Шрифт:
Пролог
Начинались долгожданные каникулы – завтра первый день лета. Ничего, как говорится, не предвещало беды. Звонок в дверь. Открывает муж- ему ближе, он сидит в зале. Я сижу на кухне, пью чай.
Слышится голос младшего сына:
–Родители, мне нужно в больницу!
В голове проносится мысль, что кто-то из его друзей оказался в больнице и их нужно навестить. Мои дети эмпатичны – они умеют сострадать другим. Это был миг. Прерывает этот миг вопль мужа:
–Мать, иди сюда! Тебя избили? Кто избил? – расспрашивает он сына. Я вылетаю пулей из кухни.
–Потом расскажу. Мама, я потерял зубы! – кое-как выдавил он из себя. У сына сквозь пальцы льётся кровь, всей его модной худи совсем худо – вся в крови.
Боже! Боже!!! Так, без паники! Я все свои эмоции закидываю в бункер души- сейчас я просто как солдат, идущий на бой, как пожарный, тушащий пятибалльный пожар. Без эмоции, они здесь не помощники!
Наверное, я со стороны смотрюсь так, словно такое происходит каждый день все 15 лет жизни младшего сына.
–Что случилось?
– спрашиваю я сына в свою очередь.
–Мам, я расскажу потом!
– цедит он сквозь зубы.
Ну ладно. Значит, расскажет потом. Дети мне доверяют – знают, я их не ругаю за ошибки, ругаюсь очень редко и только по делу. Стараюсь не допускать недочеты своих родителей в отношениях с детьми. Помню, о каких отношениях с мамой я мечтала, и смело воплощаю их в жизнь. Я – мама своей мечты, да и, наверное, мечты многих подростков, чем в душе очень горжусь.
–Где они, твои зубы? Их можно спасти, если вовремя вставить обратно- так говорят стоматологи.
–Я их выплюнул.
–Не переживай, пойдем, найдем и обратимся к Уралу.
Урал- мой одноклассник, успешный стоматолог, имеющий свою небольшую клинику.
–Не переживай, пойдем, найдем и обратимся к Уралу, – сказала я и повела сына туда, где он выплюнул свои зубы, белизной которых очень гордился и тщательно за ними ухаживал.
И так идём за зубами. Лестницы подъезда залиты кровью, как будто тут происходила массовая драка. Боже, как же соседи напугаются!
Мы спускаемся ниже нашего двора по лестнице. Дело в том, что Уфа- город на семи холмах. И наш дом расположен на одном из них. Крыша подземного гаража соседнего дома находится уровнем ниже нашего двора, при этом находится на уровне второго этажа дома напротив. Надеюсь, смогла объяснить.
И так, спустившись вниз, находим лужу крови, которую выплюнул мой сын. Поковырялись и ничего не нашли. Нет зубов.
–Что случилось-то в итоге?
– спрашиваю сына.
–Я упал вон оттуда, – он мне показывает крышу гаража, который водрузился над нами, словно грозная няня из детсада.
Меня чуть не хватает удар! Он упал примерно с шестиметровой высоты на асфальт, встал, пошёл домой в состоянии болевого шока. А если перелом позвоночника?!
Ждать «скорую» нет времени. Благо я в куртке и в кармане ключи от машины. Завожу и отправляю друга сына за телефоном к нам домой. Время нынче такое- без сотовой связи ты себя чувствуешь выкинутым за пределы Земной орбиты, за пределы жизни в целом. В телефоне вся жизнь: счета, друзья, враги, работа. Вся жизнь- своя и чужая. Чужая в социальных сетях. Знаем кто с кем и где, что одел, что поел, с кем расстался, кого полюбил, сколько заработал и что потерял. Мы следим за чужой жизнью с наибольшим интересом, забывая о своей, что она, чёрт возьми, проходит безвозвратно и, пока мы наблюдаем за другими, в свою жизнь не приносим ничего ценного, мы обмениваем своё время, подглядывая в щель в заборе. Тем не менее, я посылаю за телефоном- нужно быть на связи с семьёй, чтобы их держать в курсе, что у нас всё хо-ро-шо.
