Борт № 1

Annotation

В результате сложных переговоров между Россией и Германией достигнуто соглашение о проведении саммита в Сирии. Мероприятие состоится на территории дамасского военного аэродрома. Подобные миротворческие инициативы не всем по душе. Повстанцы планируют сорвать саммит и концентрируют крупные силы в районе аэродрома, где вот-вот должны приземлиться самолеты лидеров России и ФРГ. Спецслужбы двух стран получают приказ обеспечить безопасность саммита и во что бы то ни стало не допустить военных действий в районе Дамаска. Охрану первых лиц государства поручают бойцам ФСБ и ГРУ, но главная роль в операции отведена сотрудникам «Бастиона»…

Сергей Соболев

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

Сергей Соболев

Борт № 1

Стамбул, Турция

Воскресенье

Около сотни камер съемочных групп со всего мира выстроились на площади перед резиденцией премьер-министра Турции «Долмабахче». Визит президента России однодневный, внеплановый; это все, что на данный момент известно собравшимся здесь телевизионщикам и репортерам. Тем не менее к этому мероприятию, которое вот-вот должно начаться, сейчас приковано внимание всей мировой прессы. И не только средств массовой информации; за этим визитом российского лидера в одну из ключевых стран региона внимательно следят в самых разных точках земного шара.

Сенсация произошла примерно на двадцатой минуте пресс-конференции, которая проходила в Большом салоне расположенного на берегу Босфора дворца.

Во втором ряду встал сухощавый мужчина. Как и полагается, он вначале представился – агентство «Рейтерс». Вопрос он задал на русском языке, который неплохо изучил за годы работы в московском представительстве. Но прежде чем задать этот самый вопрос, британский журналист сделал небольшую подводку.

– Господин президент, на протяжении последних нескольких лет ни один из мировых лидеров… и даже сколь-нибудь крупных политиков… не посещали Дамаск с официальными визитами.

В зале кто-то сказал на английском – негромко, но так, что многие, включая стоящего за трибуной с российским гербом мужчину, расслышали:

– И с неофициальными – тоже.

– Никто из мировых лидеров и политиков первой величины не встречался в последние четыре года с так называемым президентом этой страны… – продолжил представитель одного из крупнейших информационных агентств на планете. – Вы тоже с ним не встречались на официальном уровне, хотя ваша страна и вы лично все эти годы поддерживаете этот режим… Вопрос у меня такой, господин президент. Не является ли все то, о чем я только что сказал, фактическим признаком нелегитимности или, если угодно, незаконности и неправомочности нынешних властей Дамаска? Готовы ли вы признать сейчас этот вполне уже очевидный факт? Спасибо.

В зале на какое-то время установилась тишина.

– Хорошо, что вы задали этот вопрос, – сказал российский президент. – А то мне пришлось бы задать его самому себе и потребовать от информационных агентств гонорар – за работу, которую я должен проделывать вместо их сотрудников.

В зале послышались сдержанные смешки – многие из находящихся здесь репортеров умеют ценить острое словцо.

– То, что я вам сейчас скажу, до сегодняшнего вечера, вплоть до этой минуты, знали лишь считаные единицы людей.

В Большом салоне дворца установилась звенящая тишина.

– Завтра в первой половине дня я намерен посетить эту страну с неофициальным визитом.

Послышался общий – изумленный – вздох.

– This is the most dangerous place in the world! – произнес кто-то из репортеров, адресуясь к своему соседу. – No, it’s impossible!..[1]

– He’s crazy!.. – пробормотал его сосед, потрясенный не менее других прозвучавшими из уст российского президента словами. – But if it’s true… He will score a lot of whists[2].

Со своего места вновь встал репортер из «Рейтерс». Вернее сказать, не встал, а вскочил.

– Вы шутите, господин президент? Ведь там… там идет жестокая война! В конце концов, это очень опасно!

– Я не шучу, – серьезным тоном сказал глава российского государства. – Скажу больше… Готовьте ваши перья…

Никто из присутствующих в зале на этот раз даже и не подумал усмехнуться. Большинство из собравшихся здесь представителей российских, турецких и иностранных СМИ торопливо набирали на своих ноутах и планшетниках тексты сообщенийс пометками «молния».

– Власти Дамаска гарантируют безопасность неформального саммита, который мы намерены провести там завтра, в первой половине дня. Есть надежда… и я хочу обратиться к ним еще раз с этой трибуны… есть надежда, что представители оппозиционных Дамаску сил и организаций не будут препятствовать его проведению.

– Вы сказали – саммита?! – крикнул кто-то прямо с места. – Он будет предшествовать конференции в Аммане?

– Да, я сказал – саммита, – подтвердил российский президент. – Это мероприятие не будет носить политического характера. В своем роде это жест доброй воли. Это, если угодно, сигнал всем сторонам конфликта о том, что пришло время… – президент подчеркнул некоторые слова интонацией, – что пришло время договариваться. Есть и другие мотивы, но я не хотел бы пока открывать повестку этого саммита.