Чтение онлайн

– Что же вы, Граф? – подлила я в огонь керосина. – Игра есть игра. Вам брошен вызов.

– Вызов принят! – ответил Граф, кивнув двум своим охранникам.

Те мгновенно оказались рядом с Сергеем. Действовали они на редкость стремительно и слаженно. Первый провел удар в голову, второй готов был подсечь ноги Хмурого, чтобы окончательно свалить десантника. Однако кулачище первого прошел над самыми волосами подполковника, тот даже не уклонился, а будто бы небрежным движением кивнул головой и одновременно столь же небрежно ударил (скорее – ткнул) противника ребром стопы в голень. Тот взвыл и, потеряв равновесие, рухнул на ковер. Второго Хмурый смазал открытой ладонью по подбородку. Голова противника дернулась, точно тряпочный мячик на резинке, но на ногах он удержался. Вместо того чтобы атаковать, Хмурый отступил на полтора шага, сделал какое-то неловкое движение, как бы провоцируя противника на атаку. Тот не заставил себя долго ждать, рванул вперед и тут же нарвался на удар правым локтем в челюсть. Завершив дело нокаутом, Хмурый повернулся к первому, но тот и не думал подниматься, в знак прекращения боя постучал ладонью по полу.

– Ну, Саня, теперь ты? – Хмурый стоял в боевой стойке, характерной для тайского бокса – вес тела перенесен на правую ногу, отставленную назад, левая болтается почти невесомой, руки прикрывают голову и корпус.

При этом локти выставлены особым образом, так что их в любой момент можно использовать для ударов. При этом он назвал Графа Саней... Еще бы Шуриком назвал!

– Эй, господа хорошие, по-моему, достаточно! – подала голос Ольга.

Гладиаторские бои явно не были ее страстью.

– Чего хочет женщина, того хочет бог! – сумел, не теряя достоинства, выкрутиться Саня-Граф. – Согласен, подполковник?

– Пусть так, – согласился, чуть помолчав, Сергей.

Выйдя из тайской стойки, он вернулся на свое место.

– По условиям игры победитель имеет право на дополнительный ход, – проговорил вполне миролюбивым тоном Граф. – Поэтому я отвечу на ваш вопрос относительно Павла Шорникова.

С этими словами Граф дал знак одному из подчиненных, и тот включил экран телевизора. На нем тут же возникла запись утренних новостей, которую мы не видели, поскольку были в дороге. На экране возник не кто иной, как майор Кириков, он же Пограничник. Дикторский голос за кадром пояснил:

– Итак, перед нами генерал-майор Дмитрий Кириков, руководитель специальной службы по борьбе с терроризмом и оргпреступностью!

Надо же! Бывший майор скакнул сразу на несколько ступеней вверх! Не Губанова, а именно его поставили командовать спецслужбой.

– Дмитрий Иванович, за последние несколько дней по столице стали гулять слухи. Пропадают люди, взрываются машины. Вы можете успокоить москвичей? – спросил остающийся за кадром ведущий.

– Могу успокоить, – ответил новоиспеченный генерал.

При этом вид у Кирикова был заметно обескураженный. Не привык еще недавний замначальника заставы к генеральским почестям.

– Люди никуда не пропадают, – с подчеркнутой уверенностью продолжал Дмитрий Иванович. – Просто сейчас в моде некоторые экстремальные развлечения. Одним словом, люди, устающие сидеть в офисах, устраивают в городе что-то типа маневров...

– Играют в сыщиков и воров? Или что-то вроде игры «Зарница», которая была популярна в нашем с вами детстве?

– Да, пожалуй. Вроде «Зарницы». Стреляют друг в друга краской. Эдакий городской пейнтбол. Тот, кто оказывается «убитым», на некоторое время исчезает, таковы правила. Мне лично такое развлечение не кажется полезным, но никаких нарушений закона нет. Вчера вечером мы сумели связаться со всеми «пропавшими».

– Что ж, если человек целыми днями просиживает в офисе, то можно понять его тягу к подобному времяпрепровождению. А что вы скажете про взрыв машины вашего бывшего начальника генерала Прохорова и перестрелку в Управлении милиции восточного округа?

– Никакой перестрелки не было, – категорически возразил Кириков. – Просто милицией была задержана пьяная женщина, которая вела себя слишком буйно. Один из милиционеров при ее усмирении выстрелил в воздух. Ну а относительно погибшего Прохорова... Есть мнение экспертов, что машину никто не минировал. В руках у генерала разорвалось некое взрывное устройство. Вот где он его взял и почему вез в машине, мы сейчас выясняем...

Ну вот, как говорится – тишь, гладь, божья благодать. Офисные менеджеры стреляют друг в друга краской из пистолетиков, генерал Прохоров взорвал сам себя. Пограничник Кириков возглавил спецслужбу. Очень мило!

Между тем Граф поставил другую запись. На экране появилась знакомая мне по фотографиям физиономия Павла Шорникова. Волосы у него, в отличие от брата, были довольно редкие, физиономия потолще и поулыбчивей.

– Привет всем! – улыбнулся Павел Владимирович, запечетленный на фоне лесистой местности. – Я жив и здоров, в ближайшее время вернусь. Вот, смотрите! – с этими словами он продемонстрировал крупным планом столичную газету за сегодняшнее число.

Тем самым дал понять, что в данную минуту цел и невредим, газета никак не могла выйти раньше.

– Всего доброго, до встречи! – попрощался с нами Павел, и экран погас.

Сергей поморщился, но ничего не произнес. Видимо, ему, как и мне, показалось, что человек, которого нам сейчас демонстрировали, улыбался как-то странно, натянуто. И взгляд был пустой, такой обычно бывает у наркоманов или людей, обколотых сильнодействующими психотропными средствами.

– Вопросы имеются? – поинтересовался Александр Александрович.

Мы все трое находились в ступоре. Как все аккуратно встало на свои места. А ведь в Ольгу и в подполковника собирались стрелять не шариками с краской. И было это совсем недавно...

– Так это все... продолжение игры?! – первой подала голос Ольга.

Блондинка она и есть блондинка. Первая догадалась, можно поаплодировать!

– Ну конечно, Ольга Леонидовна! – обрадованно поддержал ее Граф. – Вы с честью выдержали испытание и переходите на следующий уровень нашей игры. Признайтесь, деньги вы мне заплатили не впустую?

Надо же, следующий уровень! Точно в компьютерном экшене. Только за компьютером блондинкам сидеть скучно, да и задница от постоянного сидения быстро растет. Тут же другое дело.

– Да, все было точно по-настоящему, – переводя взгляд то на меня, то на Сергея, произнесла Ольга.

Кажется, она сама не верила собственным словам. Отказывалась верить, но произносила их. Выходит, Граф оказался мастером убеждения. За все время нашего общения он ни разу не снял темных очков, на зрительный контакт не шел, тем не менее, несомненно, обладал гипнотическим даром. Ольга произносила свои фразы так, будто за нее их говорил кто-то другой, а она лишь механически повторяла. При этом у нее снова появился финский акцент.