интересно, что делать, если ему ответит легенда «Рейдеров».

Не тут-то было. Ему ответил жестяной и механический голос, ничуть не похожий на описание Эми. «Пожалуйста», пауза, «оставьте», пауза, «сообщение». Гудок.

Кьюсаку захотелось сказать: «Дэрил, это Том Брэди [35] . Ты козел». Но он предпочел не разжигать обстановку и произнес: «Это Джимми Кьюсак. Насколько я понял, у вас есть какие-то вопросы о Димитрисе Георгиу. Перезвоните мне».

Затем Кьюсак набрал Гика.

– Ты не меняешь работу?

– Сейчас у нас ассиметричные переменные факторы.

– Просто ответь на вопрос.

– Перед выплатой годовой премии? – прогусавил Гик. – Ты спятил?

– Какой-то парень звонил Эми домой. Он занимается проверкой твоей биографии.

– Да ты смеешься!

– Я говорю, – продолжал Кьюсак, – что какой-то человек задавал о тебе разные вопросы.

– Какого плана?

– Сколько мы тебя знаем. Встречаемся ли мы. В таком роде.

Гик замолчал. Кьюсак едва ли не слышал, как его друг моргает за своими круглыми очками, склеивая кусочки вместе и соображая, что сказать. Спустя несколько секунд – молчание уже становилось неловким – Гик спросил:

– Может, кто-то изучает тебя?

– С чего ты взял?

– Формулировки вопросов. Возможно, парень выясняет подробности о тебе и Эми.

На этот раз замолчал Кьюсак.

– Эми сказала, он был «навязчивым».

– Еще что-нибудь странное?

– Ага. Он назвался Дэрилом Ламоникой.

– А кто это?

– У тебя есть пара минут?

Гик закончил разговор с Кьюсаком и уставился на Лонг-Айленд, видневшийся из окна его офиса на Пароходной дороге. Сегодня вода была спокойной, легкие волны покачивали стоящие на якоре яхты. Резкий контраст с тем, как себя чувствовал Гик.

Димитрис Георгиу не принадлежал к числу нерешительных. Или вспыльчивых. Но сейчас он пришел в ярость и начал набирать 974, код Катара.

Он дозвонился до офиса своего главного инвестора, шейха Фахада бин Талифы, с первого раза.

– Кто-то наводит обо мне справки. И мне это не нравится.

– Димитрис, о чем вы говорите?

– Некто по имени Дэрил Ламоника позвонил жене Джимми Кьюсака и завалил ее вопросами обо мне.

– Димитрис, помедленнее. Кто такой Джимми Кьюсак? – спросил катарец.

– Мой друг из «ЛиУэлл Кэпитал».

– Хорошо. А кто такой Дэрил Ламоника?

– Фальшивка, – сообщил Гик. – Своего рода сигнал.

– Я все еще не понимаю, в чем проблема.

– Кто-то идет за нами, и они предупреждают моего друга.

Сейчас Гик в несвойственной ему манере изъяснялся нормальными словами.

– Это бессмысленно. Ламоника звонит жене сотрудика. Почему бы не предупредить учредителя «ЛиУэлл Кэпитал»? Ведь проблема у Лизера.

– Может, у Кьюсака есть какой-то друг. Не представляю.

– Но к чему предупреждать сотрудника? – настаивал катарец.

– Не знаю. Мне все равно. Я попал под перекрестный огонь вместе с другом. И мне это не нравится.

– Это не мое дело, – ответил катарец. – Я рискую деньгами. И еще есть банкиры.

– «Не мое дело»! И это все, что вы можете сказать?

– Нет, Димитрис, не все. Наша ближайшая возможность изъятия денег – 30 сентября. Вот теперь все.

Угроза остановила Гика. Изъятие средств инвестора уничтожило «Кьюсак Кэпитал». Один телефонный звонок шейха мог сделать то же самое с компанией Гика и с ним самим. Какое-то время оба мужчины молчали.

– Вы знаете, что нам нужно, – наконец произнес катарец. – Поспешите и добейтесь этого.

Потом он отключился, оставив Гика размышлять о правилах игры, в которых институтская теория уступает занесенному кастету.

В 8.30 Джимми Кьюсак, обеспокоенный предположением Гика, кипел от злости и не мог заставить себя приняться за работу. Чем дольше он думал о таинственном телефонном звонке, тем сильнее подозревал Шэннона.

«У Дэрила очень низкий голос». Описание Эми подходило главе безопасности «ЛиУэлл Кэпитал» – мрачным, следящим, вечно нахмуренным бицепсам. Шэннон говорил редко, но когда открывал рот, его голос походил на басовую скрипку. Однако самым неприятным был заданный Гиком вопрос: «Может, кто-то изучает тебя?»

«Неужели опять Сай?»

«Джимми, выходи на мяч». Футбольный тренер в Колумбийском все время кричал эти четыре слова. И в них по-прежнему был смысл. Кьюсак схватил лэптоп и направился к кабинету Лизера. Он вооружен мобильником, кривой улыбкой и род-айлендским шансом. Ему нужны ответы.

Кто звонил Эми и зачем?

Сай, сидя в окружении потусторонней живописи, капризов художественной фантазии, изучал желтый график на тридцатидюймовом мониторе. Линия по форме походила на заброшенную удочку. Она по дуге шла вверх, достигала пика, а потом неуклонно опускалась, все ниже и ниже, будто в поисках песчаного дня. Этой удочкой была цена акций «Бентвинга» – она почти не изменилась, хотя Виктор «сдал грузовик назад» и каждый день покупал все больше «Бентвинга».

Лизер откинулся на спинку кресла, сцепил руки за головой и пробормотал:

– Это отстой.

Кьюсак помешкал перед дверью, надеясь, что Сай заметит его появление. Однако Лизер сосредоточенно смотрел в монитор. Никки, высунувшись из-за своих папок, просигналила Джимми постучать.

– Отстой, – повторил Лизер, расцепив руки и наклонившись вперед.

– У вас есть минутка?

Кьюсак постучал по двери, застав своего босса врасплох. Лизер не вздрогнул, но человек, который только что бормотал себе под нос «это отстой», не мог не удивиться.