Сын всю дорогу просит меня его успокоить. Я ведь сама не в курсе, что у него, какие там у него зубы повылетали от удара оземь. Конечно, я нахожу массу положительного в данной ситуации. Я всегда так делаю и вам советую. Так жить намного интереснее и приятнее, и меньше стресса. Что толку искать негативного в том, что уже случилось? Это равноценно сыпать соль в собственную рану. А когда ты ищешь хорошее даже в очень неприятной ситуации, ты доверяешь Богу, понимаешь, что это наименьшее из зол; что видимо, так нужно было Всевышнему.
Я начинаю перечислять сыну все приятности этой неприятности.
Слава Богу, целы и невредимы обе ноги, а это важно ходить на двух ногах, чем лежать с аппаратом Илизарова или, в лучшем случае, ковылять на малые расстояния по дому на костылях. Целы и невредимы оба глаза и продолжают мир видеть во всех красках. Наверное, у рожденного слепым дела обстоят намного лучше, чем у того, кто лишился зрения, однажды увидев мир. У рожденного слепым не с чем сравнивать своё положение, он изначально не видел, а для лишенного зрения, прожив некоторое время зрячим, потерять зрение – это большая трагедия. Нас Бог и здесь миловал. Самое важное цел и невредим позвоночник. О том, какие трудности ждут парализованного, описывать не нужно.
Сын начал успокаиваться. Мы доехали до травмпункта. Заходим в здание и я без очереди веду в кабинет сына, со рта которого всё это время безостановочно хлыщет кровь. Я громко прошу расступиться, очередь отступает и на шум выходит навстречу травматолог. Я человек не скандальный. Однако, есть у меня особенность характера- в минуты страха я веду себя как гремучая змея- начинаю громко разговаривать, практически орать, чтобы не показывать как мне страшно и при этом подсознательно требуя считаться со мной. Это я не специально, такова моя психика.
Доктор осматривает тут же в коридоре и с ходу понимает, что первичный прием травматолога в нашей ситуации- это как младшая группа садика по отношению к старшему классу. Нас отправляют в соседнюю дверь. Там приёмное отделение Республиканской детской клинической больницы. Веду сына в больницу и параллельно звоню мужу одноклассницы. Он здесь заведующий одного из отделений.
Вот с тех пор нет-нет да приходится обращаться к нашему травматологу. И он никогда не ругается, всегда если не поможет, то даст дельные советы.Однажды, встретившись впервые с ним на банкете, который я вела, он протянул мне свою визитку и сказал: «У тебя же пацаны, мало ли что, обращайся, не стесняйся». Это было лет 13 назад. Не прошло и двух недель с момента нашего знакомства, я привезла к нему старшего сына с переломом большой берцовой кости со смещением- травмой, полученной совершенно нелепым способом. Мальчишки, приехавшие из разных городов и областей нашей большой родины на летние каникулы к своим бабушкам и дедушкам, вечером играли в футбол на поляне за деревней. Как говорится, вечерело. На траву легла роса. И двое мальчуганов бежали навстречу друг другу в надежде первым добраться до мяча. Мальчик Женя поскользнулся на траве, упал и головой сломал толстенную кость ноги моего сына. Когда уже прооперировали сына, я спросила: "А как там, интересно, Женя?" Сын сказал, что он схватился обеими руками за голову и, покачиваясь, ушёл домой. Через год узнали, что у Жени было сильное сотрясение мозга. Надеюсь, смогли его вылечить. Эх, мальчишки, мальчишки!..
На наше счастье, несмотря на конец рабочего дня доктора, он был на месте.
– Пожалуйста, спустись в приёмную. Мне очень нужна твоя помощь, – взмолилась я, как только он ответил на мой звонок. – Сын потерял зубы от падения с высоты.
В приёмной сработались на удивление быстро. Пока дети росли, я столько раз обивала пороги больниц и всегда видела приблизительно одинаковое отношение, возможно такой темп приёма больных запротоколирован Минздравом. И как бы абсурдно не звучало, самые замедленные как в кинокадрах действия происходили в больнице «скорой медицинской помощи». Там обязательно помогут, если не умрёшь в приемном отделении.