Чтение онлайн

Вот как описывал один из современников галеру и ее плавание:

Обычно гребцы разделяли участь своей плавучей тюрьмы. Как правило, галеры тонули близ побережья. Раскованные рабы легко могли бы вплавь добраться до берега. Но, похоже, никому из команды тонущей галеры не приходило в голову их расковать. Так что им ничего не оставалось, кроме как грести, страдать, есть, спать и умирать прикованными к скамьям. Чтобы раненые во время морского боя гребцы не вносили панику своими громкими воплями, им на время боя затыкали рот грушеобразными деревянными втулками, в другое время висевшими у них на шее, на цепи.

Впрочем, чтобы гребцы могли справляться с веслами, их не морили голодом, а напротив, достаточно сытно кормили – в их рацион входило даже мясо (до полуфунта в день), миска гороха, бобов или риса и порция самого дешевого вина (в странах Средиземноморья вино, как известно, не роскошь, а самый обычный напиток, в том числе и для простонародья).

Правда, такой рацион получали не все гребцы, а только лучшие из них, принадлежавшие «1-му классу». Гребцы 2-го и 3-го классов должны были довольствоваться морскими сухарями и густой похлебкой. Лучшие гребцы могли рассчитывать на увеличение порции и на перевод не только в более высокий класс, но даже и в разряд надсмотрщиков за своими товарищами по несчастью. Подобное распределение гребцов по «классам» с соответственным улучшением пайков позволяло вызывать среди гребцов своеобразный карьеризм, разжигать между ними взаимную зависть, затруднявшую сговор рабов с целью мятежа, и заставлять их грести с полной отдачей.

Современник совершенно справедливо замечал: «Когда надсмотрщик, с плетью в руке обходящий ряды гребцов, останавливает на галерном рабе свой благосклонный взор, раб, прикованный к скамье, испытывает ни с чем не сравнимое счастье, как если бы сам Император украсил орденом его грудь». [18] В торжественных случаях – на парадах и перед генеральным сражением, когда все на галере «чистились», драили доспехи и облачались в «парадную форму», принаряжали и гребцов. Их обряжали в красные льняные куртки и колпаки. Позднее французские якобинцы избрали красные колпаки галерных каторжников в качестве своей эмблемы.

Галеас (или «галера гросса», т.е. «большая галера»), возникший в начале ХV в., представлял собой дальнейшее развитие обычной галеры. Это была, по сути дела, парусно-гребная плавучая крепость, весельно-парусная артиллерийская батарея с многочисленным экипажем, отличавшаяся лучшими мореходными качествами, чем простая галера. Такелаж галеаса состоял из трех мачт с т.н. «латинскими», т.е. треугольными, парусами и особым бугшпритом. Галеас имел обычно 70 метров в длину, 16 метров в ширину и двухъярусную палубу. На нижней палубе сидели 50 защищенных сплошными бортами гребцов. Весла галеасов были более тяжелые, чем у галер, так, что семь гребцов с трудом управляли одним веслом. На верхней, боевой палубе были установлены многочисленные артиллерийские орудия. На каждом венецианском галеасе в битве при Лепанто было установлено 50 орудий разного калибра (30 тяжелых литых пушек и 20 орудий более легкого калибра).

Капитан греческого галиота, возможно, подосланный турками с целью ввести христиан в заблуждение, сообщил дону Хуану заведомо неверные данные о турецком флоте, согласно которым турки казались слабее союзников.

Объединенным мусульманским флотом командовал Муэдзин-Задэ-Али (Али-паша), получивший от султана приказание напасть на флот союзников. Приказ атаковать объяснялся тем, что введенные в заблуждение турецкие разведчики преуменьшали силы христиан, а захваченные турками пленные подтверждали их данные. Во исполнение приказа падишаха Али-паша двинул свой огромный флот из залива в открытое море.

Турецкий адмирал считал, что христианский флот стоит на якоре у острова Кефалония. В то же время дон Хуан полагал, что турки стоят у Лепанто. Поэтому встреча мусульманского флота с христианским у мыса Скрофа произошла неожиданно для обоих противников.

Берег между Петала и Калидоном низменный, поэтому разведчики дона Хуана смогли увидеть парусный турецкий флот раньше, чем турки заметили союзников, шедших под веслами.

Дон Хуан подал сигнал построиться в боевой порядок. При виде христианского флота Али-паша также приказал строиться для боя.

Объединенный мусульманский флот насчитывал 210 галер (в том числе. больших трехъярусных гребных кораблей под названием «катарга» – от чего, кстати, и происходит наше русское слово «каторга», т.к. гребцами на них обычно были рабы, главным образом из числа христианских пленников) и 65 галиотов (т.е. легких парусно-гребных судов). У «Священной Лиги» было 203 галеры и 6 галеасов. Качественные преимущества были на стороне христиан.

Во-первых, турецкие галиоты из-за своих небольших размеров не могли вести бой в одном строю с огромными турецкими галерами. Во-вторых, дон Хуан приказал заблаговременно спилить носы христианских галер и установить на них щиты и траверсы. В-третьих, мусульманская артиллерия по своим тактико-техническим данным к тому времени уже значительно уступала артиллерии союзного христианского флота. В-четвертых, изо всех многочисленных турецких солдат и матросов только 2500 янычар – солдат султанской гвардии – были вооружены огнестрельным оружием (аркебузами) или арбалетами (самострелами) и защищены кольчугами и шлемами. Остальные воины-магометане, вооруженные только холодным оружием, луком и стрелами, не имели никакого защитного вооружения. [19]

В то же время все солдаты «Священной Лиги» имели огнестрельное оружие, железные, а то и стальные, шлемы и латы. На большинстве турецких кораблей количество солдат не превышало 30-40 человек, в то время как на борту каждой христианской галеры находилось не менее полутора сотен солдат.

Тактическая обстановка развертывания для боя турецкого флота, находившегося на широком плесе, была выгоднее по сравнению с условиями развертывания флота «Священной Лиги», который вынужден был выходить по частям из узкого прохода.

Впереди христианского флота под защитой 8 галер сицилийского капитана Кардона шли на веслах 6 тяжелых галеасов, которые должны были открыть сражение огнем своих тяжелых орудий. План дона Хуана заключался в прорыве вражеской боевой линии. Поэтому он создал за галеасами сильный центр из 62 галер; кроме того, на небольшом удалении за центральной эскадрой шли на веслах 30 галер, образовавшие тактический резерв. Эскадры, образовывавшие правое и левое крыло христианского флота, состояли каждая из 50 с небольшим галер.